Страница 20 из 69
Он обнял меня и прижал к себе крепко, но очень бережно. Я ничего не чувствовала кроме глубокого разочарования. Нос щекотал знакомый запах. Моя жизнь разбивалась вдребезги. И я ничего не могла изменить. Просто принимала новую реальность, как и новое отражение в зеркале. Светы нет. И меня больше нет. И счастье, оно невозможно. Все, что мне хотелось, – это найти того, кто сделал это со мной. Того, кто убил мою лучшую подругу. И разрушил мою жизнь.
– Мне тоже очень жаль, Паш. Ты не представляешь, как мне жаль.
Мои глаза были сухими, а в горле разрастался острый дерущий комок. Я больше не знала, что еще сказать. В дверь позвонили.
– Ты кого-то ждешь? – спросил он, отстраняясь от меня, а я вспомнила про друга и вновь глянула на пакет и помидор. Макс!
– Должен товарищ зайти.
– Товарищ?
Паша подошел к двери. Посмотрел в глазок, а потом распахнул дверь. С Максом он был не знаком.
– Этот товарищ? – зло спросил Паша.
– Да, знакомься. Это мой друг, Макс. Мы вместе в школе учились, а сейчас он работает в полиции. Расследует дело об убийстве Светы.
Макс протянул руку Павлу, но мой бывший оказался не способен сейчас на добрые жесты.
Он взялся за дверную ручку и прошипел:
– Счастливо тебе, Макс. И тебе, Василиса.
Мое имя он произнес уже за порогом квартиры. Я тяжело вздохнула и захлопнула дверь. Представление закончилось, артисты разбежались по углам.
Макс смотрел на меня с любопытством и улыбался. Вряд ли пожелания Павла его хоть как-то зацепили, потому что он резво снял ботинки и подхватил пакет с продуктами.
– Ужин, конечно, еще тут? – спросил он и потряс целлофаном у меня перед носом.
– Да. Осталось только разогреть.
Макс хмыкнул:
– Это твой мужик? Тоже голодом его морила? Какой-то он недовольный ушел.
– Бывший мужик, бывший, потому и недовольный, – опять вздохнула я и отправилась на кухню, забыв про одинокий помидор.
Пока я разбирала пакет и раскладывала продукты, Макс помыл руки и пришел мне на помощь.
– Ну рассказывай, матушка, чего ты там нарыла. Мисс Марпл уже переворачивается от зависти? Кстати, ты пивка не купила? Я бы не отказался.
– Пиво еще заслужить надо. Начнем с сосисок. Режь салат, а то мои руки не готовы к хозяйственным подвигам. Ничего особого я не узнала. Но я только начала, не забывай. Говорила с соседкой любовницы нашего таксиста. И с женой Вадика.
– О, видишь, как продуктивно. Может, хватит ерундой страдать и пора заняться своими делами?
Я посмотрела на Макса и потрясла у него сосиской перед лицом:
– Ты зря думаешь, что это ерунда. Я ведь найду убийцу, посмотришь.
– Не сомневаюсь в тебе, – на полном серьезе ответил Макс. – Ты всегда была упертая. Просто я каждый раз себя спрашиваю – я-то зачем на это подписался?
– И? Зачем?
Макс задумался и пожал плечами.
– Такое чувство, чтобы в одиночестве не ужинать. Потому что нет ни одной причины, по которой я объективно мог пойти на должностное преступление. Я же рискую, ты понимаешь? А ты мне сосиской перед лицом трясешь. Нет бы пивка принести да мяса пожарить. Я, между прочим, ради тебя стараюсь.
Я засмеялась.
– Будет тебе когда-нибудь и мясо, и даже коньяк. Всему свое время. Я только начала.
– С таксистом встречалась? – перевел разговор на нужную тему Максим.
– Да, с ним тоже поболтала от души. И с женой его познакомилась. Вот на ком тебе следовало жениться. Я там такой борщ поела, на всю жизнь запомню.
– Хватит дразнить. Я за борщ от свободы не откажусь. Ну и как, что скажешь по поводу мужика? Твои ощущения?
– Думаю, он не при делах. Просто лопух, которого могли выследить в два счета. У него целый график посещений любовницы выработался со временем. Почти все соседи были в курсе, что он к своей Аньке шастает. А что знают двое – знает весь мир. Вы не проверяли через друзей или друзей друзей? Может, есть где-то пересечения?
– Работа ведется, – сказал Макс, нарезая огурец крупными кусками. – Но ты же понимаешь, сколько людей входит в этот круг возможных подозреваемых. Дохлый номер.
– Но это ниточка. Такси явно неслучайно оказалось в деле. Между убийствами прошло не так много времени, народ напуган, проявляет осторожность, на попутки не садится. Это определенный риск для убийцы – ехать опять к клубу. Там у всех на слуху Светкино убийство. Кто после этого сядет к чужаку в машину? Вот такси и пригодилось. Зачем такие сложности, если хотелось просто убить? Можно было найти жертву в любом другом месте, где люди не осторожничают. Но он берет такси и едет к клубу. Это явно умысел.
– Мне кажется, ты слишком сгущаешь. Могло быть и так: шел себе мужик по городу и думал, кого бы придушить. Смотрит, а тут машина стоит, такси. Никого рядом нет. Очень удобно. Он машину вскрыл и сел. Всяко лучше на такси попутчика брать, надежнее. А к клубу рванул по привычке. Утро субботы – где еще народ искать? Все спят.
– Ну, знаешь ли, – перебила его я, – вскрыть машину тоже надо уметь. И гулять по городу в пять утра – тоже такое себе развлечение.
– Это ржавое корыто с логотипами вскрыть не так сложно. Не удивлюсь, если наш таксист и дверь не закрыл. Хотя утверждает обратное.
– Ага, несложно. Я, например, не смогу вскрыть. Да даже подойти побоюсь. А вдруг сигнализация?
– Ну, это ты не сможешь и побоишься. А для кого-то это вопрос нескольких минут. Но я согласен. Маньяк наш не так прост. Это не какой-то там задрот-неудачник, он сильный, умелый и очень умный. Но машину он мог увидеть случайно. Как и к клубу рвануть. Он там уже был, место знакомое. Всегда молодняк трется. Кого-то подцепил бы.
– Но ты понимаешь, какой это риск? Угнать машину, еще и с телефоном, и просто стоять ждать у клуба? Хозяин такси мог в любую минуту спуститься за мобильником, а тачки нет. Он бы поднял на уши твоих коллег и такси нашли бы в считанные минуты.
– Хорошего ты мнения о моих коллегах. Он бы потратил минимум час на составление заявления. Утро субботы, не забывай. Угон машины – это не срочное дело. Но ты права, убийца все равно рисковал или знал, что у него есть время, потому что знал расписание нашего Казановы. Мы ищем связь, но сама понимаешь, там почти без вариантов.
– Понимаю. Но я буду искать. Я не верю, что клуб – это случайность. Это что-то большее.