Страница 78 из 125
– Монах Шуаньму, вы чего стоите в стороне от нас и молчите? – внезапно обратился к нему генерал Ю, оставив торговцу уличной едой еще несколько монет.
Но Сюаньму считал, что находился и так достаточно близко к остальным. Пришлось подойти на несколько шагов, на что генерал ответил:
– Другое дело. – Затем он обернулся к Чинмин и Юне: – Показывайте путь, юные девы.
Первая вновь засмущалась, а вторая – недовольная на вид – вздохнула и перехватила мешок с травами.
– Благодарим за чудесную еду! – крикнула нуна торговцу, помахала ему рукой и поспешила за девушками из Анджу.
– Заглядывайте еще. – Он гостеприимно улыбнулся.
Сюаньму все это время продолжал держать в руке деревянную палочку, на которую до этого был нанизан ттокпокки. От теста уже ничего не осталось, а куда надо было деть палочку – не знал, специальной посуды для мусора не наблюдалось. Не бросать же ее на землю?
Генерал Ю поравнялся с нуной и обернулся:
– Монах Шуаньму, вы идете?
Пришлось спрятать грязную палочку в тканях шэньи. Талисманам не страшно, если они перепачкаются, но Сюаньму привык выкидывать мусор сразу, а не носить с собой.
Хеджин и евнух Квон ушли достаточно далеко – больше не было слышно цоканья копыт.
Последнее время Сюаньму не мог надеяться прогуляться в тишине. Каждый раз в его окружении находился кто-то шумный и болтливый, будь то ненадоедливая нуна или же молодая госпожа Ли, а теперь стеснительная, но общительная Чинмин. Он мысленно поблагодарил Юну, что хотя бы та не перекрикивала свою соученицу, а большую часть пути молчала.
Еще издалека Сюаньму заметил стволы бамбука, растущие вширь на горизонте. Затем до него донесся слабый, но странный аромат какого-то густого травяного запаха – в носу резко зачесалось, и монах чихнул. Нуна, всю дорогу болтавшая с Чинмин, чей разговор Сюаньму совсем не слушал, обернулась и обеспокоенно посмотрела на него:
– Рури, ты не заболел под дождем?
– Нет.
В этом он не сомневался.
Чем ближе они подходили к бамбуковой роще, тем сильнее становился травяной запах – теперь он напоминал горькое лекарство. Подобным Сюаньму поили во время болезней.
Генерал Ю чуть склонил голову вбок, замедлил шаг и поравнялся с монахом. Он приоткрыл рот и собрался что-то сказать, как его перекричала нуна:
– Чинмин-а, – Сюаньму не успел заметить, в какой момент девушки сблизились и начали фамильярничать, – а какие у вас в Анджу самые необычные, а лучше даже опасные места? А может, есть местные легенды про страшных духов?
– Фня?
– Дзадза, ты не страшный!
Нуна со всеми умудрялась найти общий язык: будь то ее слуги, или Чинхён и Чинги из лавки свитков и чернил, или генерал Ю, или болтавший на непонятном языке каса-обакэ, или молодая госпожа Ли, с которой первые дни они непрерывно ругались, и теперь девушки, с кем она только что познакомилась. Даже с нелюдимым Сюаньму нуна спокойно разговаривала и не раздражала его.
– Не знаю, онни… – задумчиво произнесла Чинмин и приподняла голову. Она не носила шпильки и украшения, как ее соученица, но в косу были вплетены настоящие цветы, однако они уже начинали подвядать и лепестками осыпаться по земле.
– Какие страшные места могут быть в Анджу? – вмешалась молчаливая Юна. – Это же самый тихий город Сонгусыля.
– И правда…
А Сюаньму вновь чихнул.
Генерал Ю чуть наклонился к нему и шепнул на ухо:
– Что-то учуяли?
Хотя сам он улыбался, щурящиеся золотистые глаза смотрели на монаха серьезно.
– Лекарство? – предположил Сюаньму, не заподозрив ничего неладного, а вот генерал Ю только сильнее свел брови.
Монах не понимал, что здесь странного, ведь они направлялись к дому лекаря – неудивительно, что его драконий нюх мог учуять всякие снадобья. Но в спину как будто вонзались колючки
[94]
[«Как колючки в спине» (кит.) – находиться в состоянии напряжения, аналог «как на иголках».]
: внутренний голос подсказывал, что интуиции генерала Ю стоило доверять.
Наконец они подошли к большой двухэтажной хижине, из окон которой шел легкий пар. Горький травяной запах стал настолько сильным, что у Сюаньму, стоявшего посреди бамбуковой рощи, заложило нос. Они поднялись по каменным ступеням, оставили обувь перед порогом, затем Юна отворила дверь и вошла со словами:
– Отец, мы вернулись.
В нос Сюаньму ударил невыносимо густой запах трав, лекарств и отваров, исходящий изнутри помещения. Слишком тяжелый и удушающий.
– Мастер Нам. – Чинмин тоже поздоровалась, опустила голову и сложила перед собой руки в знак приветствия.
Статный мужчина в темно-зеленой одежде склонился над дымящим котлом и помешивал бурлящую жидкость специальной бамбуковой ложкой.
– Вы принесли солодку? – спросил он не глядя. Внешне он не казался старым, морщины не успели появиться на его лице, однако убранные в пучок волосы были седыми.
– Да. – Юна собиралась протянуть ему мешок с травами, как он ответил приказным тоном:
– Немедленно достань корень и измельчи его.
– Слушаюсь, отец.
Сюаньму заметил, как Чинмин застыла на месте, в то время как ее руки и ноги дрожали. Она встряхнула головой и добавила:
– Я помогу.
Пара лепестков отвалилась с ее прически, закрутилась в воздухе на слабеньком ветру и приземлилась на деревянный пол.
Чинмин вместе с Юной отошли к невысокому темному столу в противоположной части помещения. Вдоль стен стояли огромные шкафы со множеством мелких ящиков, некоторые из них оставили приоткрытыми. Напротив дверей находился еще один стол, заваленный свертками с лекарствами, а также исписанными свитками.
От обилия сильных травяных запахов у Сюаньму слегка закружилась голова, а мир перед глазами начал расплываться. Он оперся о дверной косяк и остался стоять на пороге, куда хотя бы задувало свежий воздух.
– Вы за лекарствами? Чем болеете? – Господин Нам соизволил обратить внимание на путников.
– Мы только сегодня прибыли в Анджу… – радостно начала рассказывать нуна, но седой лекарь перебил ее:
– Если ничего не собираетесь покупать, то не мешайте работать.
Зеленоватая жидкость в котле бурлила все сильнее, Сюаньму даже издалека видел поднимающиеся и лопающиеся пузыри. Он не мог назвать запах противным – просто слишком сильным, из-за чего ему было тяжело дышать.
– Мы не мешаем, а ждем Чинмин и Юну.
– Фиер-фня!