Страница 48 из 65
— Ох, как же трудно исполнять роль злодея. Чхэ Чжуён... Чжуён, ну не могу я врать тебе в лицо. Все-таки столько лет трудимся в одной упряжке. На место руководителя онлайн-портала… назначили другого человека. Ты же знаешь Хан Сынён, из твоего отдела? Вот ее. Меня попросили объяснить тебе, что проблема в избыточном весе. Что позиция бренд-менеджера предполагает активное взаимодействие со СМИ, и такой внешний вид не соответствует должности. Но все это брехня. Ты же знаешь эту, как ее… фифу, с которой тебе изменил муж? Говорят, она видный инфлюенсер с кучей полезных связей. А для развития бренда нам придется сотрудничать с крупными блогерами, и, если этот проект возглавишь ты, вряд ли все пройдет гладко. Так что настоящая причина именно в этом, и я решил сказать тебе все как есть. Ты уж не сердись.
Когда Чхэ Чжуён вернулась на место, на ней лица не было. Сейчас она сама себе напоминала жирного монстра, трясущего телесами. В голове так и всплывал образ той женщины, которую Чхэ Чжуён впервые увидела, пока собирала компромат на мужа, чтобы подтвердить в суде факт измены. Она была красива. Милое личико и стройное тело. Чхэ Чжуён тогда фыркнула: «Ну конечно, наверняка использовала кучу фильтров». Но один-единственный раз ей довелось, хоть и издалека, увидеть ту женщину своими глазами. И вживую она была так же прекрасна, как на фото. Как бы ни досадно было это признавать, ее красота удивительно гармонировала с красотой мужа.
«Сама виновата. Пускай все дело в той женщине, но, если бы я не запустила себя, так легко меня бы не скинули со счетов. У них бы просто не нашлось подходящего повода». Чхэ Чжуён злилась на саму себя.
— Так, всем внимание. Сонён сегодня угощает, у нее для нас радостная новость!
По офису разнеслись восторженные крики и аплодисменты. Чхэ Чжуён тоже улыбнулась и захлопала, словно это ничего не меняло в ее жизни.
Тридцать семь часов назад
«Интересно, почему люди так любят сплетничать в туалете? В каждом втором сериале есть подобные сцены, нет же, опять идут в туалет. Неужели не могли проявить хоть немного оригинальности?»
Чхэ Чжуён сидела на крышке унитаза затаив дыхание. Ей не хотелось, чтобы коллеги по ту сторону кабинки узнали о ее присутствии.
— Говорят, эта гламурная дамочка-инфлюенсер — та самая любовница мужа Чхэ Чжуён.
— Ну теперь-то она не любовница. Вроде как жениться собрались. В соцсетях только и хвастается, как ходит по свадебным салонам.
— А кто это, кто? Никогда ее не видела.
— Ну вот она, смотри.
Послышался короткий возглас изумления:
— Обалдеть, вот это внешность.
— Да вообще странно, что такой красавец взял в жены Чхэ Чжуён.
— А что, ее муж тоже симпатичный?
— Ах да, ты же его не видела. Просто Аполлон. Он деловой партнер нашей фирмы, и каждый раз, когда он приезжал к нам уладить дела, вся женская половина офиса сходила с ума. Вот почему, когда поползли слухи о том, что они с Чхэ Чжуён встречаются, никто не поверил.
— Ой, да ладно вам. Она ж не дурнушка.
— Будем честны, она объективно ниже среднего. А в последнее время так располнела, что стала еще страшнее. Если б моего мужа увела такая красотка, я б назло всем сделала из себя конфетку, а эта, видимо, совсем бесхарактерная.
Отличало всю эту ситуацию от сериала лишь то, что в реальной жизни она не могла выбить ногой дверь, предстать перед сплетницами и врезать им, как это сделала бы крутая и смелая героиня дорамы. Поэтому Чхэ Чжуён дождалась, когда голоса окончательно смолкнут, и лишь после этого вышла из туалета.
Пятьдесят два часа назад
Она запустила видеозвонок. На экране появилась мама.
— Сэри, видимо, никак не может это принять. Я ей по-всякому объясняла, но она не желает говорить с тобой. Ну что поделаешь? Кто в ее возрасте легко воспримет развод родителей? Говорит, ей теперь некуда возвращаться. Но все-таки Сэри скучает по тебе. После наших разговоров по телефону она вертится рядом и осторожно спрашивает, как там мама.
Чхэ Чжуён повесила трубку и открыла упаковку сырных шариков. Последний раз она говорила с Сэри еще до начала бракоразводного процесса.
«Я хочу развестись с твоим папой», — сообщила она дочери в тот день.
«Могла бы хоть для приличия сказать, „ничего страшного“. Жестокая девчонка. Но и мне надо было заверить ее, что все будет хорошо. Почему я не сообразила?» — сокрушалась Чхэ Чжуён, утешая себя солеными сырными шариками.
Семьдесят четыре часа назад
Вернувшись с работы в девять вечера, Чхэ Чжуён села за стол и открыла упаковку диетического готового обеда. Возможно, потому, что она ела в одиночестве, или же потому, что еда дожидалась ее в холодильнике и была не свежей, а разогретой, жареный лосось, красный перец и бурый рис казались безвкусными. Ей было любопытно, неужели та женщина каждый день вынуждена есть нечто подобное? Может, поэтому она такая стройная? Зависть к той, с кем Чхэ Чжуён ни разу не общалась лично, пришлось проглотить вместе с ложкой сухого риса. Головой она понимала, что тому, кто решился на измену, причина не нужна. Но все равно обвиняла себя: «Была бы я красивее… была бы стройнее…» Объясняя невосполнимую потерю все новыми бессмысленными предположениями, Чхэ Чжуён почувствовала, что ее голод только усилился. Она заставила себя доесть порцию, но чувство голода не исчезло.
Остановив поток воспоминаний, Чхэ Чжуён вернулась в настоящий момент. Алкоголь уже ударил в голову, всплывшие в голове эпизоды снова кольнули ее, и Чхэ Чжуён закрыла глаза. Вот пройдет ее день рождения, вот станет она мудрее еще на год, и все непременно наладится.
«Торт. Буду думать только о том, какой же торт заказать на праздник».
Предвкушая сладкое удовольствие, Чхэ Чжуён мечтательно разлеглась на полу.
***
Ресторан при отеле, в котором подруга забронировала столик, был безупречен. И вкус, и дизайн — все на высоте. А заказанная подругой надпись на торт: «Подруга, зарядись энергией на новые свершения!» — превратила их ужин в сцену из сериала. Чхэ Чжуён сделала тысячу фотографий красиво украшенного торта.
— Что-то ты какая-то бледная. Все хорошо?
— Конечно! Это, видимо, из-за моей диеты. Ну как? Заметно схуднула? — отшутилась Чхэ Чжуён, проигнорировав обеспокоенный взгляд подруги, и положила в рот кусочек стейка.