Страница 23 из 52
Как у меня мужа увели
Я увидела, как знакомая машина отъезжает от нашего дома. И прибавила ходу. Знала ведь, что первым делом надо менять замки. Но понадеялась на порядочность супруга.
Очень зря.
Так и есть. Нет телевизора. На кухне пустеет полка из-под микроволновки. Чайника тоже нет.
Вот гаденыш! Почти всю технику вынес!
Я плюхнулась на диван и потерла лоб. Да, замки надо было сменить.
Наши отношения треснули осенью. А распались окончательно спустя три месяца. Он влюбился. Потом колебался. Вернулся. А после окончательно убедился, что вместе нам плохо. И ушел навсегда, собрав пару сумок и чемодан. Вещи он благородно оставил мне. Квартира тоже моя. Бабушкино наследство.
Горевала ли я? Еще бы. Четыре года брака. Общие мечты, цели, работа в одной фирме. А потом такой разворот.
Падение иллюзий. Залипание мерзостью. Он ушел к нашей общей коллеге. Фу. Противно. И больно.
Теперь каждый день нос к носу встречаемся. Хорошо хоть не в одном кабинете сидим.
Почему не уволюсь? Вот еще. У меня работа ладится. Хорошее место, приятная зарплата. Коллектив, за исключением этих двоих, чудесный.
Нет, я не терпила. Но я умею держать удар. И знаю, что ломать копья – не мой метод. Мой метод – наблюдать. Как там говорится? Сидеть на берегу реки и ждать, когда мимо проплывет труп твоего врага.
Что-что, а ждать я умею. Все благодаря моей маме. Она обладала железобетонным характером в силу своего маленького роста. Всю жизнь под полтора метра. В прыжке. И именно умение прыгать выше головы сделало ее мудрой, сильной и независимой.
Я росла тоже медленно. А еще была худая как щепка. И мама очень переживала за меня. Поэтому в каждый сантиметр моего роста она уложила по килограмму гордости и независимости. И это дало свои плоды.
– Держи выше голову, детка. Не давай себя обидеть. Не будь уязвимой. Любая твоя эмоция – пища для дураков. И они будут жрать тебя по кусочку. Не корми, не надо. Береги себя. Сохрани себя целой.
Я ни разу не убегала с поля боя. Но и не грызлась, валяясь в грязи, чтобы удержать позиции.
Нет. Я училась наблюдать и принимать взвешенные решения. И держать любой удар. Вести себя достойно.
Итак, муж ушел к коллеге. А я упорно делала вид, что мне все равно. Никакой видимой грусти, тоски, раздражения или нервов. Хотя внутри все пекло и плавилось.
Никаких разговоров, обсуждений и осуждений с другими. Холод и безразличие. Хоть и видимые. Игнор. Полнейший.
Ох, чего мне это стоило! Каждый вечер я приходила с работы и падала на кровать. В одежде. Иногда подвывала, иногда в тишине. Сил не было. Даже на раздеться и чай попить. Ничего не хотелось. Только если выйти в окно. Жизнь рухнула и мир пошатнулся. Мы мечтали о детях, а теперь я лежу в ботинках одна. И думаю, как мне плохо без него, без моего супруга.
На работе возлюбленные старались меня избегать. Знаете, это как своровать конфету, а потом обходить магазин тремя кварталами. Наблюдать было смешно и грустно одновременно.
Вадим чувствовал себя не очень. А на Марину я старалась не смотреть. Я хоть и сильная, но все же женщина.
Мне кажется, радость Маринки от победы немного утихла, когда она узнала, что квартира моя. И машина на маму записана. Она даже позвонила мне:
– Готовься к суду. Вадим заберет все, что принадлежит ему по праву. Детей у вас нет, так что тебе рассчитывать не на что.
Но суда никакого не было. Как и развода. Я выжидала. А что делал Вадим – не знаю.
Зато сегодня мою квартиру обнесли. Итого: пропали телевизор, микроволновка и чайник. Надеюсь, они принесут им счастье. Мне вот не принесли.
У нас с Вадимом были хорошие отношения. Оба при делах и деньгах. Дышали вполне свободно. Наверное, поэтому он заскучал. Когда все хорошо, то это тоже плохо. Марина моложе меня на пять лет. И это, если честно, удар под дых.
Смотрю на себя в зеркало. И вижу не то, что хотелось бы. Серая, скучная, обычная. Уставшая.
Маринку обычной не назовешь. Яркая, высокая, стройная. Ноги с километр. И по паспорту 22. Сплошные преимущества.
Я же маленькая, кругленькая, но очень гордая птичка. Воробушек. Немудрено, что ушел. Я бы тоже… ушла.
Она, конечно, вцепилась в него. Я сразу почувствовала. Ночные звонки, молчание в трубку. А Вадим как уж на сковороде вертелся. Со мной в постель ложится, но телефон под подушку кладет. Мерзко.
Спросила прямо – и он честно ответил. Врать не стал. Первые месяцы метался и сомневался. Может, если бы я боролась за него, он бы и остался. Но разве можно удержать человека, когда он сам не хочет? А потом всю жизнь жить в сомнениях. Нет. Моя война другая. Тихая.
Через неделю после того, как мы разъехались, в мою квартиру влетела мама.
И я была рада.
– Доченька моя, – обняла она меня, а я уткнулась в нее носом и заплакала.
Самый родной человек. И самый надежный.
– Нет, милая моя, воевать уже поздно. Это надо было делать, когда он только в ее сторону посмотрел, – говорила она мне, попивая чай с пряниками. – Упустила момент. А сейчас это сплошные нервы. Ронять свое достоинство и навешивать на него корону? Что за него две женщины воюют? Ну уж нет! Тут только ум поможет. И сердце. Холодный расчет и внутренний голос.
Я слушаю. Молча. Знаю, что лучше не перебивать.
– Дочь. Развод – это не всегда конец. Как и измена. Иногда это как раз начало настоящей жизни. Когда все лишнее отброшено, подчищено. И акценты расставлены. То, что действительно важно. Знаешь, бывает, живут себе люди и бед не знают. Каждый день одно и то же – и все хорошо. Это как, например, холодец все время есть. Утром, вечером, на обед. Все равно надоест. Даже самый наваристый. И вроде любят друг друга. Но скучно. Нужны перемены. А где они у вас? Даже детей нет. Хотя оно и к лучшему. Болото. Благополучное болото. Вот он и заскучал. Показалось ему, что возможности утекают сквозь пальцы. Когда сидишь все время дома, подышать хочется.
Я не выдержала. Исходя из ее слов, я должна еще его и пожалеть. Бедолага. Заскучал он. Угу.
– Мам, он от меня ушел. Изменил. Все. О чем разговаривать? Она моложе меня, ярче. Он получил, что хотел. Нас ничего не связывает. Кроме, теперь, работы. И то, я, скорее всего, уволюсь.