Холли

Она думает найти его в гостиной или в кабинете на первом этаже, но его нет нигде, а когда она заходит на кухню, то видит, что дверь в подвал открыта. Эмили чувствует, что у нее заныло в животе. Она подходит к двери.

— Родди?

Отвечает женщина. Жалкая шпионящая женщина.

— Он здесь, профессор, и думаю, что он только что прочитал свою последнюю лекцию.

18

Джером говорит Барбаре, что не сможет полететь. Рейс был запланирован на 12:40, но когда он позвонил, чтобы забронировать место, ему сказали, что рейс отменен из-за ковида. Пилот и три члена экипажа самолета сдали положительные тесты.

— Я попробую взять машину напрокат. Это чуть менее пяти сотен миль. Я смогу вернуться домой к полуночи. Или раньше, если не будет слишком много пробок.

— Ты уверен, что тебе дадут машину по возрасту? — Она надеется, что да. Она хочет, чтобы он был рядом с ней, очень хочет.

— Два месяца назад стало можно. Я даже могу получить скидку по карточке Гильдии авторов. С ума сойти, да?

— Хочешь знать, от чего можно сойти с ума? Мне кажется, что в офисе кто-то побывал. Я сейчас здесь. — Она рассказывает ему о том, как ей пришлось включить компьютер, вместо того чтобы просто вывести его из спящего режима нажатием клавиши, и о том, что комбинация цифр на замке сейфа была установлена не на ноль. — У тебя есть ее пароль? Тот, который вступил в силу в начале месяца?

— Блин, нет. Я туда вообще не заходил. Писал свою книгу, знаешь же.

Барбара знает.

— Она могла выключить компьютер, я ей говорила, что они тратят энергию, даже когда спят, но забыть установить код на замке на ноль? Ты же знаешь Холли.

— Но зачем кому-то туда идти? — спрашивает Джером, а затем сам отвечает на свой вопрос. — Может быть, кто-то боится, что она что-то узнала. Хочет узнать, написала ли она отчет или поговорила ли с клиентом. Барб, тебе надо позвонить Даль. Скажи ей, чтобы она была осторожна.

— Я не знаю ее номе... — Барбара вспоминает сообщение, которое ей оставила Пенни Даль. Ее номер будет в контактах Барбары. — Забудь, знаю. Меня больше беспокоит Холли, чем мать Бонни Даль.

— Я с тобой согласен, сестренка. А что с полицией? Изабель Джейнс?

— И что мне ей сказать? Что она припарковала машину не на том месте, заехав колесом на желтую линию, и забыла повернуть циферблат настенного сейфа на ноль, поэтому вызывайте Национальную гвардию?

— Да, я тебя понимаю. Но Иззи вроде как подруга. Хочешь, чтобы я ей позвонил?

— Нет, я позвоню. Но прежде расскажи мне всё, что ты знаешь об этом деле.

— Я уже...

— Рассказывал, но я запуталась в собственном дерьме, так что расскажи мне еще раз. Потому что у меня такое ощущение, что я почти знаю ответ. Я просто не могу... я так расстроена... просто расскажи снова. Пожалуйста.

Так он и делает.

19

Эмили спускается по лестнице и останавливается на полпути, увидев, что ее муж лежит лицом вниз в растекающейся луже крови.

— Что случилось? — кричит она. — Что здесь случилось?

— Я перерезала ему горло, — говорит Холли. Она стоит у бетонной стены в дальнем конце клетки, рядом с туалетом. Она чувствует себя удивительно спокойной. — Хотите послушать анекдот, который я придумала?

Эмили мчится вниз по последним шести или восьми ступенькам. Это было ошибкой. Она спотыкается на последней ступеньке и теряет равновесие. Она выставляет руки, чтобы смягчить свое падение, и Холли слышит треск — это ломается кость в ее левой руке, старой и хрупкой. На этот раз раздается не крик ужаса, а вопль боли. Она подползает к Родди и поворачивает его голову. Кровь из его перерезанного горла начала сворачиваться, и слышен липкий рвущийся звук, когда щека отрывается от нее.

— Заходит как-то в бар новая миллионерша и заказывает май-тай...

— Что ты натворила? ЧТО ТЫ СДЕЛАЛА С РОДДИ?

— Вы что, не слышали? Перерезала его чертову глотку. — Холли наклоняется и поднимает с пола золотую сережку. — Этим. Она принадлежала Бонни. Если был когда-либо случай мести из загробного мира, я бы сказала, что это именно он.

Эмили встает... слишком быстро. На этот раз не крик или вопль, а вой агонии, словно в ее спине произошел ядерный взрыв. И ее левая рука висит криво.

«Сломана в локте», — думает Холли. – «Хорошо».

— Боже мой! Господи, Боже мой! КАК ЖЕ ЭТО БОЛЬНО!

— Мне только жаль, что вы не раскололи свой безумный дьявольский череп, — говорит ей Холли. Она поднимает над головой серьгу, которая мерцает под светом флуоресцентных ламп. — Подойдите сюда, профессор. Позвольте мне избавить вас от страданий, которых, похоже, немало. Может быть, еще не поздно догнать своего мужа по дороге в ад.

Эмили сгорбилась, как карга. Ее волосы, которые она утром убрала в аккуратный пучок, распущены и свисают вокруг лица. Холли думает, что эта деталь хорошо вписывается в общую картину ведьмы. Она задается вопросом, не означает ли ее спокойствие, что она сошла с ума. Она думает, что нет, потому что ясно осознает одну вещь: если Эмили Харрис сможет подняться на первый этаж, а потом спуститься обратно — Холли умрет.

«По крайней мере, одного из них я прикончила», — думает она и тут же вспоминает слова Боги: "У нас всегда будет Париж"[159].

Шаркающими детскими шажками Эмили идет к лестнице. Она ухватывается за перила. Оглянувшись, она смотрит не на Холли, а на своего мужа, лежащего мертвым на полу. Затем очень медленно, подтягиваясь за поручень, она начинает подниматься. Она тяжело дышит.

Холли кричит ей вслед:

— Заходит как-то в бар новая миллионерша и заказывает май-тай. Упади и сломай себе шею, сука, падай!

Но Эмили не падает.

20

Барбара думает, что разгадка тайны исчезновения Холли может быть в конце книги. А в конец книги может помочь заглянуть Пенни Даль. На столбе уличного освещения рядом с парковкой Фредерик-билдинг висит объявление о пропавшей женщине. Оно выцвело за три недели под действием погоды, и часть его развевается на горячем утреннем ветерке, но Барбара всё равно видит улыбающееся лицо девушки.

«Мертва», — думает она. – «Эта девушка мертва. Боже, пожалуйста, сделай так, чтобы и Холли не умерла».

Она набирает номер Пенни Даль. Пока телефон звонит, она смотрит на фотографию улыбающейся блондинки на постере. Не намного старше самой Барбары.

«Будьте там, миссис Даль. Возьмите свой чертов телефон».

Пенни отвечает запыхавшимся голосом:

— Алло?

— Это Барбара Робинсон, миссис Даль.