Заповедная усадьба

Расслабившись и ощутив, что они с сыном находятся в относительной безопасности, Лена расцвела, стала степеннее, при этом позволила себе вернуться к присущим большинству женщин рефлексиям. К примеру, проблеме конкуренции. Не сказать что это была прямо ревность, но Лену все равно напрягли рассказы Алины и знакомых, которых моя женщина завела среди работниц из Сосновки. А они много говорили о том, как быстро Рута из морщинистой старухи превратилась в просто пожилую женщину, и процесс явно не завершен. Я не видел в этом проблемы:

— А почему это тебя волнует? Тоже хочешь помолодеть?

Лена фыркнула и сердито засопела, но все же снизошла до ответа:

— Мало ли. Вдруг она вообще в юную красавицу превратится. Ведьма ведь. Кто ж тебя тогда удержит?

— Кто? — Я повернулся на бок и приподнялся на локте. — Здравый смысл, например. Честно, Лена, я никогда не понимал мужиков, которые ходят налево при наличии под боком женщины, особенно желанной. Все ведь рано или поздно вскроется, и привычная, спокойная жизнь полетит к чертям собачьим. Что это — тяга к приключениям или желание самоутвердиться? Приключений у меня и так выше крыши, а тешить в себе альфача таким нелепым способом просто тупо. Да и муторно к тому же.

Я ничего не доказывал и не объяснял, просто размышлял вслух. Похоже, вытравить из себя привычку воспитывать всех и каждого уже не получится. Профессиональная деформация, однако.

— Не, не понимаю, — сделав вид, что серьезно задумался, я после паузы тряхнул головой. — Ходить налево есть смысл, только если твоя женщина тебя уже не удовлетворяет. Тут явно не наш случай. Ну или если у самой женщины пропало желани…

Лена на дала мне договорить, решив на деле доказать, что ничего никуда не пропало. На что я и рассчитывал. А вот чего в моих расчетах не было, так это появления в спальне Колывана. И ведь обсуждали с ним тему тактичности. Впрочем, если Добрыня пропустил домового в такой момент, значит, на то были серьезные причины.

— Хозяин, — изобразив смущение, прогудел из темного угла Колыван.

— Что случилось? — встревоженно уточнил я, потому что посыл от Добрыни был не совсем понятен, но крайне тревожен.

— Там с блохастым что-то не то.

— В смысле?

— Худо ему, — как мне кажется, с искренним беспокойством заявил домовой. — Как бы не скопытился.

Я сорвался с кровати, слушая Колывана в процессе надевания штанов. Лена встревоженно выглядывала из-под простыни, которой очень быстро прикрылась.

— Он в мансарде? — уточнил я, хотя Добрыня уже указал мне, где именно разворачивается трагедия.

— Ага, на чердаке.

— Зови Алину!

В первый момент пришла мысль, что Баюн опять решил прошерстить родовую память на предмет важных сведений, но обычно этот процесс сопровождался такими кошачьими завываниями, что было слышно и в Нижнем. Мы с Леной такого точно не пропустили бы. Сейчас явно что-то другое. Или то же, но в худшем варианте. Кот не орал, а надсадно, на последних запасах воздуха в легких, хрипел. Вытаращенные стеклянные глаза пугали своей пустотой. Когти вцепились в края мягкого матраса для собак и мелко подрагивали. Я очень хотел помочь Баюну, но не знал как. Прикасаться к нему было боязно. Когти там солидные, да и толку от моих прикосновений! Бежать за Алиной тоже бессмысленно. Она наверняка уже несется сюда со всех ног.

Так и оказалось. С лестницы послышались быстрые и легкие шаги. В мансарду влетела целительница. У нее сомнений не было, и маленькие ладошки тут же обхватили черную голову кота.

— Осторожней, — выдавил я из себя, наблюдая за диковатой картинкой.

Девочка побледнела, но мой опыт говорил, что это не перенапряжение, а результат волнения за любимца всех доброборовских детей. Уже одетая Лена подошла и села на пол рядом, обхватив меня за плечи. К счастью, Алина справилась быстро, и Баюн наконец-то закрыл пугавшие меня до дрожи глаза, расслабил напряженное тело и протяжно втянул в себя воздух. Затем задышал часто и глубоко. Еще через пару минут, когда в мансарду забежали Женька и Марина, кот снова открыл глаза, уже имевшие своей привычный вид.

— Филиппыч, ты как? — опередив меня, спросил мнущийся рядом Колыван.

По-прежнему не знаю, насколько осмысленно наполняют эмоциями свой голос бестелесные существа, но я уловил нешуточную тревогу и заботу.

Да и Добрыня намекал на искренность домового духа.

— Не дождешься, — не открывая рта, сказал снова закрывший глаза кот и надсадно чихнул.

А еще Добрыня передал мне его смущение и даже стыд. Кажется, Баюн сделал какую-то глупость, и сейчас лишнее внимание ему в тягость.

— Алина, как он? — взял я ситуацию в свои руки.

— Уже хорошо.

— Тогда идите к себе. Не нависайте над ним, — сказал я с неким намеком в голосе.

Тем, кто намека не понял, хватило требовательного взгляда. Лена погладила меня по плечу и ушла вместе с детьми. Я же уселся на пол по-турецки. На коленях было неудобно.

— Колыван, тебя это тоже касается.

Домовой явно был недоволен, но Добрыня тут же вышвырнул его из мансарды. К тому же ощущение присутствия духа-хранителя значительно ослабло. Он потихоньку учился такту, да и вообще умнел, хотя куда медленнее, чем хотелось.

— Что это было? — спросил я у кота, изображавшего немощь, но если Алина сказала, что с ним все в порядке, значит, накачала его своей силой.

Благо коту, даже такому крупному, много не надо. Баюн вздохнул и открыл глаза:

— Хотел распаковать еще один кусок памяти. Когда Жи́ва сказала об узорах в ауре ведьмы, я почувствовал, что это важно. Попробовал достать, но меня что-то не пустило. Словно кто-то закрыл доступ. Вот и решил ночью попытаться еще раз.

— И чуть не сдох, — не сдержался я и тяжело вздохнул. — Извини, но ты должен был сначала рассказать все мне. Будь рядом Алина, тебя бы так не корежило.

— А если опять пустышка⁈ — непонятно почему разозлился кот и сел на матрасе. Это уютное, мягкое гнездо предназначалось для собак. В кошачий аналог туша хвостатого профессора не влезала. — Я чувствую себя бесполезным.

— Ты это о чем? — искренне удивился я.

— О том, что толку от меня никакого. Медитацию дети со временем сами освоили бы. А все, что удалось вспомнить о ведьмах, оказалось настолько бесполезным, что пришлось рисковать и покупать травницу.