Страница 41 из 67
– Старался каждый день. Иногда заходил к ней, спрашивал, ничего ли ей не нужно?
– А она что?
– А она иногда приглашала на чай. Когда приезжал ваш друг, я ее почти не видел. Она меня не приглашала, да и вообще. Он мне не нравился.
– Почему?
– Он был очень неприятным. Я не знаю, что Ольга в нем нашла. Как будто огромная ящерица в пиджаке. Очень неприятный. И Юльке он тоже не нравился.
– Откуда вы знаете?
– Когда он приезжал, она все время в клубе торчала. Никогда ее возле дома, в саду не видел. Так-то она часто с дружками там сидит.
– Ясно. В этот раз вы видели Гену? Было ли что-то необычное?
– Нет. Все, как всегда. Он приехал, Ольгу стало не видно. Юльку тоже. Такое чувство, что они ему передавали дом во владение.
– Зачем вы его убили? – спросил Витя.
– Я его не убивал. Я знаю, вам лишь бы виноватого найти. Но я не убийца. Если бы я мог хоть кого-то убить, я бы сейчас был не тут, уж поверьте мне. Про Егора я вообще не понимаю, как вы могли подумать такое. Мой племянник в тюрьме. Разве я бы позволил мальчику отбывать мое наказание? Я места себе не нахожу, не знаю, как его оттуда вытащить! Да и Егор… он ведь рос у меня на глазах. Он был хорошим мальчишкой, просто никому не нужным.
– Где вы были в ночь убийства?
– С алиби у меня, кстати, проблем не будет. Наш хозяин – параноик. Ему дом достался от отца. Какого-то там великого человека. Так вот он сильно переживает за сохранность и за порядок, поэтому тут на каждом углу камеры. Я был в доме. По ночам я никуда не хожу, потому что я здесь отвечаю за тишину и спокойствие.
– У вас изъяли видеоматериалы?
– Да, забрали видео с той ночи, когда убили Егора.
– А когда Генка утонул?
– Все у меня в каморке, на компьютере. Вам скинуть на флешку? – спросил Гриша.
– Да. А когда умер Егор, из дома никто не уходил?
– Я не пересматривал видео, но я все отдал полицейским.
– Хорошо, – сказал Витя и кивнул мне: – Пошли.
Я попрощалась с Гришей, который выглядел таким уставшим, будто не спал вечность.
– Жалко мужика. – сказала я, когда мы вышли за калитку. – Куда пойдем?
– Давай за ведром! Заодно посмотрим, что там в этих ямах.
Мы двинулись по нашему вчерашнему маршруту. Шли молча, лично мне сказать было нечего. Мысли о Грише занимали мою голову. Тело предательски ныло, и я шла, подволакивая левую ногу.
– Может, тебе стоило остаться? – спросил Витя, заметив, что я сильно прихрамываю.
– Да нет, просто я давно не проводила свое время так активно.
– Что врачи говорят по поводу твоих травм?
– По-разному, надо много двигаться. Так что мы на верном пути, – я улыбнулась.
– А тебя это не сильно парит, да?
– Ты о чем?
– Ну, ты девка молодая, симпатичная. Но я заметил, что одеваешься, как бабка. Ну то есть плевать тебе, как ты выглядишь. Купальник этот, сарафаны. У тебя ведь фигура отменная, все как надо. А тело рыхлое, ты уж прости. Если бы ты хоть немного занялась собой, спортом, ты бы была конфеткой, взгляд не отвести.
– Спасибо, дружище, а сейчас я, значит, не конфетка, а урюк? – посмотрела я на Витю с сарказмом. Он не сильно смутился. – Какое тебе дело до этого?
– Просто любопытно. Тебе ведь двадцать с лишним, а ты тяжелая, ну, морально. Взгляд, мысли. Девчонки в твоем возрасте по клубам и по мужикам, замуж все поголовно хотят. Хихикают, коктейли пьют, пляшут, о каких-то там побрякушках мечтают.
– По клубам я уже находилась, как ты знаешь. А в остальном. У каждого же свои интересы. Вот ты почему не женат?
– Не встретил ту единственную, – улыбнулся Витя, а я хохотнула.
– Ну-ну. Вот тебе и ответ, Витя. Хотел бы встретить, давно бы уже сидела и ждала тебя какая-нибудь Аленушка дома.
– Вот Гриша этот, смотри, бегает за Ольгой. Помогает ей, ухаживает. А она нам его на раз-два сдала. Даже глазом не моргнула.
Я кивнула. И задумалась о своем. Так мы и дошли до ямы, возле которой оставили ведро с креветками. Вода в ведре испарилась, и креветки выглядели непрезентабельно.
– Куда мы их теперь?
– Да здесь где-нибудь прикопаем.
Витя стал оглядывать яму.
– Что скажешь? – спросила я.
– А что тут сказать, не похоже, что сейчас эти темницы кто-то использует. Дно поросло, да и глубина, сама видишь, не критическая. При желании из такой можно выбраться. Вообще, конечно, сложно представить, что творилось в голове у людей, которые придумали решать проблемы таким вот варварским способом. Хотя. У меня дружок был, он когда подсел, его родители из города увезли. К тетке в деревню. И устроили ему там тотальную изоляцию. И что ты думаешь? Он месяц просидел в застенках. Выпустили его, с клятвами и обещаниями. Он нам рассказывал. Но недолго чистым ходил. Меньше, чем через год, вернулся к своим привычным занятиям. Так что, кто знает, правы или не правы местные. Говорят, победителей не судят.
– Куда пойдем?
– Ты не голодная? А то мы шатаемся, у меня уже звенит в животе.
– Я бы не отказалась перекусить.
– Давай тогда к нашей кормилице, а потом в клуб сходим. Пацанов поищем и ведро им отдадим. Попробуем поспрашивать про Генку и Егора. Ребята-то внимательные. Ну и с этим тренером очень мне хочется познакомиться.