Свыше

Глава 14

Нова

«Сегодня во время утренней тренировки пехотинцев увидела, как кто-то использовал технологии. Это было самое крутое, что я когда-либо видела, даже издалека. Хотела рассказать об этом Селесте, но тут был другой протест. Семь человек были повешены на виселице, и она отказалась разговаривать со мной до конца дня».

— Из дневника Новы Тершетты, 9278 ПЗ

В первую ночь, лежа в новых кроватях, мы словно вернулись к жизни.

Мои соседи по комнате уснули через несколько мгновений после того, как легли на свои кровати. Храп парня был громким, его постоянные движения — ещё громче, но девушка спала тихо. Я же, напротив, потратила несколько минут, чтобы обезопасить нашу комнату. Как часто делала с дверью в свою лабораторию дома, я заставила нашу дверь исчезнуть под маскирующим заклинанием. Затем, на всякий случай, наложила на неё защиту, приказав не только своей магии, но и своим теням заблокировать вход. Насколько хорошо у меня это получилось — было спорно. Это было что-то новое, пульсирующее и жгучее — чувство внутри меня так сильно отличалось от того, что я испытывала последние двадцать пять лет. Это означало, что защитные заклинания могли легко дать сбой или даже вовсе отсутствовать, но я могла надеяться только на обратное. В течение следующих трёх месяцев смогу научиться. Этого должно быть достаточно.

Повернувшись, я уставилась на две спящие фигуры. Наша комната была маленькой: три кровати стояли в ряд у задней стены, между ними — стояли тонкие деревянные шкафчики, а над ними — окна. На полу и стенах больше ничего не было, хотя у каждого из нас были свои вещи у изножья кроватей.

Хотя ни один из спящих стажеров не был членом основных родов, я не могла быть уверена, что они не причинят мне вреда. Казалось, все здесь меня хотя бы немного ненавидели. Ожидаемо, но все равно ужасно. Иногда мне казалось, что и я себя ненавижу. Лежа в своей кровати, которая, к счастью, находилась дальше всех от двери, позволила себе подумать о чем-то еще более отвратительном.

Если бы только я родилась в другой семье.

Это было презренно. Возможно, это даже делало меня хуже, чем семьи членов основной группы. По крайней мере, они были честны в отношении того, кто они есть. Тем временем я открыто защищала звезды, проклиная их про себя. Я любила свою семью и заступалась за нее перед другими, но имела наглость желать себе новую семью, когда оставалась одна.

Позволяя себе думать о таких вещах, я лишь погружалась в ужасные кошмары. Сегодняшняя тема — наблюдать, как они умирают от моих рук, от моей магии, снова и снова, как и показывали мне звёзды. Они молили о пощаде, но я просто смеялась над ними. Места, обстоятельства и сценарии менялись, но всегда я их убивала. Настоящая элита.

Только когда в кошмарах появился Альтаир, я засомневалась. Он, небрежно вышагивая, подошел ко мне, на его лице сияла почти злая улыбка.

— О, Маленькая Пустота, я не знал, что ты на это способна.

Во сне я отпустила волосы сестры, её вскрик эхом разнёсся по бескрайнему чёрному небу, усыпанному звёздами. В моей руке был клинок, и я сжала его крепче, когда Альтаир приблизился.

— Знаешь, их убийство не сделает тебя менее никчёмной. Ты всегда будешь ахатой. Ничто этого не изменит, — я даже не вздрогнула, моя рука по-прежнему крепко сжимала кинжал, когда он приблизился. Заметила что-то ползущее по его руке. Извивающееся и… скользящее.

Черная змея.

— Как жаль, что ты так стараешься, а все равно никогда не станешь одной из нас. Ты как потерянный щенок. Жалкое, слабое создание, которое нужно избавить от страданий.

Крики Селесты затихли, ее присутствие исчезло, когда она растворилась в темноте, которая, казалось, пульсировала вокруг меня. Альтаир был всего в тридцати сантиметрах от меня, зловещая улыбка сменилась чем-то почти мягким. Его бледные щеки порозовели, отчего глубокие ямочки, о существовании которых я даже не подозревала, стали еще заметнее.

— Я могу сделать это для тебя, — проворковал он, поднеся руку к моей челюсти. Его ладонь была холодной как лед, но обжигающей. Когда я отшатнулась от прикосновения, другая его рука взлетела вверх и обхватила мою шею, удерживая меня на месте. — Тебе лучше умереть, Тершетта. Поверь мне.

Резко подскочив, я открыла глаза и обнаружила, что нахожусь в своей казарме — в темноте, почти такой же зловещей, как в моих снах. В кошмарах, если честно. Пот пропитал простыни и выданную мне ночную одежду; скользкая ткань прилипала к моей липкой коже.

Больше всего мне хотелось кричать. Сражаться. Или, еще лучше, быть в своей лаборатории. И почему бы и нет? Технически никаких правил, запрещающих покидать остров, не было. Меня не предупреждали о каких-либо защитных заклинаниях, ограничивающих доступ на остров и выход с него. Так что, помимо очевидного риска, я, вероятно, могла уйти.

Но что, если я перейду по теням в опасное место? Последние несколько дней мы не уделяли много внимания магии. Нашей единственной целью было сражаться и выживать. Даже если мне удастся вернуться домой, мне нужно будет вернуться обратно, а я не была искусна в картографии.

Но знала, кто был.

Найти комнату Зейда оказалось не так сложно, как можно было подумать. У основных родов был свой этаж, верхний, где не было лишних людей. Никого выше них. Метафора, придуманная ими самими.

Оттуда мне оставалось только определить, какое место он занимает в их небольшом рейтинге. Альтаир однажды намекнул, что Зейд находится чуть ниже него, что я восприняла как указание на то, что он второй в очереди на какой-то воображаемый трон, который они придумали.

Мои ноги несли меня мимо множества дверей, так много, что они должны были быть пустыми, ведь только шесть детей из основных родов присутствовали. В самом конце коридора находились две двери, каждая на приличном расстоянии от своих соседей. Избалованные детишки.

Но какая дверь будет дверью Альтаира, а какая — Зейда?

Я не хотела столкнуться с Альтаиром ни при каких обстоятельствах, но особенно сегодня. Кошмары, подобные моему, остаются с человеком, и я не могла убедить себя, что не съежусь при виде него.

Несколько мгновений просто смотрела на две двери, размышляя.

Я знала Зейда и Альтаира всего несколько дней. Этого времени явно недостаточно, чтобы изучить их привычки или распорядок дня. Понятия не имела, кому из них больше нравится вид закатов или восходов. Даже не могла предположить, что больше понравится соседям, живущим рядом.

Но я знала одно.