Игра с огнём, или Как рыцарь спасал врага

Глава 8. Возвращение к истокам

Они шли на север три дня. Лес постепенно менялся — высокие сосны уступали место корявым берёзам и низкорослым кустарникам, воздух становился холоднее и чище. Айрин чувствовала, как с каждым шагом внутри неё разрастается странное волнение. Она возвращалась домой. Туда, где её ждали. Туда, где её могли либо принять, либо отвергнуть.

Она не знала, как встретят её соплеменники. Она ушла, чтобы мстить, и оставила их без ответов. Она убила южного лорда и принесла на свой клан гнев Южного королевства. И теперь она возвращалась не одна, а с врагом. С Чёрным Вороном.

— Ты боишься, — сказал Кэллан, когда они остановились на привал у небольшого ручья. Он смотрел на неё, и в его серых глазах было понимание. — Я вижу это по твоим глазам.

— Боюсь, — честно ответила она, садясь на траву. — Я не знаю, как они встретят меня. Я не знаю, что скажу им. Я оставила их, чтобы мстить. Я принесла на них гнев Юга. Я не знаю, простят ли они меня.

— Скажешь правду, — ответил он, садясь рядом с ней. — Ты скажешь, что была права. Что ты защищала честь клана. Что ты не предала их. И если они не поймут... я буду рядом.

Она посмотрела на него, и в её глазах была благодарность.

— А ты? — спросила она, поворачиваясь к нему. — Что ты скажешь им? Ты — враг, Кэллан. Ты — Чёрный Ворон. Они убьют тебя, как только увидят.

— Возможно, — ответил он, и на его губах появилась слабая улыбка. — Но я готов принять это. Ради тебя. Если я умру, умирая за тебя, я умру счастливым.

Она смотрела на него, и внутри неё разливалось странное тепло. Она знала, что он говорит правду. Он был готов умереть за неё.

— Я не позволю им убить тебя, — сказала она, и голос её был твёрдым. — Я сделаю всё, чтобы они выслушали меня.

— Ты не сможешь остановить их, если они решат, — ответил он. — Но ты можешь попытаться убедить их, что я не враг.

— Я сделаю это, — сказала она. — Я заставлю их выслушать меня.

Он взял её за руку и притянул к себе. Он поцеловал её в лоб, и она закрыла глаза, чувствуя, как его губы касаются её кожи.

— Мы справимся, — сказал он. — Вместе.

Они продолжили путь, когда солнце начало клониться к закату. Лес становился всё более знакомым — Айрин узнавала каждую тропу, каждый поворот. Она чувствовала запах дыма, доносившийся откуда-то издалека. Запах костров. Запах дома.

Они вышли на опушку, и перед ними открылась долина. Внизу, у подножия гор, стояла деревня. Небольшая, но уютная — с каменными домами, вросшими в землю, с дымом, поднимающимся из труб, с огородами и загонами для скота. Но что-то было не так. Слишком тихо. Слишком пусто.

— Это мой дом, — сказала она, и голос её дрожал.

Он ничего не ответил. Он просто сжал её руку, давая ей понять, что он рядом.

Они спустились в долину. Подойдя ближе, Айрин увидела, что деревня изменилась. Часть домов была разрушена, заборы повалены, на земле виднелись следы копыт и костров. В воздухе витал запах гари и пепла. Её сердце сжалось от страха.

— Что здесь случилось? — прошептала она, чувствуя, как холод разливается по её телу.

— Похоже, здесь был отряд Южной армии, — сказал Кэллан, и его голос был напряжённым. — Они были здесь незадолго до нас. Я вижу следы — они ушли не больше трёх дней назад.

Она рванула вперёд, не чувствуя ног. Она бежала между разрушенными домами, ища хоть одно живое лицо. Но везде была только пустота. И тишина. Она слышала только своё дыхание и стук собственного сердца.

Она остановилась у центральной площади, где стоял большой камень, служивший местом собраний. На камне она увидела отца.

Он сидел на камне, сгорбленный и старый. Его седая голова была опущена, руки лежали на коленях. Он не двигался. Он был похож на статую, на памятник самому себе.

— Отец! — закричала она, и она бросилась к нему.

Он поднял голову, и в его глазах мелькнуло узнавание. Он смотрел на неё, и в его взгляде была боль. Он был бледен, его лицо было измождённым, под глазами залегли глубокие тени. Он выглядел так, будто постарел на десять лет за эти несколько недель.

— Айрин, — сказал он, и голос его был слабым. — Ты вернулась.

— Что здесь случилось? — спросила она, падая перед ним на колени. — Где все? Что произошло?

— Южане пришли, — ответил он, и его голос дрожал. — Они искали тебя. Они сказали, что ты убила их лорда. Что ты должна ответить. Мы сказали, что не знаем, где ты. Тогда они начали сжигать дома. Они забрали наших людей. Они увели женщин и детей. Они увели твою мать.

Айрин чувствовала, как внутри неё разрастается холод. Она смотрела на отца, на его измученное лицо, на его дрожащие руки, и понимала, что это она виновата. Она принесла эту беду на свой клан. Она убила лорда, и за это расплачивались её родные.

— Я не знала, — прошептала она, и голос её дрожал. — Я не хотела этого. Я не хотела, чтобы они пострадали.

— Я знаю, дочь, — сказал он, и в его голосе была усталость. — Я знаю, что ты не хотела. Но теперь мы должны вернуть наших людей. Мы должны вернуть твою мать.

— Как мы это сделаем? — спросила она, и в её голосе была решимость.

— Мы пойдём к ним, — сказал он, и в его голосе появилась сталь. — Мы пойдём в Южное королевство и заберём их.

— Это безумие, — сказала она. — У нас нет сил, чтобы противостоять им.

— У нас есть ты, — сказал он, и он посмотрел на неё с новой силой. — И у нас есть он.

Он указал на Кэллана, который стоял позади неё, молчаливый и напряжённый.

— Чёрный Ворон, — сказал отец, и в его голосе было недоверие. — Ты привела врага в наш дом.

— Он не враг, — сказала Айрин, и голос её был твёрдым. — Он спас мне жизнь. Он помог мне сбежать. Он рисковал своей жизнью ради меня.

— Зачем? — спросил отец, и в его голосе было подозрение. — Зачем Чёрному Ворону спасать северную лучницу?

— Потому что я люблю её, — сказал Кэллан, и слова сорвались с его губ раньше, чем он успел подумать. Он стоял, не опуская глаз, и в его голосе не было сомнения. — Я люблю её, и я готов сделать всё, чтобы вернуть ваш народ.

Отец долго смотрел на него. Его взгляд был тяжёлым, испытующим. Он изучал Кэллана, как изучают врага перед боем.

— Почему я должен верить тебе? — спросил отец, и в его голосе был вызов.

— Потому что я знаю, где они держат ваших людей, — ответил Кэллан. — Я знаю маршруты патрулей. Я знаю слабые места в охране. Я помогу вам. Если я лгу, убейте меня. Но я не лгу.

Отец смотрел на него, и в его глазах медленно разгоралась искра надежды. Он подошёл к Кэллану и остановился в шаге от него.

— Если ты лжёшь, я убью тебя собственными руками, — сказал он.