Страница 7 из 8
Но далеко-далеко и высоко-высоко трое мужчин заметили слабое затемнение. Оно мчалось по небу, как шар, приближалось, – и по мере приближения начинало светлеть, светлеть, как розы – да даст Бог им всем увянуть! – когда они выходят из бутона. Шар рос, тёмная оболочка вокруг него постепенно трескалась, и по четырём сторонам прорывался свет – четырьмя ясными лепестками. Наконец, когда он опустился до ближайших звёзд, он остановился. Тёмные складки разошлись, и он распустил лепесток за лепестком прекрасного сияющего розоватого света – и стал звездой среди звёзд.
Мудрость подсказала беднякам: в эту минуту на земле родился могучий царь, власть которого поднимется выше власти Кира или Александра. И движимые алчностью, они решили: «Пойдём к родителям младенца. Они наверняка наградят нас золотом за добрую весть».
Взяли они свои длинные посохи и отправились в путь. Они прошли через город и вышли за его ворота, но там на миг растерялись, потому что перед ними распростёрлась великая, сухая, прекрасная пустыня, которую люди ненавидят. Тогда они увидели, как новая звезда бросила узкую полосу света на пустынный песок, и пошли вперёд с надеждой, имея звезду своим проводником.
Они шли всю ночь по широким пескам и говорили о юном новорождённом царе, которого найдут спящим в золотой колыбели, играющим драгоценными камнями. Они коротали ночные часы, представляя, как предстанут перед его отцом-царём и матерью-царицей и скажут им, что небо обещает их сыну силу, власть, красоту и счастье – больше, чем было у Соломона.
Они гордились тем, что Бог избрал их увидеть звезду. Они твердили себе: родители новорождённого не могут наградить их меньшим, чем двадцать кошелей золота; а то, быть может, дадут столько, что им больше никогда не придётся терпеть муки бедности.
– Я подстерегала их в пустыне как лев, желая сгубить жаждой, но звезда хранила их. Они не знали ни голода, ни бурь. Но они ускользнули от меня. Звезда вела их всю ночь; а утром, когда небо посветлело и остальные звёзды поблекли, она упрямо держалась и светила над пустыней, пока не привела их к оазису, где они нашли источник и плодовые деревья. Там они отдыхали весь день, а ночью, снова увидев светлую полоску на песке, пошли дальше.
– Честно признаться, – продолжала Засуха, – путь был приятен. Звезда вела их так, что они не знали ни голода, ни жажды. Она проводила их мимо колючих чертополохов, обходила глубокие рыхлые пески, они избегали палящего солнца и жарких пустынных бурь. И трое мудрецов всё повторяли: «Бог хранит нас и благословляет наш путь. Мы – его посланники».
– Но мало-помалу и я обрела над ними власть, – продолжала Засуха. – Сердца этих звёздных странников сделались такой же сухой пустыней, как та, по которой они шли. В них поселились бесплодная гордыня и разоряющая алчность.
«Мы – Божьи посланники, – повторяли они. – Отец новорождённого царя не обеднеет, если подарит нам целый караван, нагруженный золотом».
Наконец звезда провела их через славную реку Иордан и вывела к холмам Иудеи. И однажды ночью она остановилась над маленьким городком Вифлеемом, блестевшим среди зелёных олив на вершине холма.
Трое мудрецов стали высматривать дворцы, крепостные башни, стены – всё то, что бывает у царских городов, – но ничего этого не увидели. И ещё хуже: свет звезды не повёл их в город, а остановился над пещерой у самой дороги. Мягкий свет проник в отверстие и показал путникам ребёнка, который спал на руках матери.
И хотя мудрецы увидели, что звёздный свет обрамляет голову младенца, словно корона, они остались снаружи. Они не вошли – не стали предсказывать ему славу и царства. Они отвернулись, не выдав своего присутствия, бежали от ребёнка и пошли обратно вниз по склону.
«Неужели мы отправились в путь ради нищего, столь же ничтожного и бедного, как мы сами? – говорили они. – Неужели Бог привёл нас сюда, чтобы посмеяться над нами: чтобы мы предрекали честь сыну пастуха? Этот ребёнок никогда не поднимется выше того, чтобы пасти своё стадо в этих долинах».