Страница 48 из 67
Остаток пути мы шли молча, изредка ругаясь и матерясь. Дорога была грязной и очень скользкой.
– Не самая удачная погода для прогулок. – сказала я, когда мы подошли к клубу.
– Не то слово, – Витя рассматривал свои штаны, которые были не только насквозь мокрые, но и в грязных пятнах с разводами.
Он дернул за ручку двери, и мы вошли.
Несмотря на плохую погоду, клуб был полон людей. Туда-сюда шастали мальчишки, были и девчонки.
– Мы ведро опять забыли. – сказала я, увидев знакомого паренька.
– Да и Бог с ним, а то бы принесли ведро воды.
– Нам бы, кстати, не помешало, – я рассматривала свои ноги, на которые налипла грязь. Перед входом я надела чистые шлепки, которые несла в руках, а Витя натянул бахилы, которые предусмотрительно лежали в коридоре.
– Ну что, пойдем искать хозяина? – Витя двинул в коридор, в котором располагались кабинеты.
– Никого. – сказал мой товарищ, подергав несколько ручек.
– Пошли в зал, посмотрим, может, у них тренировка?
Мы двинулись дальше в спортивный зал. Там действительно было полно людей. По полу были разбросаны маты, мальчишки и девчонки стояли плотным кругом и смотрели, как в центре зала дерутся два пацана. Зрелище было необычным. Мальчишки не боролись, они, как два жука, сплетенные воедино, катались по полу. И то один, то другой оказывался сверху.
Наблюдатели стояли молча. Не было ни криков тренера, ни свистов, никакой формы поддержки. Тишина. И два мальчугана, которые почти бесшумно перекатывались туда-сюда.
– Что они делают? – спросила я.
– Борются, ты не видишь? – ответил Витя. Все его внимание было направлено на пацанов.
– Это какой-то вид боевого искусства?
– Насколько я понимаю, это борьба без правил.
Я кивнула и продолжила наблюдение. Через несколько минут раздался свисток, а потом аплодисменты. Мальчишки разлепились, встали, поклонились друг другу и отошли в сторону. В центр поля вышла новая парочка.
В свисток дул мужчина. Я его раньше видела. И здесь, в клубе, и на пляже. Рядом с ним стоял Николай Иванович. Он нас заметил, что-то зашептал мужику со свистком и двинулся в нашу сторону.
– Здравствуйте, – сказала я. – Мы бы хотели с вами поговорить.
Тренер кивнул, посмотрев внимательно на Витю и сказал:
– Пройдемте со мной.
В кабинете он включил чайник и указал нам на стулья.
– Надо согреться, вы промокли до трусов.
Я хмыкнула, а Витя сказал:
– От чая бы мы точно не отказались.
– О чем вы хотели со мной поговорить?
Витя решил взять инициативу на себя, а я не возражала. Потому что дед меня уже однажды раскатал в этом кабинете, так что мое дело – помалкивать и внимательно слушать.
– Меня зовут Виктор Семенов, я здесь по делам своего усопшего друга Геннадия Петровича, которого нашли недавно на пляже. Знаете такого?
Тренер покачал головой.
– Вы его могли видеть, это тот, что утонул недавно.
– Да, я понял, о ком вы. Что вы от меня хотите?
– Дело в том, что моего друга убили. Кто-то напоил его, а потом утопил. Я здесь, чтобы разобраться в этом. Я знаю, что вы в поселке личность известная. Вас уважают. Вы работаете с детьми. А дети, как вы знаете, очень наблюдательны. На них мало кто обращает внимание, а зря. Я бы хотел вас попросить, можно поговорить с ребятами? Может, кто-то что-то знает о моем друге или видел что-то необычное?
Тренер задумался, было видно, что происходящее ему не очень по душе. Одно дело разговаривать с дурочкой вроде меня, а другое – с Виктором. Да и если дедушка не дурак, он должен понимать, что мой партнер – человек серьезный и основательный.
– Я не знаю, чем мои дети могут помочь. Но вы можете с ними поговорить. Только в моем присутствии.
– И еще, можно побеседовать с вашим тренером, с сыном Михаила Александровича? Он же у вас работает?
– Стас? Да, у меня. Вы его видели, он сейчас в зале с ребятами. Дождитесь, когда кончится тренировка только. Не мешайте занятию. Сегодня у ребят важный день.
Тренер встал и достал чашки. Маленькие круглые пиалы, которые я уже видела в этом кабинете. Налил чай из глиняного заварника и достал тарелку с печеньем и сухофруктами. Он действовал так ловко, что мы с Витей застыли и наблюдали за движениями старика.
– Сколько вам лет? – не выдержала я.
– Восемьдесят будет скоро, – ответил дед и улыбнулся.
– Ого!
– А чему вы удивляетесь? Вы же знаете, что возраст – это не цифры. Это дух. Когда вы займетесь своим духом, вы поймете, о чем речь. Вы молодая девчонка, Василиса, а ваш дух покрыт пылью, состарен искусственно. Вот и тело ваше не повинуется вам.
– А что вы обо мне скажете? – с интересом спросил Виктор.
– Молодой человек, а что о вас говорить? Вы и так прекрасно все знаете. Супермен, – серьезно сказал дед, а я еле сдержалась, чтобы не расхохотаться. Мой партнер сидел с довольной рожей и пил чай.
– Скажите, а ваши ребята, они какой стиль борьбы изучают? Они так ловко двигаются.
– Мои ребята обучаются искусству боя. Это не стиль. Это идеология.
– Это как?
– Моя задача – не научить их драться. Есть такая фраза, моя любимая: «Тот, кто владеет боевыми искусствами, – не дерется». Я учу этих мальчиков быть смелыми, ловкими, не бояться испытаний и не пасовать перед болью. Вести себя достойно. В любых обстоятельствах. Победа – это не наша цель. Наша цель – воспитание личности. Побеждает ведь не тот, кто самый сильный. Побеждает гибкий, хитрый и умный воин, обладающий многими техниками, а главное – умением анализировать противника. Знать слабые места, не бить куда попало, не лезть на рожон. А продавливать оборону, используя хитрость. Это не борьба, это искусство. Я никогда не умел драться. Собственно, я нигде этому не учился. Просто в мою молодость были очень популярны фильмы про каратистов. И ведь это какие фильмы были! Не просто махалки руками-ногами. Это была философия. Я интересовался этим, читал книги, ездил на занятия, учился. Михаил Александрович, кстати, очень помог мне. Он нам и оборудование поставлял и видеокассеты, а потом и поездки организовывал.
– Мы знаем, что вы вытащили его сына.