Страница 100 из 103
ГЛАВА 38
ЭЛАЙДЖА
Ягуар отсёк мерзости голову. Как хотелось мучить её часами. Убить ещё двадцать раз за то, что она ранила нашу пару.
Ягуар бросился обратно к ней. Мы разжали кольца и последовали за ним.
Волк держал голову тигрицы у себя на коленях и гладил её прекрасную шерсть. — Убийца, ты прекрасно справилась. Мы останемся здесь, пока ты не окрепнешь настолько, чтобы обратиться обратно. Тогда отвезём тебя в лазарет.
Грудь нашей пары тяжело поднималась и опускалась.
Медведь опустился рядом с ней на колени. Лицо его перекосилось, когда он осторожно ощупал рёбра и живот тигрицы. — Она вся в крови, а задняя лапа сломана. Чёрт, чёрт. Почему она не сказала нам, кто она? Мы бы её не оставили!
Ягуар упал на колени с другой стороны и благоговейно провёл ладонью по шерсти нашей пары. — Посмотрите на неё, — тихо сказал он. — Не белая, но очень близко. Многие перевёртыши решат, что перед ними возродившаяся предательница. Ходячее проклятие. — Он посмотрел на волка. — Представляешь, что сделал бы отец, узнай он, что по колледжу ходит могущественная женщина-Прайм, почти белая тигрица?
— Не хочу представлять, — ответил волк, с рычанием выдыхая слова. — Она рассказала, что её мать убили. А вдруг она была такой же тигрицей? Вот почему Эйвери скрывала зверя. Вот почему стремится стать Стражем. Она будет одним из лучших бойцов, и там её смогут защитить. Как мы всегда хотели защитить Элайджу.
Имя нашей человеческой половины вывело нас из оцепенения. Мы засмотрелись на прекрасную пару.
С сердитым шипением мы оттеснили всех и защитным кольцом обвились вокруг тигрицы.
Ягуар шлёпнулся на задницу и беспомощно развёл руками. — Ну вот и разгадка. Зверь Элайджи вовсе не терял над собой контроль из-за неё. Он не опасен для Эйвери, и она не опасна для него, как мы думали. Василиск просто хотел быть рядом со своей парой.
Да. Наша пара. Такая красивая. Такая совершенная.
Ягуар в сердцах ударил ладонью по земле.
— Как мы могли так во всём ошибиться?
Медведь поднялся и принялся мерить шагами поляну.
— Наша Предназначенная. Благословлённая Луной. Божество само выбрало её для нас. Её. Девушку, которую мы все хотели, но считали недосягаемой. Самую сексуальную и смертоносную женщину, какую только встречали. Нам невероятно повезло. — Он невесело рассмеялся. — И при этом мы крупно облажались.
Волк сидел рядом с братом и с мукой смотрел на тигрицу.
— Мы приняли лучшее решение из тех, на которые позволяли имевшиеся сведения. Она должна это понять.
Мы потёрлись мордой о подбородок нашей пары, вдохнули запах шерсти, ощутили её сущность на языке. Жасмин, лаванда и терпкая медь крови.
— Сомневаюсь, — мрачно сказал медведь. — Она каждому из нас врежет по яйцам и пошлёт к чёрту.
— Неважно, — прорычал волк. — Она наша Предназначенная. Она принадлежит нам, а мы ей. И точка. Со всем остальным разберёмся потом. Сейчас главное — чтобы она поправилась.
Мы перестали их слушать. Дыхание нашей пары выровнялось; она мирно спала. Если другие чудовища придут за нами — за ней, — мы убьём их, а потом снова свернёмся вокруг тигрицы. Там, где нам место.
Никто никогда не отнимет её у нас.
Разве что захочет умереть с нашими клыками в горле, пока мы сжимаем его кости в объятиях.