Янтарь и Лазурит

Сюаньму станет для нее солнцем, которое будет защищать от всего мира и выжжет любую угрозу дотла; светилом, ослепляющим врагов яркими лучами; теплом, что согреет в холодную зиму и вернет надежду в минуты отчаяния. Он – ее дракон.

А нуна… будет луной. Ее свет, серебристый и безмятежный, проникнет туда, куда не дотянутся солнечные лучи, и прольется на отвернувшийся от нее мир. Она спасет невежественных людей от смерти и страданий, как всегда делала милосердная верховная лиса.

Они – две половины одного неба, и Сюаньму будет рядом до конца.

Кровь больше не текла по ее бокам, только темные подтеки на белом мехе напоминали о еще свежих ранах. Нуна выпрямилась, мягко оттолкнулась от огромного тела Сюаньму и подошла к его голове. Он опустился, склонив шею, чтобы их взгляды встретились. Благодаря талисманам монахов она уже не корчилась от боли и не скулила.

– Спасибо, – уже энергичнее произнесла она и приподняла уши, в ее глазах Сюаньму разглядел проблески надежды. Как солнце на рассвете отражалось в озере неподалеку от его родного монастыря, так теперь сияли два янтарных глаза.

– Не верь ему! – запротестовал Сюэжэнь. – Ничего ты не можешь без гохэя, глупая лиса! Даже с ним ваша главная не смогла одолеть нашего отца.

Лицзянь молча и хмуро поглядывал на своего господина, как вдруг его глаза расширились, а он сам отпрыгнул в сторону.

Быстрая как стрела нуна перескочила через тело Сюаньму и вцепилась в руку Сюэжэня. Через мгновение распахнула пасть и куснула его ногу, затем ушла за спину. Тот не поспевал за ней и визжал от боли.

– Это яд? У тебя клыки пропитаны ядом, мерзавка? Проклятые монахи предали меня?!

Он не помнил себя от ярости.

– Это сила! Верховной! – начала говорить нуна, и Сюэжэнь обернулся на ее голос, а она уже оказалась с другой стороны. – Лисы!

Нуна двигалась быстрее, чем успевал следить Сюаньму. Словно вспышка света – появлялась, наносила удар и исчезала.

Лицзянь нахмурился и кинулся на помощь Сюэжэню, но ему не позволил генерал Ю – прыгнул перед ним, перекрыл дорогу и прорычал сквозь зубы:

– Сначала тебе придется пройти через меня.

Сюаньму тоже устремился к нему на помощь и на этот раз оттолкнул Лицзяня своим массивным телом, прижал его к стене.

– Уберите ее! – визжал в это время Сюэжэнь.

– Зачем вы это делаете? – выкрикнула нуна и так быстро метнулась вбок, что враг только успел повернуть голову, а она уже напала со спины. – Кто ваш отец? А дед тоже есть?

Она впивалась в него клыками, отрывала куски тела и выплевывала их на пол, те приземлялись со звоном, как будто она роняла металлические предметы.

– Со всей своей родней решили познакомить? – возмущенно кричала она в моменты атак.

– Я все расскажу, только перестань!

Глаза генерала Ю вспыхнули, как отточенные клинки на солнце, и он ринулся к нуне. Сюаньму все еще придавливал Лицзяня и не успел обернуться, как услышал звон. Голова Сюэжэня сорвалась с плеч с чистым, почти музыкальным звуком, словно кто-то ударил в колокол. Покатилась по ступеням, подпрыгивая, пока не шлепнулась в воду. Цзи, державшая его волосы, зацепилась за дерево острым концом, а гуань слетела с пучка и поспешила следом за головой, стуча, как брошенная монета. Тело еще некоторое время стояло, словно Сюэжэнь не умер, а хватался за ускользающую жизнь, но затем рухнуло с оглушительным грохотом.

– Ю Сынвон, ты с ума сошел?! – возмущенно закричала нуна, ее грязная белая шерсть стояла дыбом от ярости. – Он мог рассказать нам правду!

– Или обмануть и заманить в ловушку. – Генерал говорил тоном, не терпящим возражений.

Сюаньму почувствовал, как тело Лицзяня обмякло, и встревоженно обернулся – вдруг тот что-то замыслил. Взгляд врага вмиг стал пустым, руки повисли, кинжалы упали в воду.

– Сдаюсь, – тихо произнес он. – Лучше упокоить дух, чем умереть окончательно.

Остальные аккымы испуганно переглянулись и опустились на колени, больше не пытаясь вырваться из-под тела дракона.

Хотя шея Сюэжэня издалека казалась окровавленной, она не хлестала кровью, подобно ручью, и не пачкала воду. Нуна осторожно обошла его и подбежала к Сюаньму и Лицзяню, продолжая сердито коситься на генерала. Тот остался на деревянном возвышении.

– Что ты знаешь? – выпалила нуна, не теряя ни мгновения. – Кто ваш отец?

Лицзянь одновременно яростно и испуганно посмотрел на нее, после чего опустил взгляд, отвернулся и тихо ответил:

– Шэньюань.

Повисла тишина, которую нарушила нуна недовольным тоном:

– Мне из тебя информацию вытягивать или сам расскажешь?

– Он дрался с белой лисой много веков назад, но проиграл, однако и она не смогла ни упокоить его дух, ни убить, поэтому заточила где-то на Тигусе. Выше него никого нет. Что еще ты хочешь узнать?

– Почему лучше упокоить дух?

– Мы верим, что так у нас есть шанс вернуться к нашим хозяевам и переродиться, в противном случае мы умираем окончательно.

Сюаньму не понимал, как именно умирал аккым, если даже осколок мог захватить человека. К тому же генерал упоминал, что некоторых сбрасывали в океан, – он чего-то недоговаривал? Другую навязчивую мысль Сюаньму не решался озвучить, однако никто больше не задаст этот вопрос за него.

– Сюэжэнь… – неуверенно начал он тихим голосом, – основал орден монахов или только захватил?

Лицзянь поднял голову, пересекся взглядом с Сюаньму и усмехнулся.

– Сюэжэнь долгое время был монахом и заслужил место главы, монахи выбрали его.

– С чего мы должны верить тебе? – крикнул генерал Ю с деревянного возвышения. Похоже, он не спешил приближаться к остальным, и нуна сердито посмотрела на него.

– Можете не верить, вам решать.

Нуна молчала, а Сюаньму больше ни о чем и не хотел спрашивать. Тяжеленный камень свалился с души: жизнь не оказалась ложью, шифу не был на стороне врага, чему он не мог не радоваться.

– Я не знаю, как упокоить дух без гохэя, – пробормотала нуна себе под нос, ее взгляд был направлен на плававшие в воде обломки.

После ее слов Лицзянь не попытался вырваться. Наоборот, посмотрел в глаза Сюаньму и тоскливо произнес:

– Можешь отпустить меня, дракон, я не сбегу.

Сюаньму переглянулся с нуной – та кивнула. Тогда он перестал давить телом и чуть отодвинулся, но все равно не спешил верить врагу.