Кина не будет

— Вот мне этого шницера и давай, — потребовала старушка.

— Пинчер-болонка! — выкрикивал увлекшийся аукционом Олег, высоко поднимая крохотную дворнягу. — Выведена специально для малогабаритных квартир!

— Беру! — вызвался мужчина в пиджаке, надетом прямо на майку.

— Такса-шпиц! Умыть и причесать — получит медаль на любой выставке.

— А шерсть из него не лезет?

— Из шерсти одного шпица при постоянном вычесывании можно связать пять модных кофточек.

— Тогда дайте парочку: мне и приятельнице.

— Доберман-терьер, редчайший экземпляр!

Пес имел довольно жалкий вид, и охотников на него не находилось. Тогда Баландин подозвал укусившего его мальчишку, который следил за аукционом с тем же интересом, с каким минуту назад наблюдал за будочником.

— Иди сюда. Бери!

— Очень мне надо, — настороженно буркнул тот.

— Про Белку и Стрелку слышал?

— Которые в космос летали?

— Точно.

— Ну, так что?

— Это — их родной внук. Первый кандидат для полёта на Марс.

— Ну да?..

Растерянный мальчишка уже держал в руках взъерошенного пса.

— А как его звать?

— Я бы назвал Джеком.

Из-за угла дома появились расстроенные «старатели».

— Ушла, тварюга! Я ж кричал — на меня гони.

И вдруг застыли в изумлении, увидев скопление людей у будки.

Раздача собак подходила к концу. Женщина с авоськами кричала:

— Больше двух в одни руки не давать, чтобы всем хватило!

— Братцы! — возмутился философ. — Что ж он, гад, делает!

Вооруженные сачками и щипцами, они зловеще кинулись на ветеринара. Почуяв, что их спасителю грозит опасность, освобожденные псы с яростным лаем рванулись на своих обидчиков.

Лидия Андреевна ввела нахохлившегося Валерьяныча в кабинет Мирзояна.

— Подумали б о Рубене Саркисовиче!.. В какое положение вы его ставите?

А перед самой дверью добавила:

— Готовьтесь к нагоняю.

Мирзоян встретил Олега раскатистым хохотом.

— Как ты умудрился трёх здоровых мужиков затолкать в будку?

— Псы помогли.

— До сих пор в нашем районе еще не было случаев бешенства, — сухо ответила Лидия Андреевна.

— И не будет, — проворчал Баландин. — Собаки здоровые.

— А если нет?

— Они вполне могли заразиться бешенством от тебя, — съязвил Мирзоян.

— Попрошу без оскорблений!

— Тихо, петух, — угомонил его начальник. — Наломал дров — молчи!.. Значит, так. Горстанцию я нейтрализую. А ты срочно соберёшь розданных собак и сделаешь им прививки. Лидия Андреевна тебе поможет.

— Завтра Вадик идёт на фигурное катание… — промямлила Лидия Андреевна. — Можно мне уйти на час раньше?..

— Можно, — разрешил Мирзоян.

Отец Павлика, мальчишки, которому Баландин дал Джека, вошёл в квартиру, повесил на вешалку шинель и фуражку ГВФ, огляделся и ужаснулся. На полу лужа воды, валяются мокрые полотенца, пачки со стиральным порошком.

— Чёрт знает что! Хоть домой не возвращайся.

На тахте мокрый пёс, завернутый в махровый халат.

— Я его мыл, — объяснил Павлик.

На кухне не чище. Кастрюли на табуретке, кости на полу.

— А где обед?

— Он съел, — ответил Павлик, кивая на пса.

— Кто-то из нас тут лишний, или я, или он.

… Павлик вывел Джека во двор.

— Привет! — бросил он соседскому мальчишке, прогуливающему огромного дога.

Дог свысока посмотрел на Джека. Мальчишка снисходительно спросил:

— Это что?

— Джек.

— Какой-то он у тебя прибитый.

— Сам ты прибитый. Его в космос назначили.

— Ну и лопух ты! Для космоса специальный собачий институт есть. Тебе наврали, а ты уши развесил…

…Павлик по закоулкам привёл Джека к мусорнику, привязал его к ограде.

— Пока.

И убежал, не оглядываясь.

Пёс рвался к нему, но мальчишка перелез через забор, нырнул в арку между домами, прошёл через детский садик…

Когда он поднялся в лифте на свой этаж, Джек уже ждал его, сидя на коврике перед квартирной дверью. На шее у него болтался обрывок верёвки.

Хмурый Олег шёл по аллее молодого парка. Студенты сажали новые деревья, рыли ямы, раскидывали чернозем. Руководила — тоненькая девушка в джинсах и свитере, соученица Баландина по сельхозакадемии.

— Привет, Валерьяныч! — она заметила Олега и бросилась к нему. — Видишь, что я тут развернула: из чахлого скверика центральный парк делаю. Академия дала ребят. А саженцы я выбивала в Крыму, два раза ездила… Даже кипарисы добыла. Мой шеф заявил, что они не приживутся, ругался страшно. А у тебя как?

— Полный порядок, — бодро соврал Валерьяныч. — Сегодня благодарность получил.

Она с уважением и завистью посмотрела ему вслед.

— Когда это кончится?

В комнате Иннокентий, Павлик и Нина, молодая женщина с портфелем. С ней рядом Валентин, белокурый гигант в форме ГВФ.

Мальчишка стоял в углу, исподлобья глядя на взрослых.

— В школе двойки, соседская девчонка избита, а теперь ещё вот это…

— Я не поджигал.

Нина раскрыла портфель, вынула какие-то бумаги.

— Парфёнов признался, Гошева мы привлекаем к ответственности, он уже совершеннолетний, а с вами я просто не знаю, как быть.

— Я и сам не знаю, — вздохнул Иннокентий.

— Ты хоть понимаешь, что от почтовых ящиков пожар мог распространиться на весь дом? — спросила Нина.

— Что ж мне, работу бросать?!

— Я с твоим отцом семь лет летаю, — вмешался Валентин, — но никогда не видел его таким издёрганным. И не мудрено: он сидит за штурвалом и думает, когда его вызовут в суд. Да и Нина Сергеевна отрывается от дел, второй месяц с тобой возится…

Павлик хмуро молчал.

— Что ж ты воды в рот набрал? — злился Иннокентии. — Натворил — умей отвечать.

Звякнул звонок. На пороге появился Валерьяныч со взъерошенным псом в руках.

— У нас уже есть один, — сказал лётчик.

— Это не сюда, это обратно, — бормотал Олег. Присутствие Нины его явно смущало. — Таксисты больше троих в машину не берут, боятся, чтоб не грызлись. Но собачки, в общем, тихие, у них после будки психика травмирована… Я вашего ненадолго заберу, для прививки.

«Тихая» собака рявкнула на женщину.

— Общительная, — пояснил ветврач.

Ответным лаем залился Джек из соседней комнаты.