Страница 29 из 65
Глава 13
Гость явился под покровом ночи.
— Здравствуйте, меня зовут Ли Юё. Я пришел за таксофоном.
«Вот кому надо на сцене выступать, — с досадой подумал Чон Чжиун, едва услышав голос незнакомца, объявившегося на пороге. — Безответная любовь, от которой никак не можешь отказаться, — это уже не любовь, а одержимость».
Продолжая корить себя, Чон Чжиун окинул взглядом гостя. И первым, что бросилось в глаза, был пучок белых волос на одной из его бровей. Эта деталь произвела на Чон Чжиуна такое сильное впечатление, что затмила собой все остальное. Казалось, густой молочный туман окутал черты лица незнакомца, и припомнить их потом не представлялось возможным. Чон Чжиун не обрадовался столь неожиданному визиту, но и прогнать гостя не мог.
«Если этот человек в курсе про телефон в гостевом доме, наверняка его подослал Пак Юхён».
В гостевой дом «Дремучий лес», что располагался в старой хижине с соломенной крышей и выглядел так, будто вот-вот рассыплется, Чон Чжиун заехал лишь потому, что Пак Юхён попросил об этом. Изначально тот со своим старшим братом Пак Сохёном планировал заняться гостиничным бизнесом, поэтому братья прикупили этот домик в провинции Канвондо. Но обстоятельства изменились, и Пак Юхён решил бросить эту затею.
Чон Чжиуна позвали, чтобы помог прибраться и вынести лишние вещи, однако за целый месяц он палец о палец не ударил. Вместо этого Чон Чжиун перестал бриться, мыться и насквозь пропитался запахом плесени этого дома. «Может, у Пак Юхёна просто закончилось терпение?»
— Проходите.
Чон Чжиун отошел в сторону, пропуская странного гостя в дом. Как только Ли Юё оказался внутри, он тут же пересек гостиную и направился прямиком в узкий коридор между кухней и туалетом. Именно туда, где стоял старый телефон-автомат. То, что гость знал, куда идти, окончательно убедило Чон Чжиуна в том, что молодого человека подослал Пак Юхён.
— Вот ты какой.
Ли Юё склонился над таксофоном и внимательно осмотрел его. Это был небольшой дисковый телефон-автомат с оранжевым корпусом. Бока украшали вмятины, будто кто-то бил по телефону молотком, а краска местами облупилась, так что этот автомат вряд ли можно было считать ценным экземпляром. Более того, было в нем что-то отталкивающее, заставляющее удивляться, зачем такую вещь вообще поставили в гостевом доме. В первый же свой день здесь Чон Чжиун из любопытства поднял телефонную трубку, но не услышал оттуда никаких звуков. Что было вполне естественно, ведь этот таксофон даже не был подключен к телефонной линии. С тех пор Чон Чжиун не обращал на него никакого внимания, но, заметив, как внимательно гость разглядывает аппарат, вдруг задумался: «А не Пак Сохён ли его собрал?»
Если так, становилось ясно, почему Пак Юхён специально отправил человека забрать эту развалюху.
— Могу я переночевать у вас? — распрямившись, задал вопрос Ли Юё.
— Останетесь здесь?! — растерянно переспросил Чон Чжиун.
Все это время он только и думал, как бы побыстрее выпроводить незнакомца, а тот решил остаться на ночь? Но причину для отказа и выдумывать не пришлось:
— К сожалению, у нас нет подходящего постельного белья. Оно долго пролежало в шкафу и наверняка неприятно пахнет. Да и кормить вас нечем. Здесь поблизости, всего в тридцати минутах езды на машине, куча приличных гостиниц.
— А я без машины. Да и вообще не вожу.
— Тогда… может, вам вызвать такси? Отсюда вас не заберут, но к подножию горы подъезжают.
— Ночью в горах опасно. Не думаю, что легко спущусь вниз с этой штукой в руках.
С такими аргументами не поспоришь. Чон Чжиун не понаслышке знал, что уже в шесть вечера длинные тени подпирающих небо деревьев погружали всю округу во тьму. А шквалы ветра, дующего с берега, порой так сотрясали входную дверь, что Чон Чжиун не раз вскакивал посреди ночи и звал Пак Сохёна и Ли Даын.
— Хорошо. Пойдемте, покажу вам комнату. Сразу предупреждаю, что горячей воды нет. А еда…
Он на секунду замешкался. Время от времени Пак Юхён присылал ему сообщения с текстом: «Ты как?» — на которые Чон Чжиун привык отвечать: «Все норм». Больше Пак Юхён никаких вопросов не задавал. Наверное, потому, что сам еще не пришел в себя. Они оба притворялись, что все в порядке, и, если бы один из них вдруг прекратил этот спектакль, второму стало бы неловко. А он не хотел ставить Пак Юхёна в неудобное положение. Так что пока они оба не уйдут со сцены, игра будет продолжаться.
— …Здесь у меня только то, чем я сам питаюсь, так что все очень скромно. Но если не откажетесь, поужинаем вместе.
Проводив Ли Юё в комнату, Чон Чжиун направился на кухню.
Возле раковины в полиэтиленовом пакете лежала пачка карри, бутылка макколли и упаковка с тремя капсулами. Их он заказал специально к сегодняшнему дню. Доставщик не поднимался в горы к гостевому дому, поэтому Чон Чжиуну впервые за месяц пришлось спуститься вниз. Теперь же он заглянул внутрь, подумал и плотно завязал пакет. На кухне оставались тунец и кимчхи, а значит, можно было сварить рагу. К счастью, нашлись и последние четыре упаковки с готовым рисом. Решив, что задуманное подождет до завтра, Чон Чжиун открыл створку шкафа и достал оттуда банку с тунцом.
«Вот вишня зацветет, и все для меня закончится», — твердо решил он, едва переступив порог этого дома. Растущее во дворе вишневое дерево казалось ему знаком свыше. Ли Даын обожала вишневый цвет. Когда ее, расстроенную после неудавшегося спектакля, Пак Сохён звал полюбоваться на цветущую вишню, она радовалась как ребенок. И так красиво улыбалась.