Страница 69 из 72
Нужно было спасаться, пока не поздно. Юлий в другой ситуации поспешил бы на помощь столь нежно любимым им смертным созданиям, но сейчас с ним рядом была Агата, и он не мог думать ни о ком, кроме нее. Они потихоньку двинулись в сторону двери, ведущей в сад. Юлий уже понял, как уйти, так что оставалось лишь избежать людей старшего Раца и его самого. Неожиданно к какофонии боли прибавились звуки выстрелов и даже автоматных очередей. Приобняв Агату, Юлий пригнул ее вслед за собой к земле, чтобы не поймать пулю, и продолжил пробираться вперед уже на полусогнутых.
Жорж чудом успел оттолкнуть Сусанну, когда люстра рванула вниз, но самого все же задело. Дмитрий, весь вечер стоявший у стены, смотрел только на них, поэтому быстро смог найти их даже в темноте и вместе с другими мужчинами приподнял обломок, чтобы освободить сломанную руку друга.
– Ну что ж, Дмитрий, теперь мы оба с тобой калеки. Друзья и в болезни, и в здравии, – с трудом выговорил раненый.
Сусанна оторвала широкую полоску от подола платья и протянула ему:
– Жорж, я не знаю, как это делается. Скажи, как тебе помочь.
– Сусанна, если ты хотела наложить шину, то боюсь, здесь поблизости нет ничего, чтобы закрепить руку.
– Если хочешь, отломаю ножку стула, к ней прикрутим. – Предложение Дмитрия звучало так серьезно, что Сусанна уже вскочила, чтобы искать подходящий стул. Ее остановил лишь тихий смех Жоржа.
– Какой же цирк могут устроить всего два человека!
Ее взгляд продолжал метаться в пространстве, ища хоть какое-то решение, пока безнадежно не упал вниз. Люстра проломила слой паркета, и теперь некоторые тонкие лакированные дощечки торчали частоколом вокруг дыры. Сусанна прошлась вдоль нее, стараясь не обращать внимания на рвотные позывы и слезы: невыносимо пахло кровью, и еще не всех вытащили из-под конструкции из позолоченного металла. Наконец ей удалось отыскать несколько дощечек, что можно было отломать.
Сусанна с гордостью показала находку, стараясь прикрыть свои израненные окровавленные ногти. Следуя командам Жоржа, она наложила повязку. Пришлось оторвать от платья еще несколько лоскутов подлиннее и стерпеть все издевки брата, придерживавшего обломок дощечки вплотную к коже друга, и шипение бедного раненого, старавшегося не пугать ее лишний раз. К счастью, никто не заметил ее изуродованных пальцев. Но были и те, кто почувствовал сладкий запах крови.
Кто-то схватил Сусанну сзади и поволок за собой. Она кричала и отбивалась, но была слишком слаба, чтобы справиться с таким напором. Ее протащили несколько метров, пока хватка не испарилась. Девушка чуть не упала, но кто-то бережно придержал ее. Послышался глухой звук. Что-то круглое и тяжелое упало рядом у ее ног. Сусанна хотела посмотреть, что это, когда теплая большая ладонь прикрыла всю верхнюю половину лица.
– Это я, Осип. Не бойся, сейчас я передам тебя в руки Дмитрия и Жоржа, и вы должны будете уйти. Закрой глаза на пару минут. – По движению воздуха она решила, что Осип пнул что-то ногой и это нечто покатилось по залу в другую сторону. Затем он наклонился, помог ей встать и быстро повел дальше. Теперь на пальцах, что мешали увидеть разворачивающуюся бойню, было что-то металлическое, холодившее ей нос.
* * *
Агата и Юлий уходили все дальше от звуков стрельбы, криков и визгов. Сердце заходилось от плохого предчувствия. То, что Рац устроил, было не балом для людей, а пиром для вампиров. Никто не знал, преследовал ли он лишь одну цель. Было ли это заявлением, демонстрацией власти, казнью всех неверных – или всем вместе. Ясно было одно – нужно уходить как можно дальше. В доме Юлия оставалась Надин, следящая за порядком. Агата и Мэрилин не очень ей доверяли, но мужчина заверил, что на нее можно положиться. Теперь все мольбы бывшей книгопродавщицы были лишь о том, чтобы добраться до дома.
Так просто это получиться явно не могло. Совсем скоро на их пути встали Рац и Анна Петровна.
– Уже уходите? А ведь праздник только начался. – Он улыбался, как король, вернувшийся из военного похода с победой. Его маленький Версаль тонул в крови и криках отчаяния, покрывая воспоминания Юлия о счастливом детстве в этом доме уродливой черной коркой.
– Господин Рац, им не до нас. Молодые спешат уединиться, не будем им мешать. – Анна Петровна обмахнула себя веером. Это было настолько абсурдно в столь холодную ночь, что Агата невольно отвлеклась.
– Они могут быть едины и под моей крышей. Либо просто не быть.
– Я как раз кстати привез из Европы передовые идеи права выбора.
– Юлий, тебе бы все шутки шутить. Но мне кажется, этот фарс стоит заканчивать. Семья должна оставаться вместе.
– Боюсь, месье Рац, у вашей семьи не осталось ни одного гнезда. Вы слишком долго отсутствовали в доме с горгульями. Кажется, его опечатали. – Осип подошел со спины и встал рядом с Агатой. – Это поместье ждет та же участь. Слышите звон пуль о паркет?
– Ты привел полицейских?
– Ага. – Осип нахально улыбался, смотря в лицо тому, кто забрал у него все, до чего дотянулся.
– Что ж, ты никогда мне не нравился. – Рац запустил руку в карман пальто и достал из него револьвер. Очередной выстрел разрезал тишину ночи.
– Агата?!
Чтобы не упасть, ей пришлось крепче ухватиться за его плечи. Агата подняла глаза – все же Осип был слишком высок – и расцепила объятия, слегка отступая, чтобы удостовериться – она успела, он цел и невредим.
Послышались торопливые шаги по мощеной дорожке. Молодые полицейские, все с оружием и, как на подбор, рослые, приближались к их скромной компании. На какую-то долю секунды господин Рац замешкался. А может, Осипу просто показалось. В любом случае последней, на кого взглянул глава ложи, прежде чем сорваться с места, была Агата, медленно падающая на влажные темные листья. Осип с Юлием бросились на помощь одновременно, но Осип подхватил ее первым.
На черном платье почти не было видно крови. Быстро промокающая ткань выдавала ранение лишь своим влажным блеском. Агата подумала, что никакой разницы в том, пронзила бы пуля Осипа или ее, не было. В нем текла ее кровь, и ее же кровь лилась теперь на землю. Было нечто упоительное в том, что эту истину могли понять только они вдвоем. На руке, что неуклюже пыталась зажать ее рану, вновь сверкало знакомое кольцо, и этого было достаточно.
– Не делай глупостей, беги с ними, – прошептала она. – Рац слишком быстрый, им его просто так не догнать, а ты сможешь. Анна Петровна будет помедленнее в своем платье, ее оставь полиции. Беги же!
Осип в тревоге взглянул на Юлия: