Страница 18 из 29
Глава 12
Запись закончилась, хотя Бланкенталь все еще держал телефон перед глазами. Согласно зеленому таймкоду в левом нижнем углу экрана, прошло девять минут и тридцать четыре секунды.
Меньше десяти минут. И этого хватило, чтобы разрушить волю Ханны к жизни в настоящий момент.
«Я не хочу так существовать. Не осознавая, что, как я утверждаю, сделала. Хуже того: что я все еще хочу сделать!»
– Нет.
Одно-единственное слово. Единственное, что она еще могла произнести. И даже этот слог дался ей с трудом.
Она попробовала еще раз:
– Это ложь.
– Это ваши собственные слова. Отрывки из признания крутят в каждом втором выпуске новостей. Полное видео уже набрало четыре миллиона просмотров в Сети.
Возможно ли это?
«Я мать? У меня есть дети? Разве Бланкенталь только что не прочитал что-то о кесаревом сечении?»
Она задавалась вопросом, сможет ли поднять ночную рубашку достаточно высоко, чтобы увидеть шрам.
Которым, возможно, она была обязана своему сыну. Паулю.
«Двенадцатилетнему подростку, которого я не знаю, но хочу убить. Согласно собственному заявлению…»
В ощущении, похожем на слуховое воспоминание, она услышала, как какой-то мальчик весело хихикнул. А сейчас еще прядь волос прилипла к виску и щеке, неприятно щекоча. Пытаясь стряхнуть и то, и другое, она тщетно мотала головой. Затем сосредоточилась на взгляде Бланкенталя, на который ей хотелось ответить так же, как он смотрел на нее.
Урок первый: искренность. Поддерживайте зрительный контакт.
– Чего вы от меня хотите? – спросила она. – Вы сами в бегах. Какое вам дело до того, что я якобы сделала?
– Я люблю детей. Я ненавижу людей, которые их обижают.
– Я тоже! – поклялась ему Ханна, но Бланкенталь, казалось, вообще пропустил ее слова мимо ушей.
– Вы сами сказали, что мы живем в мире, в котором жить не стоит, где тот, кто следует правилам, всегда проигрывает, – пробормотал он. – Что ж, мне терять нечего. Мне нет нужды следовать каким-либо правилам.
Бланкенталь поднял сумку, содержимое которой угрожающе звякнуло, когда он впервые энергично ее встряхнул.
– Вы сказали, что знаете, где скрывается Пауль. А у меня есть и другие методы, помимо тех, что разрешены в конституционном государстве, чтобы развязать вам язык.