Страница 73 из 101
– Вер. Ты посмотри на себя, что с тобой стало после родов. Ты не женщина. Ты мать. Толстая, неухоженная, вся в проблемах Темки. А какие у него проблемы? Ешь и спи! А ты все драматизируешь. Над каждым его чихом трясёшься. Обо мне забыла, я тебе больше неинтересен. Ты вспомни, как раньше меня с работы встречала? Вся красивая, в платье. А сейчас я смотрю на тебя и не понимаю, кто этот человек в футболке с пятном на пузе.
Я посмотрела на свою футболку, заляпанную молоком, и покраснела.
Я прекрасно понимала, о чем говорит мой муж. Но.
– Сереж, а ты готов взять на себя часть обязанностей, чтобы у меня было время на себя? Чтобы я стала прежней?
– Каких обязанностей! Я каждый день на работу хожу, деньги приношу. Какие ещё обязанности?
– Ну, например, дать мне в выходные поспать. Сделать уборку в квартире. Погулять с сыном. Я не знаю…
– Я все это сделаю, если ты попросишь.
– А я часто прошу?
– Слушай, это уже твои трудности. Что ты от меня хочешь?
– Я хочу понять. Наш брак для тебя важен? Наша семья?
Часы опять тикают, а Серёжа держится за лоб. Ему явно неприятен весь разговор, но кто сказал, что будет легко.
– Тебе часто на работе говорят, что ты тупой?
Сергей смотрит на меня удивленно.
– Что ты хочешь сказать?
– А при тебе когда-нибудь говорили о том, что на твоё место ищут более толкового исполнителя?
– Ты что, не в себе?
– А как бы ты себя чувствовал, если бы ты работал в такой атмосфере, когда ты загружен до макушки, но рядом кто-то, кто тебя постоянно критикует. И никогда не хвалит. И зарплату платит по минимуму. Чтоб только на трусы, проезд да на кашу ребёнку?
– Что ты несёшь?
– То, о чем я тебе говорю – это моя жизнь после родов. Которая стала похожа на тюремное заключение. Когда мы решались на родительство, я думала, что мы делим ответственность пополам. Что мы укрепим наш союз. Но я ошиблась. Мы несчастны. Ты и я по отдельности. Тебе не нравится, как я выгляжу, и ты отравляешь мою жизнь, вместо того, чтобы помочь все наладить. Я понимаю тебя, твоё разочарование, твою обиду. Но я так-то тоже не в лотерею выиграла. Я не знаю, что делать, но так как есть сейчас больше не хочу. Или мы договариваемся на перемирие и совместную работу над семьей. Или расходимся. Потому что я не хочу жить так, как живу сейчас.
– Тебе не кажется, что ты слишком много хочешь?
– А ты считаешь, что я не имею на это право?
– Я считаю, что тебе надо открыть глаза и посмотреть на себя. И перестать строить из себя жертву. Все мамы как-то справляются, одна ты какая-то особенная. Устала.
– Ты прав. Я не хочу быть больше жертвой, поэтому если ты меня не слышишь, и будешь продолжать в том же духе, то вместе нам делать нечего.
– Да пошла ты! —крикнул Сергей и вскочил со стула, – Строишь из себя невесть кого. А сама – жирная. Дура! Кому ты будешь нужна?
– Сыну. – почему-то спокойно ответила я, – Я буду нужна сыну. Здоровая. Сильная. А тебе нет, тебе я точно не нужна. Ни толстая, ни худая. Потому что я для тебя не человек, а только оболочка. Тумба старая.
Я встала и вышла из кухни. Больше мне разговаривать не хотелось. Пришло время действовать.
Я судорожно собирала вещи, когда в комнату ворвался муж:
– Ты что делаешь?
– Собираюсь.
– Куда это? – Сергей реально смотрел на меня с таким удивлением, как будто это не с ним я 15 минут назад беседовала о том, что я жирная и никому не нужная тетка.
– К маме. Я подаю на развод.
– В смысле? Ты с ума сошла?
– Нет. Как раз наоборот, я, наконец, все поняла. Ну ненормальные у нас отношения, неадекватные. Ушла любовь, завяли помидоры.
Я лазила по шкафам, пока Сергей тупо на меня смотрел. Кажется, он не верил в серьезность моих намерений. И очень зря. Потому что действовала я решительно. Впервые за все это время я почувствовала внутри себя какой-то стержень. Основание. Оно выражалось в четырех словах: со мной так нельзя. И точка.
Я собирала свои вещи и одежду сына, скидывала в кучу на диван.
Мне не было грустно, несмотря на то, что я окончательно разрушала наш брак. Я решилась, а значит, назад дороги не будет.
Да, мы были отличной семьей. Мы любили друг друга. По крайней мере, я точно любила. И ребёнка родила не потому, что надо, а хотела. Сына, такого похожего на своего отца. На моего любимого мужа, который не смог быть опорой и поддержкой, утешением. Муж, который стал совершенно чужим.
Он обесценил все, что было важно для меня. А главное, не поддержал.
– Достань мне, пожалуйста, чемодан, – попросила я Серёжу.
– Не буду я тебе ничего доставать. Ты никуда не поедешь, слышишь? Хватит уже устраивать концерт.
– Это не концерт. Это мое решение. Тебе самому не противно?
– Что?
– Жить с женщиной, которая кроме тебя никому не нужна? Если тебя так заботит мой вес, что ты не можешь смотреть на меня без отвращения, то как мне относиться к тебе?
– Слушай, Вер. Я же не прошу многого. Просто немного заняться собой, похудеть. Это что, преступление – хотеть, чтобы ты была прежней?
– А когда я закончу кормить, и грудь моя обвиснет? Ты что предложишь? Операцию? А с растяжками что делать? Знаешь, я замуж выходила тоже за кудрявого красавца. Но никогда и слова не сказала про твои волосы, когда они исчезли. Потому что ты для меня – что-то большее, чем свадебное фото, объект для любования. Отойди!
Я притащила старую стремянку и полезла наверх за чемоданами.
– Куда ты лезешь! Оставь чемоданы, ты сейчас грохнешься вместе с ними, дурная.