Страница 25 из 29
Как делают бизнес дарги
Дарги: бизнес с хвостом и без совести
Если бы я составляла рейтинг рас по степени токсичности в бизнесе, дарги заняли бы первое место. И это при том, что драконы могли сжечь твой офис, а эльфы — заговорить до смерти.
Дарги не сжигали и не заговаривали. Они просто... переигрывали. Всегда. В любой сделке, в любом споре, в любом переговорном процессе. И делали это с такой улыбкой, что ты сам подписывал себе приговор, ещё и благодарил их за оказанную честь.
Я поняла это, когда через полгода после инцидента на Нальдивах мы столкнулись с новой даргской корпорацией. Не с Валафаром — он после нашей истории канул в небытие, его империя рухнула, а сам он, говорят, улетел в какую-то глушь в преисподней и больше не появлялся в приличном обществе.
Нет, это были другие дарги. Молодые, зубастые, с айфонами в руках, в дорогих костюмах и с вечно включёнными ноутбуками. Они пришли к нам в офис в Лунной Роще с презентацией на планшетах и улыбками, от которых хотелось проверить, не обобрали ли тебя прямо во время рукопожатия.
Я сидела в переговорной, раскладывая бумаги, и слушала, как глава этой даргской компании — невысокий, поджарый, с пронзительными серебристыми глазами и вечно дёргающимся кончиком хвоста по имени Рэйвен — вещал о «синергии» и «взаимовыгодном партнёрстве».
Я слушала и не верила своим ушамн но знала: за этой улыбкой и модной лексикой скрывалась та же древняя, хитрая даргская сущность. Только теперь она была упакована в красивую обёртку «инноваций» и «цифровизации».
Как ведут бизнес дарги в XXI веке
1. Венчурные фонды «Хвост и Кошелёк»
Дарги создали сеть венчурных фондов, которые скупают перспективные стартапы за бесценок, а затем перепродают их за огромные деньги. Как они это делают? Очень просто: они находят молодых, талантливых, но неопытных предпринимателей, предлагают им «инвестиции», а затем, через мелкий шрифт в контракте, забирают себе 51% акций. А когда стартап взлетает, они просто выкидывают основателей, говорят: «Это бизнес, детка», и улетают на своих частных самолётах в новый проект.
Я видела это своими глазами. Один парень-человек, гениальный разработчик, создал приложение для мгновенного перевода денег между расами. Дарги дали ему миллион. Через год приложение стоило сто миллионов. А у парня осталось 5%. Он пришёл к нам в офис, плакал, говорил, что его выперли из собственной компании. Даэллас попытался помочь, но контракт был составлен так, что даже эльфийские юристы разводили руками.
— Ничего не поделаешь, — сказал тогда Гвинлиан, глядя в окно. — Это дарги. Они не нарушают законы. Они просто пишут их так, что ты сам себя обманываешь.
2. Корпоративный шпионаж и «инсайты»
У даргов нет отдела разведки. У них есть «департамент рыночной аналитики», который на самом деле состоит из бывших шпионов, хакеров и магов-менталистов. Они читают твою переписку, прослушивают твои звонки, а иногда просто сидят в кафе напротив твоего офиса и сканируют твои эмоции кончиками хвостов.
— Ты выглядишь напряжённым, — сказал мне однажды Рэйвен, когда я зашла к ним в офис за документами. — У тебя проблемы с проектом «Лунный свет»?
Я замерла. Проект «Лунный свет» был засекречен. О нём знали только я и мои боссы. Никаких писем, никаких звонков. Только устные обсуждения в кабинете, защищённом магией.
— Откуда вы знаете? — выдавила я, чувствуя, как по спине бегут мурашки.
Рэйвен улыбнулся своей обезоруживающей улыбкой и постучал пальцем по виску.
— Интуиция. И кое-какие публичные данные. Ты же понимаешь, в бизнесе важно быть в курсе.
Я потом проверила. Никаких утечек не было. Но Рэйвен знал. Просто потому что он был даргом. Эти твари чувствовали всё — страх, неуверенность, слабые места. И использовали это без зазрения совести.
3. Маркетинг и PR: «Сделаем из дерьма конфетку»
Дарги — лучшие маркетологи в мире. Они могут продать снег эскимосам, а воду — рыбам. Их рекламные кампании — это шедевры манипуляции. Они не продают товар. Они продают тебе ощущение, что без этого товара ты никто.
— Ты купишь наш курс «Как стать успешным за 30 дней», потому что ты чувствуешь себя неудачником, — сказал мне один дарг на бизнес-форуме. — И ты купишь его, даже если он ничего не даст, потому что мы создадим ощущение, что это — твой единственный шанс.
И люди покупали. Покупали курсы, тренинги, марафоны, личные консультации — всё, что предлагали дарги. Потому что дарги били в самую больную точку: страх. Страх опоздать. Страх не успеть. Страх быть хуже других.
Гвинлиан, который терпеть не мог даргов, однажды сказал:
— Они не продают услуги. Они продают чувство вины. И ты платишь им, чтобы они сказали, что ты не безнадёжен. Это самая прибыльная бизнес-модель в мире.
4. Коворкинги и стартап-акселераторы
О да, дарги обожают коворкинги. Они арендуют огромные пространства в центре города, заливают их неоном, ставят кофемашины и говорят: «Твори, дерзай, мы в тебя верим!». А потом просто сидят и наблюдают. Они смотрят, кто из стартаперов выстрелит. И в нужный момент подходят и говорят: «Мы хотим инвестировать. 100 тысяч за 30% твоей компании».
Никто не отказывается. Потому что все верят в свою гениальность. А через год оказывается, что у даргов теперь 51%, а стартапер работает на них за идею.
— Это называется «акселерация», — улыбался Рэйвен, когда я спросила его об этом. — Мы ускоряем их путь к успеху. И забираем небольшую плату за ускорение.
— Небольшую? — фыркнула я. — Вы забираете всё!
— Всё? — он притворно удивился. — Нет, мы оставляем им на кофе. Мы же не монстры.
5. HR и корпоративная культура: «Семья, но с подвохом»
Дарги обожают говорить о «команде» и «семье». В их офисах висят плакаты с надписями «Мы — единое целое!», «Успех каждого — успех всех!». Проводятся тимбилдинги, корпоративы, психологические тренинги.
Но есть один нюанс: если ты не оправдал ожиданий, тебя не увольняют. Тебя «выводят из проекта». Или «предлагают найти себя в другой сфере». И делают это так красиво, что ты ещё и благодарен им за «заботу о твоём развитии».
Я разговаривала с девушкой-человеком, которая работала у даргов три года. Она была идеальным сотрудником: перерабатывала, брала проекты на дом, не брала отпуск. А потом её «оптимизировали» после того, как она выгорела.
— Они сказали, что я — часть семьи, — плакала она в моём кабинете. — И что семья всегда поддержит. А потом просто вышвырнули, как мусор.
— Они не нарушали закон? — спросила я.