Страница 8 из 43
Все обернулись. На входе в переулок стоял Кай. Он не выглядел напуганным или разъярённым. Он выглядел так, будто наконец-то нашёл то, что искал, — и теперь не собирался упускать.
— Кай… — выдохнула Лея, и в этом выдохе было столько облегчения, что на секунду даже страх отступил.
Кай не смотрел на неё. Его взгляд был прикован к противникам.
— Вы пришли не туда. И не к тем.
Высокий усмехнулся, но в его улыбке уже не было прежней уверенности.
— Да? А мне кажется, как раз туда.
Кай сделал шаг вперёд, и в этом движении не было ни суеты, ни бравады — только холодная, отточенная точность.
— Тогда попробуй.
Драка была короткой и жёсткой. Кай двигался так, будто переулок был его территорией, а каждый угол, каждый выступ стены — частью знакомой карты. Блок, удар, резкий поворот — и высокий пошатнулся, выронив нож. Второй рванулся было вперёд, но Макс, неожиданно ловкий и собранный, подставил подножку.
Через минуту всё было кончено. Противники растворились в темноте, оставив после себя только запах страха и тишину, которая казалась теперь почти уютной.
Кай подошёл к Лее, остановился в полушаге, будто боялся, что если коснётся её, то поймёт, насколько близко они подошли к краю.
— Зачем ты вернулась туда? — прошептал он, и в его голосе не было упрёка — только боль от мысли, что он мог её потерять.
Лея наконец позволила себе опустить плечи, будто сбросила тяжёлый рюкзак.
— Потому что это моё место. И я не хотела отдавать его им.
Кай прикрыл глаза на секунду, потом кивнул.
— Пойдём. Теперь у нас есть другой план.
Макс кашлянул, поправил сбитую куртку.
— А можно сначала кофе? Я заслужил.
Кай чуть улыбнулся — впервые за долгое время по-настоящему.
— Можно. Но не здесь.
Они вышли из переулка, свернули в соседний квартал, где фонари горели ярче, а тени не казались такими густыми. И впервые за последние дни Лея почувствовала: они не просто бегут. Они снова берут контроль в свои руки.
Глава 9. Мастерская как убежище
Они шли по городу, будто растворяясь в его ритме: не бежали, но и не задерживались. Кай вёл их узкими дворами, где между домами висели верёвки с бельём, а из открытых окон доносились голоса и запах ужина. Лея старалась дышать ровно, но каждый раз, когда мимо проезжала тёмная машина, сердце подпрыгивало к горлу.
Макс шёл чуть позади, будто прикрывал тыл, и время от времени тихо бормотал:
— Никогда не думал, что буду так радоваться тому, что в городе столько людей. Чем больше народу — тем спокойнее.
Кай только кивал, не оборачиваясь. Он знал эти улицы как свои пять пальцев, и сейчас это знание было их главным оружием.
Кай закрыл дверь, провернул засов, и этот звук прозвучал как обещание: «Здесь вы в безопасности».
Они сели на старый диван, который Кай когда-то притащил с улицы и сам перетянул. Макс тут же нашёл термос, налил в крышки горячий чай и протянул одну Лее.
— Ты давно это место держишь? — спросила она, грея пальцы о тёплую крышку.
Кай пожал плечами.
— С тех пор, как понял, что мне нужно место, где никто не будет спрашивать «что дальше?». Где можно просто держать в руках что-то твёрдое и знать, что если приложить усилие — оно станет лучше.
Лея посмотрела на шкатулку на верстаке.
— А это для кого?
Кай помолчал, будто решал, стоит ли говорить.
— Тогда нам нельзя возвращаться в кофейню. И нельзя, чтобы они думали, что мы это поняли. Значит, нужно пустить слух, который их отвлечет.
Лея тоже встала, чувствуя, как возвращается привычная собранность — не холодная, а тёплая, потому что теперь она знала: они не одни.
— Какой слух?
Кай посмотрел на неё, и в его взгляде было уважение — не как к той, кого надо защищать, а как к равной.
— Скажем, что я собираюсь встретиться с Игорем на вокзале. Это людное место, они будут ждать меня там, а мы тем временем сделаем то, что действительно важно.
Макс уже доставал телефон.
— У меня есть знакомый бармен. Он вечно всем всё рассказывает. Если я ему «по секрету» шепну, через час об этом будут знать все, кому не лень.
Лея покачала головой.
— Нет. Не через бармена. Слишком ненадёжно. Давай сделаем так: я зайду в ту самую кофейню, будто ничего не подозреваю. И «случайно» оставлю на стойке записку: «Кай, вокзал, 20:00». Пусть думают, что это удача.
Кай шагнул к ней, резко, почти порывисто, но остановился в полушаге.
— Нет. Это слишком опасно.
Лея подняла голову, посмотрела ему прямо в глаза.
— А сидеть и ждать, пока они найдут нас здесь, — безопаснее? Мы должны действовать. И я знаю это место. Знаю, как там всё устроено. Я смогу войти и выйти, прежде чем кто-то поймёт.
Макс кашлянул, будто пытаясь снять напряжение.
— Она права. И… я пойду с ней. Буду стоять у соседнего киоска, делать вид, что выбираю газету. Если что — я рядом.
Кай стиснул зубы, будто каждое слово причиняло ему боль.
— Если хоть что-то пойдёт не так…
Лея подошла к нему, положила ладонь ему на руку — не для того, чтобы успокоить, а чтобы он почувствовал: она не собирается рисковать зря.
— Мы будем осторожны. Обещаю.
Через час Лея снова стояла у знакомой двери кофейни. Колокольчик звякнул, и на секунду ей показалось, что время откатилось назад: тот же запах, те же стулья, та же стойка. Только теперь она видела всё иначе — как поле боя, где каждая деталь может стать либо укрытием, либо ловушкой.
Владелица кофейни подняла глаза, увидела Лею, и в её взгляде мелькнуло не удивление, а молчаливое понимание: «Ты знаешь, что делаешь». Она чуть кивнула, будто говоря: «Я прикрою».
Лея прошла к стойке, наклонилась, будто поправляя салфетницу, и незаметно положила на полку под стойкой сложенный листок. На нём было всего несколько слов: «Кай, вокзал, 20:00».
Она выпрямилась, взяла с полки меню, будто просто хотела посмотреть, и в этот момент заметила, как зеркало над стойкой чуть блеснуло — не от света, а от чего-то другого. От линзы.
Её пальцы на секунду дрогнули, но она заставила себя не отводить взгляд, не показывать, что поняла.
— Можно мне просто воды? — спросила она спокойно.
Владелица кивнула, налила стакан, поставила перед ней. И, наклонившись чуть ближе, тихо сказала:
— Иди. Через чёрный ход. Я задержу, если кто спросит.