Страница 33 из 101
– Ну лежат, и что? По-твоему, мужик должен быть чуть красивее обезьяны? Вонять потом и ходить с сухими губами?
– Не знаю, чем он должен там вонять. Я с детства не люблю красавчиков. От них одни неприятности.
– Так это твои проблемы, детка. Если твоя планочка по мужикам – это сантехник Володя, это не моя вина. Тебе просто слабо на торт посмотреть. Не дотягиваешь сама, а причины ищешь во мне.
– Может, ты и прав, – задумчиво сказала Лена. – Но сейчас это наши общие проблемы. Я не представляю, как можно полюбить такого типа как ты. Это же как яд есть чайной ложкой. Может и вкусно, но зачем?
– Знаешь, ты тоже не в моем вкусе. Мало того что не красавица, так еще и стерва. Тебе не говорили, что иногда лучше промолчать?
– Не в этом случае. Рядом с тобой хочется постоянно говорить.
Егор довольно растянулся в улыбке, а Лена продолжила:
– Чтобы заполнить пустоту.
Разговор не заладился с самого начала. Поэтому будущие возлюбленные сидели молча и смотрели друг на друга с нескрываемым раздражением.
Егор встал со стула, открыл холодильник и достал сардельку.
– Будешь? – спросил он Лену.
– Нет, – ответила она и вышла из кухни.
– Ну, как хочешь, – пробормотал Егор ей вслед.
Лена разложила старый диван и заправила его старенькой простыней. Взбила подушки и легла, уставившись в потолок. Ей совсем не нравилось происходящее. Более того, она не знала, как исправлять ситуацию. Как влюбиться в этого козла – не понимала абсолютно. Егор же, в свою очередь, вместо того, чтобы помочь ей, вел себя как придурок. Лена не заметила, как уснула под тяжестью невеселых мыслей. А когда проснулась, рядом сладко похрапывал коллега. Первый день совместного пребывания подошел к концу.
День второй
Егор проснулся оттого, что тело ломило, потому как отвыкло спать на таких вот старых и маленьких диванах. Егор покряхтел и перевернулся на спину. Лены рядом не было, зато из-под подушки торчал уголок ее ночной рубашки. Егор дернул за тонкую лямку и вытащил кусочек прохладной атласной ткани нежного розового цвета. И как он пропустил ее переодевания? Возможно, если бы он хоть смог просмотреть на неё, как на красивую молодую женщину, а не как на крокодила в юбке, ему было бы проще найти с Леной общий язык. Природа бы помогла.
А так помощи ждать было неоткуда. Влюбляться Егору не хотелось совсем. Он отвернулся от нее и закрыл глаза.
***
Лена жарила яичницу с кусочками сосисок и помидоров и варила свой любимый кофе на старой плите. Она радовалась, что позаботилась о том, чтобы ее утро начиналось с божественного напитка, а не той пакости, которая стояла в кухонном шкафчике. Лена была нежадной девочкой, поэтому на сковороде жарились четыре яйца, а в турке кипел кофе на две больших чашки. Лена долго думала над тем, как справиться с задачей режиссёра, и в голову пришла только одна мысль – смириться и подчиниться законам природы. А именно, быть умнее напыщенного индюка Егора и сделать первый шаг навстречу. Пусть и через желудок. Мужчинам вроде нравится, когда за ними ухаживают.
Конечно, ухаживать не хотелось совсем. Но вот главная роль Лене была нужна непременно. Поэтому девушка накрыла на стол, налила кофе в чашки и отправилась будить своего Ромео.
Ромео смотрел в потолок и насвистывал какую-то незнакомую мелодию.
– Ну что, попробуем ещё раз? – спросила Лена.
Егор улыбнулся и кивнул:
– Давай попробуем.
– Тогда за стол. Я завтрак приготовила.
Егор с кряхтением и постаныванием сполз с дивана и отправился в ванную, приводить себя в порядок.
– Как ты себя чувствуешь после этого дивана? – спросил он с интересом, усаживаясь за стол.
– Знаешь, в моем детстве такой диван был роскошью. Поэтому мне нормально.
Егор опять улыбнулся, но промолчал.
– А ты почему все время улыбаешься? – спросила Лена.
– А тебя это раздражает?
– Ну просто очень тяжело общаться с человеком, который все время улыбается. Другие эмоции есть в распоряжении?
– Знаешь такую фразу: «улыбайтесь, это всех раздражает»? Это мой девиз по жизни.
– Любопытно. Садись за стол. Ты яйца ешь?
– Я все ем.
– Это хорошо. Потому что в холодильнике только яйца и сосиски, видел?
– Слушай, а может, Великий нам так мстит за что-нибудь, не думала?
– Может и мстит. Но если честно, мне очень нужна эта роль. Так что я готова и пострадать. А ты?
Егор промолчал. Взял вилку, нож и принялся есть яичницу и пить безупречно крепкий кофе.
– Расскажи мне о себе, – попросила Лена. – Мне надо за что-то зацепиться. Что-то, что я могла бы полюбить. Ты вообще думал о том, чего от нас хочет режиссёр? Ты когда-нибудь любил?
Егор задумался. Ему не сильно хотелось откровенничать с Леной. Тем более, она совсем не походила на человека, перед которым он готов обнажать душу. Но. Егор тоже хотел получить эту роль. Он хотел, чтобы Великий вытащил его из той привычной ямы, в которой он сидел уже несколько лет. А значит, надо было делать хоть что-то. Карабкаться. Выбираться.
– Любил, – ответил он. – Давно это было очень. И на самом деле не особо впечатляющий опыт, я тебе так скажу. А ты любила?
– А я нет. Знаешь, я в любовь не особо верю. Я росла в полном дерьме.
– Расскажешь?
– А ты про свою любовь расскажешь?
Егор пожал плечами.
– Под яйца с сосисками? Почему бы и не рассказать. Это было в школе. Я младше был на два года. Такой воробушек патлатый. Всегда был мелким и нескладным. Пацаны уже все с мышцами, а я пацан пацаном. Но влюбился. А она старше. Выше на две головы, понимаешь?
Лена слушала внимательно, с непробиваемым лицом. Она понимала, что любой смешок или «не та» реакция могут опять их отбросить друг от друга на километры, а времени на сближение было мало. Поэтому она спокойно ответила:
– Да уж, шансов у тебя было немного, да?
– Ха! Ещё бы. Их вообще не было. Самая популярная девчонка из старших классов и я – шпендик. Веснушки на носу и ноги-руки палочки. Какие там шансы. Я-то и в классе не особо кому нравился. Знаешь, быть мальчиком невысокого роста – крайне сложное занятие.
– И как ты справлялся?