Игра с огнём, или Как рыцарь спасал врага

Глава 7. Путь сквозь чащу

Пещера за водопадом стала их убежищем на ближайшие сутки. Вода падала с высоты в несколько десятков футов, разбиваясь о камни с глухим рокотом, который заполнял собой всё пространство. Тысячи брызг взлетали в воздух, оседая на стенах и превращаясь в тонкую водяную пыль, окутывающую всё вокруг влажной прохладой. Айрин стояла у входа, глядя на водяную завесу, которая отделяла их от внешнего мира, и чувствовала, как странное спокойствие разливается по её телу. Впервые за долгие недели она не слышала криков стражников, не чувствовала запаха крови и страха. Только шум воды и его дыхание рядом.

Кэллан сидел у стены пещеры, прислонившись спиной к сырому камню. Его лицо было бледным, под глазами залегли глубокие тени, а плечо всё ещё кровоточило — рана, которую он получил при побеге, не желала затягиваться. Он смотрел на неё, и в его серых глазах отражался свет, проникающий сквозь водяную завесу. В этом свете она видела усталость, боль и что-то ещё — что-то, что заставляло её сердце биться быстрее.

— Ты ранена, — сказал он, и голос его был слабым, но в нём звучала забота. — Твоя щека... и ноги. Ты босая с самого начала.

Айрин провела пальцами по своей щеке, чувствуя засохшую корку крови. Она почти забыла об этом, настолько сильно её тело было заполнено адреналином. Но теперь, когда опасность миновала, боль начала возвращаться — тупая, ноющая, пульсирующая в такт сердцу. Она чувствовала, как каждый мускул её тела протестует против движения, как ступни горят от ссадин и мозолей.

— Ты тоже ранен, — ответила она, подходя к нему. — И гораздо серьёзнее меня.

Она опустилась на колени рядом с ним и взяла в руки край своей рубашки, разрывая его на длинные полосы. Он смотрел на её движения, на её пальцы, которые работали быстро и умело, несмотря на усталость. Она чувствовала его взгляд на своих руках, и это прикосновение взгляда было почти осязаемым.

— Ты лечила раньше? — спросил он, и в его голосе послышалось любопытство, смешанное с уважением.

— Я северянка, — ответила она, не поднимая глаз. — Мы учимся этому с детства. В горах нет лекарей, которые прибегут по первому зову. Если кто-то ранен, спасать его — твоя задача. Отец говорил, что каждый воин должен уметь лечить, потому что в бою твоя жизнь зависит от твоих же рук.

Она аккуратно сняла с его плеча пропитанную кровью ткань. Рана была глубокой — меч стражника оставил на его теле рваный след, который уже начал воспаляться. Края раны покраснели, и от неё исходил жар. Айрин чувствовала, как её пальцы дрожат, когда она касалась краёв раны, но она заставила себя успокоиться. Она знала, что если не обработать рану сейчас, начнётся заражение, и тогда его будет не спасти.

— Это будет больно, — сказала она, поднимая на него глаза. В её взгляде была предупреждение и сочувствие.

— Я выдержу, — ответил он, и на его губах появилась слабая улыбка. — Я выдержал и не такое.

Она промыла рану водой из ручья, который протекал через пещеру. Холодная вода коснулась его плоти, и он зашипел сквозь зубы, но не издал ни звука. Она видела, как его челюсть сжалась так сильно, что желваки ходили ходуном, как его рука вцепилась в камень, на котором он сидел. Но он молчал.

Она приложила к ране полоски ткани, плотно перевязывая плечо. Её пальцы двигались уверенно, привычно — она делала это сотни раз, но никогда ещё не лечила врага. И никогда ещё не лечила человека, который стал для неё чем-то большим, чем просто враг.

Закончив, она села рядом с ним, чувствуя, как усталость наваливается на неё тяжёлым грузом. Она оперлась спиной о холодный камень и закрыла глаза. Её тело гудело от напряжения, каждый мускул протестовал против движения. Она чувствовала, как её ноги дрожат от усталости, как руки ещё помнят его кровь.

— Нам нужно отдохнуть, — сказала она, не открывая глаз. — Хотя бы несколько часов. Дальше мы не уйдём без сил. Если мы сейчас рухнем, нас догонят и убьют.

— Согласен, — ответил он, и его голос был тихим. — Но я не хочу спать. Я боюсь, что если закрою глаза, то открою их уже в темнице.

Она открыла глаза и посмотрела на него. В его серых глазах она видела ту же борьбу, которую чувствовала внутри себя. Он боялся не смерти. Он боялся потерять её.

— Мы не вернёмся туда, — сказала она, и её голос был твёрдым. — Я не позволю.

— Откуда ты знаешь? — спросил он, и в его голосе было сомнение.

— Потому что я не хочу терять тебя, — ответила она, и слова сорвались с её губ раньше, чем она успела подумать.

Он смотрел на неё, и в его глазах мелькнуло удивление. Она отвела взгляд, чувствуя, как краска заливает её щёки. Она не привыкла говорить такие слова. Она не привыкла открывать свои чувства.

— Ты не представляешь, что для меня значат твои слова, — сказал он, и его голос был хриплым.

— Тогда не заставляй меня повторять их, — ответила она, и в её голосе послышалась усмешка.

Она снова закрыла глаза, чувствуя, как усталость наваливается на неё. Она знала, что они должны отдохнуть, но её тело отказывалось расслабляться. Она чувствовала его присутствие рядом, чувствовала его тепло, даже когда они не касались друг друга. Пространство пещеры было маленьким — всего несколько шагов в ширину — и ей казалось, что она может слышать его дыхание, каждый вдох и выдох.

— Почему ты не бросил меня там? — спросила она, не открывая глаз. — Ты мог убежать один. Ты знаешь лес лучше меня. У тебя было больше шансов.

Он долго молчал. В пещере было слышно только журчание воды и их дыхание.

— Потому что я не мог, — сказал он наконец, и его голос был глухим. — Я не мог оставить тебя умирать. Я пытался убедить себя, что это из-за твоего брата. Что это мой долг. Но я знаю правду.

— Какую правду? — спросила она, открывая глаза и поворачиваясь к нему.

— Я не бросил тебя, потому что ты стала для меня чем-то большим, чем просто долг, — сказал он, и его серые глаза смотрели на неё с такой искренностью, что у неё перехватило дыхание. — Ты стала для меня смыслом. Я не знаю, как это объяснить. Я не знаю, когда это случилось. Но я знаю, что если ты умрёшь, я не смогу жить.

Она смотрела на него, и внутри неё что-то дрогнуло. Она чувствовала, как её сердце бьётся быстрее, как его слова проникают в самую глубину её души.

— Ты безумец, — сказала она, но в её голосе не было злости. — Ты готов умереть за женщину, которую знаешь всего несколько недель.

— Я знаю достаточно, — ответил он. — Я знаю, что ты сильная. Я знаю, что ты добрая, даже когда пытаешься казаться жестокой. Я знаю, что ты не сдаёшься. И я знаю, что хочу быть рядом с тобой, что бы ни случилось.