Страница 4 из 63
Зазвонил телефон. Все замерли и уставились на секретаршу.
— Мистер Тэйн, — сказала она, нажав на кнопку.
Вот это уже было неприятно. Тэйн был директором кораблестроительной компании, которая уже много лет закупала сталь только у компании «Лайерс». Пожалуй, его можно было назвать крупнейшим заказчиком.
Лайерс подавил желание отказаться от разговора: прятаться было бы недостойно. Он взял трубку.
— Джим! Что происходит? До нас дошли такие новости...
— Не знаю, что происходит. Для меня это такая же неожиданность, как и для тебя.
— Заводы работают?
— Полчаса назад работали без всяких сбоев.
— Наш заказ будет в срок?
— По-моему, мы вас ни разу не подводили.
— Это правда, — согласился Тэйн. — Но ты не должен обижаться. Тут такое говорят...
— Я не обижаюсь, но, даже если у меня не будет кредитов для закупок в дальнейшем, для твоего заказа все готово и будет сдано в срок.
— Тьфу. — Чувствовалось, насколько у Тэйна отлегло от сердца. — Ну а в чем дело, Джим? Что стряслось? Говорят, что твои акции продаются...
— Знаю, — оборвал его Лайерс. — И я не знаю, что стряслось.
Тэйн, успокоившись за судьбу своего заказа, попросил держать его в курсе и повесил трубку.
— Готов поспорить, он сейчас начнет на всякий случай прощупывать, где бы сделать следующий заказ, — сказал Майкл Росс.
— И правильно поступит, — заметил Лайерс. — Я на его месте тоже бы начал.
— Прошло, однако, четверть часа, — сказал кто-то.
— Так что конкретно означает для нас падение стоимости акций? — спросила Милли, глядя на Фила. — Вы как раз начали говорить, когда...
— Отсутствие кредита. Это плохо, но не смертельно.
— Как это — не смертельно! — возразил начальник планового отдела. — Вы шутите? Где я возьму сырье?
Лайерс, который до сих пор слушал молча, с улыбкой вмешался:
— У меня хорошая компания. А в хороших компаниях не бывает свободных средств — во всяком случае, таких, какие необходимы нам, мы ведь не бантики производим.
— Только ежики, — пошутил Майкл.
Наладить производство ежиков для мытья посуды и некоторых других товаров из отходов была его идея. Сейчас цех ширпотреба приносил солидный дополнительный доход.
— Только ежики. Так что, как в любой хорошей компании, средства вложены в дело. И произойдет все гораздо скорее, чем ты думаешь, Фил. Заказчики поснимают заказы на всякий случай — я бы и сам так поступил. Сырье...
Зазвонил телефон. Лайерс сам снял трубку. Это был Клэридж.
— Джим, — сказал он. — Я ничего не понимаю. Надеюсь, ты поверишь на слово, что я здесь ни при чем. Акции... их нет в сейфе.
Ранним утром Еву разбудил звонок телефона. С трудом разлепив веки, она дотянулась до тумбочки и взяла трубку.
— Ева, — раздался голоса Адама, — я только что сменился. Ту ориентировку прислали снова.
— Это плохо?
— Хорошо. Это значит, что ее еще не поймали.
Ева зябко подобрала под себя ноги.
— Ты не выяснил, почему ее ищут?
— А ты думаешь, у меня было время? На работе не очень-то повыясняешь. Сейчас займусь этим. Ты пока досыпай.
— Нет, мне через полчаса все равно уже вставать, — Ева глянула на часы. — Ты заедешь сегодня? Мне обязательно нужно с тобой поговорить. Мне пришла в голову идея.
— Насчет примерки?
— Нет. Примерка само собой — это завтра. А сейчас у меня другая мысль.
— Я смогу заехать часа через два, — сказал Адам. — Ты будешь занята?
— Конечно, я на работе всегда занята. Но немного времени найду.
— Я хочу позвонить кое-кому и попытаться выяснить, за что ее хотят задержать.
— Очень хорошо. Жду тебя около одиннадцати.
Ева возилась у себя в мастерской со складками плиссированной юбки, когда вошел Адам. Он явно был чем-то расстроен, и Ева постаралась поскорее спровадить ученицу, пытавшуюся собрать иглой скользкий шифон оборки платья.
— Ну, что там? — спросила она брата, как только девушка вышла за дверь.
— Неприятно, но... — он замолчал. — Неприятно страшно, но она — воровка. Ее ищут, потому что она стащила у Торета кольцо с сапфиром.
Ева молчала.
— Считается, что она попытается вывезти его.
— Я в это не верю, — сказала Ева.
— Правда? — обрадовался Адам. — И я почему-то не верю! Странно, ведь я и видел-то ее, наверное, меньше минуты. Но вот не верю — и все тут! Тем более что вся история выглядит как-то сомнительно...
— То есть?
— Да мне сказали, что в полиции очень удивлялись. Дело в том, что все драгоценности Торета у них наперечет: они отвечают за сложную систему сигнализации в его доме и вечно грызутся со страховой компанией — конечно, камни застрахованы. Так вот, такого кольца никто у Торета не видел. Понятно, никто не осмелился ни слова сказать, но выглядит все вместе очень подозрительно.
— А где он взял ее описание?
— Не знаю. Существует предел, до которого открывают по знакомству служебные тайны. Но в тот день у Торета был праздник, день рождения дочери. Она могла быть среди гостей. Вот что: надо бы узнать, была ли там эта миссис Клэридж и какое на ней было платье.
— И узнавать нечего — была. Должна была быть. Они там все повязаны. Насчет платья вот только сказать не могу.
— Я начну ухаживать за ее горничной, — заявил Адам в порыве вдохновения. — Она, наверное, знает про платье. Кстати, празднование состоялось в его загородном доме, так что гости приехали туда на несколько дней.
Ева немного подумала.
— И что, этого кольца вообще никто не знает?
— Никто. Жена его только подтвердила, что кольцо было у нее.
— Странно.
— Мне кажется, и не мне одному, что это только предлог обвинить девушку. Неизвестно только зачем.
— А как ее все-таки зовут, он не сказал?
— Нет. Во всяком случае, я этого не знаю, мне не передали. А что у тебя за идея?
— Хорошая, — сказала Ева. — Чем больше я ее обдумываю, тем больше она мне нравится. Давай дадим объявление в газетах.
— Какое объявление?
— Я еще не продумала текст. Суть должна быть такой, что я готова назвать ей имя того, кто заказывал платье.
— Постой, так нельзя!
— Конечно, нельзя. Можем сделать еще хуже. Поэтому надо так составить, чтобы никто, кроме нее, ничего не понял.
— Как это?
— Помнишь, о чем мы с ней говорили?
— Говорили? Мы не говорили! Два слова — и она убежала.
— Какие два слова?
Адам задумался.