Страница 18 из 39
«Никогда не стоит недооценивать влияние, которое деньги могут оказывать на человека. Возможно, она убедила его превратить дом в особняк в стиле Лос-Анджелеса, но, если он по-прежнему держал в руках кошелек, этого вполне достаточно».
Они вышли из машины и поздоровались с Иоландой у двери, а она провела их в гостиную.
«Не хотите ли выпить, инспектор?» — спросила она, глядя на Дженни с недоуменной улыбкой.
Реми заверил её, что она может присутствовать на этих неформальных беседах, но она видела, какое напряжение вызывало её присутствие. Она больше не была частью полиции, и для жителей острова Солент она была чуть ли не посторонней. Хуже того, она была пришельцем, жительницей материка, которая едва успела освоиться здесь.
Она сделала глубокий вдох, успокаивающий, когда они сели на неудобный, но роскошный диванчик.
Интерьер дома был современным, с плавными линиями и минималистским декором; его наполнял солнечный свет, проникавший через большие окна, выходящие на бассейн. Газон был ярко-зелёным, а на заднем плане периодически шипели спринклеры.
«Мне ничего не нужно, спасибо», — ответила Реми.
— А… ты? — спросила Иоланда у Дженни.
— Нет, нет, всё в порядке, спасибо, — ответила Дженни.
— Ладно, — кивнула Иоланда, усаживаясь на белый стул с золотым узором. — Не знаю, что ещё я могу тебе рассказать, чего ещё не сказала, — осторожно заметила она.
Она выглядела уставшей: без макияжа, в спортивных штанах и футболке. Судя по интерьеру дома, Дженни была уверена, что эта женщина каждый день одевается формально, даже просто дома.
«Я понимаю, что это сложно», — мягко сказал Реми. «Но иногда нам приходится возвращаться к старым вопросам, чтобы составить более полную картину событий».
Он был в этом хорош — в формулировании официальных фраз. Когда-то Дженни тоже была в этом хороша. Она знала, каких слов следует избегать — «жертва», «убийство», «трагедия». Ничего слишком эмоционального, иначе подозреваемый может выйти из-под контроля. Нужно было держать всё как можно ближе к нейтральному тону до того момента, когда придётся настаивать на получении дополнительной информации.
Голоса с улицы заставили их обернуться, и стеклянные задние двери открылись — вошли пожилая женщина и молодой человек. Дженни сразу узнала молодого человека — он спорил на улице со Скай Девон.
«Джейк, Лоретта, у инспектора есть ещё несколько вопросов», — пояснила Иоланда.
Джейк. Значит, именно сын Митчелла спорил со Скай Девон. Но о чём? Они казались знакомыми друг с другом, почти страстными.
А Лоретта — тоже бывшая жена Митчелла. Она была поджарой и стройной, но держалась с некой надменностью, с той уверенностью, которая приходит только с возрастом и богатством.
Дженни удивило, что все они оказались в одном месте; она не могла представить себе семейные отношения в семье, где мужчина женился на женщине, которая всего на несколько лет старше его сына.
«А это моя… коллега, Дженни Хэдли», — пояснил Реми, лишь слегка замявшись на слове «коллега». Похоже, они этого не заметили.
Джейк и Лоретта, как и Иоланда, были подавлены горем и выглядели измождёнными.
«Мы рады помочь в расследовании всем, чем сможем, правда, Джейк?» — сказала Лоретта, усаживаясь на диван напротив Реми и Дженни.
Джейк пожал плечами и сел на другое кресло, поближе к Иоланде.
«Итак, Иоланда, — медленно произнес Реми, — как долго вы с Митчеллом были женаты?»
«Около шести лет», — ответила она, слезливо пожимая плечами и рассеянно потянув за рукав своей футболки. «Летом исполнилось бы семь».
«А как вы познакомились?» — продолжил Реми.
Иоланда и Лоретта обменялись неловким взглядом.
— Мы познакомились в велосипедном клубе, — объяснила она. — Митчелл часто ходил туда со своим другом Полом, который там член клуба, а я ходила туда со своим тогдашним мужем.
— Значит, ты была замужем, когда впервые встретила Митчелла? — спросила Дженни, наклонившись вперёд на сиденье.
— Они оба были женаты, — быстро вставила Лоретта, закатив глаза. «А это действительно имеет отношение к тому, что случилось с Митчеллом, инспектор?» — добавила она, игнорируя Дженни и обращая свой вопрос исключительно к Реми.
«Возможно», — подчеркнул он. «Пожалуйста, просто отвечайте на наши вопросы как можете».
Лоретта скрестила руки и откинулась на спинку дивана.
«Да, мы оба были женаты», — сказала Иоланда. «Но это не то, что вы думаете — у нас не было романа. Наши браки распались, и мы… нашли друг друга».
«И это был счастливый брак?» — спросил Реми. Его лицо оставалось бесстрастным, демонстрируя мастерскую сдержанность.
«Конечно!» — воскликнула Иоланда, высморкавшись в салфетку, которую вытащила из стеклянного салфетника геометрической формы, стоящего на боковом столике. «На что вы намекаете?»
«Мы ничего не намекаем», — быстро вступила в разговор Дженни. «Детали важны».
«Ну, он был счастливым. Очень счастливым. Я знаю, о чём вы, наверное, думаете», — рыдала Иоланда. «Намного моложе меня, второй брак — вы думаете, я, наверное, была охотницей за деньгами!»
«Нет», — сказал Реми. «Но вопрос о наследстве важен. Кто унаследует этот прекрасный дом?»
Трое опрошенных переглянулись, словно решая, стоит ли быть честными.
«Ну, инспектор и так сможет добыть эту информацию из полицейских отчетов», — Дженни пожала плечами, надеясь вывести их из себя. «Полагаю, тогда мы получим свой ответ…»
«Иоланда и я были равными наследниками», — сказал Джейк, впервые заговорив с момента их прибытия.
«Это было мило со стороны твоего отца», — сказала Дженни, решив немного поднажать на Джейка. «Значит ли это, что ты получишь половину выручки от продажи дома?»
«Продажи?» — внезапно воскликнула Иоланда.
«Прости», — Дженни сделала вид, что оговорилась. «Я просто предположила, что Джейк, возможно, захочет продать свою половину».
«Ну, раз уж ты об этом заговорила…», — нерешительно сказал Джейк.
«Ты не можешь!» — взвизгнула Иоланда. «Это наш дом! Это был дом Митчелла!»
«Так какая же альтернатива? Мне продолжать жить со своей мачехой, которая всего на десять лет старше меня?» — презрительно фыркнул Джейк.
Дженни и Реми переглянулись.
«Давайте все успокоимся», — сказала Дженни. «Думаю, на данный момент у нас есть всё необходимое».
Джейк снова выбежал на улицу, а Иоланда, заливаясь слезами, побежала наверх, оставив Лоретту неловко сидящей на диване.