Генерал моей жизни

Глава 1. Где я знакомлюсь со своим личным адом

Клуб «Атлант» пах деньгами, потом и тем самым противным озоном, который исходит от новых тренажеров. Я сразу почувствовала себя не в своей тарелке. Здесь даже воздух был подкачан. Абсолютно все люди вокруг ходили с таким видом, будто их только что выпнули из рекламы протеинового коктейля.

— Мы здесь похожи на двух пухлых хомяков в мире гепардов, — прошептала Катя, сжимая мой локоть.

— Не ссы, — бодро ответила я. — Гепарды тоже когда-то были милыми котятами. И вообще, мы тут не на конкурс красоты пришли, а за здоровьем. Ну, и за чакрами, конечно.

Женщина-администратор с подтяжками на лице, которые превращали её улыбку в кукольную гримасу, нацарапала наши имена и махнула в сторону зала для групповых занятий.

— Предупреждаю: инструктор Дмитрий сегодня заболел. Вместо него будет владелец клуба. Он, конечно, не совсем по профилю тантрической растяжки, но...

— Круто! — перебила я. — Самый главный? Значит, будет ответственно подходить к процессу. Я люблю мужчин с ответственностью.

Администратор скептически окинула взглядом мой свитер с оленем, но промолчала.

Зал был залит светом. Огромные зеркала во всю стену, пол из теплого дерева, пахнет ладаном и мятой. На полу лежали розовые коврики. Я сразу заняла позицию в центре, развалилась на коврике как дома на диване, вытянула ноги и глубоко вздохнула:

— Ощущаю Венеру. Она уже внутри меня, Кать. Где-то в районе копчика.

— Ты чувствуешь Венеру или у тебя просто скопился газ в кишечнике? — фыркнула Катя, но уже без слез в голосе. Я считала это своей маленькой победой.

И тут дверь с грохотом распахнулась.

Он вошел.

Нет, не так. Он ворвался.

Я думала, что в моей практике психолога я видела всяких альфа-самцов. Но этот был... другим. Огромным. Под два метра ростом, плечи — будто он носил на себе маленькую машину, руки — как два ствола дуба. На нём была черная футболка, которая обтягивала каждый миллиметр мышц, и военные штаны. Короткая стрижка, жесткая линия челюсти, и глаза — холодные, серые, как сталь.

Он не улыбнулся. Он вообще не выглядел человеком, который умеет улыбаться. Скорее, он выглядел как человек, который отдает приказы и привык, что их выполняют.

— Так, — сказал он голосом, от которого у Кати подкосились колени. — Инструктор заболел. Я — Макар. Буду вас мучить. Женщины, ложитесь на коврики.

Катя пискнула и послушно легла.

Я же уперла руки в бока и с интересом разглядывала его бицепсы. С профессиональной точки зрения, разумеется.

— Ого, — сказала я громко. — А вы, я смотрю, решили заместить болезнь Дмитрия своей суровой мужской энергетикой? Это очень по-джентельменски. Сразу видно, бывший военный. У вас осанка — будто вы всю жизнь маршировали и подавляли в себе нежность.

Макар медленно перевел на меня взгляд. В зеркале я видела, как дернулась его щека. Кажется, он не привык, чтобы его разглядывали и комментировали как экспонат.

— Вы кто? — спросил он сухо.

— Лера, — я помахала рукой. — Психолог по совместительству. Хотите, я вам заодно личную диагностику бесплатно проведу? Я вижу, у вас гиперкомпенсация через физическую силу. Наверное, в детстве вас недолюбливали или мама была слишком строгой?

Он сделал шаг ко мне. Огромный, темный, как скала. Катя испуганно зажмурилась. А я почему-то подумала: «Ну, вот и мой личный грех пожаловал. И почему у таких красавчиков всегда такой тяжелый взгляд?»

— Лера, — повторил он мое имя так, будто пробовал его на вкус. — Сейчас я проверю твою растяжку. Ложись на спину. Ноги в стороны.

Я фыркнула:

— Это вы мне так комплимент делаете или действительно хотите меня растянуть? Потому что я за оба варианта, но за второй — гонорар вдвое выше.

Макар не улыбнулся. Он просто взял меня за лодыжку. Его ладонь была горячей и жесткой. Он резко, без предупреждения, развел мои ноги в стороны.

Я не ожидала такой резкости. Мне стало неловко — впервые за долгое время. Я попыталась выдернуть ногу, но он держал крепко.

— Слушайте, Макар, я, конечно, люблю доминирование в разумных пределах, но можно хотя бы предупреждать?

— Зачем? — он наклонился ко мне, и я почувствовала запах его одеколона — резкий, мужской, с нотками дерева. — Ты же психолог. Ты должна понимать, что предсказуемость убивает страсть. Или у тебя с этим проблемы?

Он не спрашивал. Он утверждал.

Я хотела съязвить, но он внезапно надавил на мое бедро, заставляя развести ноги еще шире. Я вскрикнула от неожиданности — и от того, что где-то внизу живота что-то щелкнуло.

Нет, не сустав. Что-то другое.

— Ай! — выдохнула я. — Вы меня сломаете, тут у меня чакра! Там Венера!

— Венера там, где я скажу, — спокойно ответил Макар, не отпуская моей ноги. Он перевел взгляд на мои глаза, и я вдруг поняла, что он видит меня. Не как толстушку в свитере, не как шутницу. Он видит — что я притворяюсь веселой, чтобы не плакать.

И от этого стало страшно.

— Твои мышцы зажаты, как твоя жизнь, — сказал он тихо, чтобы слышала только я. — Ты боишься удовольствия. Потому что ассоциируешь его с предательством. — он склонился еще ближе, и я чувствовала его дыхание на своей щеке. — Я не твой бывший. Я не буду врать.

У меня перехватило дыхание. Я икнула.

— Откуда вы...

— Я читаю людей, Лера. Это моя работа. А ты — открытая книга, в которой каждая страница кричит «помогите».

Он отпустил мою ногу, встал во весь рост и громко скомандовал Кате:

— Вы, в «позу голубя»! Живо! Женщина, не ревите, слезы забивают поры.

Катя всхлипнула и попыталась согнуть ногу, но я видела, что она еле дышит от страха.

А я, психолог Лера, сидела на коврике и чувствовала, как у меня горит кожа там, где он только что держал меня за лодыжку.

«Вот это я влипла», — мелькнуло в голове.

— После занятия, — рявкнул Макар, обводя всех взглядом, — Лера, останешься. Поговорим о твоих личных тренировках. Ты будешь ходить ко мне три раза в неделю.

Я открыла рот, чтобы возразить, но он посмотрел на меня так, что я забыла все слова. Все свои лекции, все мантры про «личные границы» и «недопустимость абьюза».

Вместо этого я ляпнула:

— А оплата? Я не работаю за спасибо. И, кстати, у меня есть условие: вы будете делать мне кофе после каждой тренировки. С сахаром. Две ложки.

— Буду, — рявкнул он. — А теперь — «собака мордой вниз». Три минуты. Я смотрю на вас.

И я, большая, смешная Лера, в свитере с оленем, встала в позу «собаки», чувствуя, как он смотрит на мою пятую точку, и краснея как школьница.