Страница 34 из 67
Глаза паренька загорелись, но тут выступил тот мальчик, лицо которого мне показалось знакомым.
– Ничего мы про него не знаем. Бомж, наверное, какой-то. Креветки брать будете? Можете прямо с ведром, мы потом зайдем к вам, заберем.
Витя хотел что-то сказать, но я толкнула его в бок и ответила сама:
– Конечно. Сколько с нас?
Мальчик назвал сумму, Витя расплатился, и мы, взяв ведро с мелкими креветками, отошли в сторону.
– Почему ты не дала мне сказать? Мальчишки точно что-то знали.
– Я его узнала.
– Кого?
– Этого мальчика, который про бомжа сказал. Я его видела на берегу, рядом с Юлей, когда Гену твоего нашли. Я их чуть ли не силой пыталась отогнать подальше от трупа.
Виктор смотрел на меня непонимающими глазами.
– Юля – дочка вдовы, Ольги. Баба Шура нам про нее рассказывала.
Виктор присвистнул.
– Думаешь, мы нашли пассию Геннадия? – спросила я.
– Думаю, нам стоит это проверить.
– Тогда пойдем? – я хотела подхватить ведро, но Витя меня остановил.
– Нет, стой. Мы же пришли сюда за тишиной.
Я фыркнула. Когда я увидела мальчишек, я почему-то сразу подумала, что все эти байки про тишину высосаны из пальца.
Виктор снял свою футболку и расстелил на песок.
– Присаживайся.
– Я могу и так. – сказала я. – Нечего футболку портить.
– Слушай, перестань уже мельтешить. Тебе сказали – садись. Вот и не выпендривайся. Песок уже остыл, ты ведь детей захочешь.
Больше всего мне хотелось дать Вите оплеуху. Но я понимала, что силы у нас неравные, да и еще он мне был нужен. С ним расследование пошло гораздо быстрее. Я громко и протяжно вздохнула и села на место, на которое мне указал водитель Крутова. Он сел рядом со мной. И замолчал.
Солнце потихоньку спускалось в море, ветер стих, и загудели комары. Но на какое-то мгновенье я все же смогла почувствовать. То самое непонятное, забытое ощущение. Радость момента.
Длилась эта радость не долго. Уже через пятнадцать секунд я начала слушать противное гудение комаров и покосилась на голый торс своего спутника. Надо сказать, что там было чем поживиться и на что посмотреть. Накаченное тело, размашистая татуировка от плеча к груди. Какой-то сказочный мотив. Уже темнело, и я не могла разобраться в смысле нательного рисунка.
Спустя пять минут Виктор резко встал и скомандовал:
– Пошли.
– Что, уже насладился? – съязвила я.
– Да, – спокойно ответил он. – Надо идти быстрее, скоро совсем стемнеет.
Мы пошли через поле, но тропинки уже не было видно. Зелень кусала за ноги, и мне все казалось, что по мне карабкаются пауки и змеи. Я прибавила шаг.
– Ты смотри, аккуратно, мы отклонились от курса.
– Я хочу побыстрее добраться домой.
Я решила поднажать, комары уже не просто жужжали, а терзали мое тело своими хоботками. И тут я почувствовала, что земля уходит из-под ног. Я только пискнуть успела.
Я не знаю, каким чудом Витя смог удержать меня. Хватка и скорость реакции у моего спутника были что надо. Он ухватил меня за сарафан, да так, что нитки швов затрещали.
– Ай, – только и прокричала я, заваливаясь Виктору в объятия. – Что это?
Витя потянул меня на себя, убедился, что я крепко стою на ногах, включил фонарик мобильного телефона и посветил нам под ноги.
– Вот это да, – присвистнула я.
Посреди поля была вырыта глубокая яма.
Я достала свой телефон и попыталась получше рассмотреть, что это за ловушка такая.
– Как думаешь, для чего она здесь? – спросила я.
– Подожди, стой на месте, – ответил Витя и стал прохаживаться по округе, подсвечивая под ноги себе фонариком.
– Еще одна, – сказал он без всякого удивления.
– Здесь что, собрались что-то посадить? Или, наоборот, собрали урожай? – спросила я и хихикнула, вспомнив сказку о репке.
– Скорее всего не что-то, а кого-то, – ответил мой спутник, а я замерла на месте.
– Ты что, хочешь сказать, что эти ямы вырыли специально, чтобы сажать в них людей? Это для трупов? – я рассмеялась, потому что идея Вити выглядела очень нелепо.
– Ладно, пошли домой. Завтра вернемся и все осмотрим.
– Нет, Вить, ты серьезно?
Он оглядел еще раз ямы и, проигнорировав мой вопрос, сказал:
– Давай руку, тут надо идти аккуратно. Кто знает, сколько еще тут таких ям.
Я взяла Витю за теплую ладонь, и мы молча двинулись к поселку. Я поняла, что мой спутник не готов обсуждать увиденное. Мне самой требовалось время на осмысление. Тело начало ломить от усталости, голова потяжелела, левую ногу я уже просто тянула за собой. Пока я думала о тарантулах и змеях, я использовала ресурс выживания. Этот навык работает на меня отлично. Вот только не долго. Поэтому я сосредоточилась на том, чтобы дойти до дома и не потерять сознание. Витя моих мучений не замечал. Он шел, погрузившись в свои мысли полностью.