Бездарный учитель

Я чувствовал, что он искренен, но все равно душила злоба, потому что старик точно меня обобрал. Нет, не обманул, а просто заставил принять несправедливую цену. Жадность и ярость набросились на здравый смысл, но последний победил с легкостью, чему способствовал оскал здоровяка. Я просто цапнул стопку купюр и под ироничным взглядом открывшего дверь охранника вышел на свежий воздух.

Дышал и не мог надышаться, словно в полуподвале все было пропитано могильной гнилью, хотя вентиляция там точно отличная. Затем быстрым шагом дошел до «бобика» и уселся на пассажирское место.

— Все нормально? — спросил встревоженный моим видом Никита.

— Не совсем, но могло быть намного хуже. Давай уедем отсюда.

— Хорошо, — кивнул мой друг и завел двигатель.

Пока ехали по городу, я погрузился в свои мысли. Не сказать, что они были такими уж мрачными. Все, что нужно, я сделал, и по карманам распихано достаточно денег, чтобы построить нормальный дом. Думаю, и на баню хватит. Тогда что же меня так напрягло? Понимание того, что старый хрыч сильно недоплатил? Фиг там! Я и на это не рассчитывал. Больше зацепило его отношение. Он смотрел на меня как на нормального человека, только когда заподозрил, что я живу в какой-то там тени, что бы оно ни значило. Но едва осознал, что это не так, тут же вернулся к прежнему, пренебрежительному отношению. У нас, конечно, не совсем демократия, но до сословного общества, как было при царях, очень далеко. А ведь я почувствовал себя словно разночинец какой на приеме у светлейшего князя. Точнее, ощутил обратное отношение. Словно тот, кто не живет в этой самой тени, для антиквара никто и звать его никак. И даже если сильно обидишь такого ущербного, на ответку можно плюнуть и растереть. Я прожил на белом свете почти сороковник, видел и бандитов, и зажравшихся мажоров, но до сих пор с таким социальным расслоением не сталкивался. Причем не отпускало ощущение, что сам антиквар находился в каком-то промежуточном статусе. Ведь он, едва заподозрив меня в теневом житии, сразу напрягся, если не сказать, испугался.

Ладно, толку голову ломать. Приеду домой, спрошу у Колывана. Наконец-то справившись с растерянностью, я понял, что мы уже подъезжаем к окраинам Минска.

— Блин горелый, хотел же заехать в магазин электроники, — расстроенно проворчал я, но Никита все равно услышал.

— Можем вернуться, а можем по пути домой сделать крюк и заехать в наш райцентр. У меня там знакомый есть. Как раз всякие приблуды ремонтирует и торгует потихоньку. Если не найдет то, что тебе нужно, то может заказать.

— Хорошо, — покладисто кивнул я, потому что такой вариант меня устраивал еще больше.

Я давно для себя уяснил, что даже покупка новой электроники — это лотерея, а если брать бэушную, но проверенную надежным мастером, то риски немного снижаются, не говоря уж о цене.

Постепенно мы вернулись к прежнему настроению и стилю общения. Жизненные истории почти закончились, начали травить анекдоты. Так что обратный путь даже с крюком прошел незаметно. К райцентру мы подъехали уже к пяти вечера, но до дома максимум час езды, так что все успеем. Сначала наведались в мастерскую, и очень удачно. У вполне заслуженно расхваленного Никитой мастера Тимофея нашелся и бэушный, но вполне рабочий ноутбук для меня, и усилитель мобильного сигнала, который мне посоветовал Николай Николаевич. А еще увидел среди прочего товара неплохую портативную игровую консоль всего за сто баксов. Как я и предполагал, Никита от денег отказался. Ничего, найду способы, как рассчитаться. И начну с этой игрушки.

Белый снова возмутился, но я быстро осадил его:

— Во-первых, ты сам сказал, что Ленька мне теперь почти крестник. Во-вторых, ты неправильно смотришь на компьютерные игры. Это не только убивалка времени, но и статус среди сверстников. А также неплохой рычаг давления. Как по мне, временный запрет на игры куда лучше, чем использование ремня.

— Я Леньку никогда не бил! — возмутился Никита. — Он у меня послушный и умный.

— Даже не сомневаюсь, но идеальных детей не бывает. Порой гормоны забивают разум. Поверь, взбрыкивать он все равно будет. Так что лишний довод не помешает.

Кто бы сомневался, что шестилетний пацан придет от игрушки в дикий восторг. Да что уж там, я и сам, чисто в проверочных целях, залип, пока ехали в больницу. Да и Никита постоянно косился, чуть в забор не въехали.

Сильно переживавшая за единственное чадо Людмила дополнительную порцию радости для много пережившего Леньки восприняла с благодарностью. Да и вообще смотрела на меня как на высшее существо, даже совестно стало. Она сама пока выглядела не очень — осунувшееся лицо и тени под глазами, но я вполне понимал выбор Никиты. Отойдет от шока и снова станет красавицей. А ведь во время первой встречи я видел перед собой какую-то безумную тетку. Даже вспомнить страшно.

Умилялась Людмила недолго. Быстро опомнившись, она тут же начала распоряжаться. Оказывается, мальца можно было забирать прямо сейчас, так что эту оказию деловая женщина упускать не собиралась. Так же, как и отпускать меня домой на ночь глядя. Еще в дороге была запланирована целая программа — начиная с полноценной бани, заканчивая торжественным ужином в честь успешного преодоления семьей Белогоровых внезапно свалившихся бедствий. А так как я был виновником всего этого — не бедствия, конечно, а преодоления, то сбежать не получится. Да и не особо хотелось.

Баня оправдала все надежды. Какие там городские сауны! Квасной парок да избиение дубовым веником — прямо праздник души. А еще мне показалось, что один раз, когда нам было лень поддать парку, что-то темное скользнуло в углу, и стало немного жарче. Я сразу поделился этим с Никитой, и мы принялись звать банника. Увы, никто не ответил. Либо слаб еще дух, либо молод, а может, вовсе почудилось.

В предбаннике, замотавшись в простыни как патриции, пили пиво и расслаблялись. Когда ехали из райцентра и речь зашла о бане, я немного расстроился, потому что не додумался купить чистое белье, а мое все грязное. Людмила мгновенно решила и эту проблему:

— Дам тебе новое, что купила Никите. Он хоть и чуток крупнее тебя, но не утонешь.

После того как я два раза почти приказал называть меня на «ты», Людмила сдалась, и теперь мы общались запросто. В итоге после бани я блаженствовал во всем чистом. Сверху надел запасной камуфляж Белого. Мою одежду уже выстирали, отжали и развесили досушиваться.