Мимика

Глава 10

– Стоп, стоп. Я не хочу этого видеть.

Слюна Ханны брызнула на экран телефона, так громко она закричала, требуя от Бланкенталя остановить видео.

– Лучше досмотрите до конца.

– Нет!

«Я этого не вынесу».

Ханна зажмурилась и подумала, что увидела в пелене забвения три маленьких огонька: Кира, Пауль, Рихард.

Три мерцающих свечи дали ей понять, что в прошлом эти имена действительно имели значение. Однако ее разум отказывался верить признанию, а значит, и собственным словам. И свет снова погас, создав еще больше затмевающего воспоминания дыма.

«Кира, Пауль, Рихард?»

В тот момент ее самой большой надеждой было то, что есть простая причина, по которой она не может вспомнить эти имена. Просто потому, что этих людей не существует. Потому что эта история – всего лишь плод больного воображения Бланкенталя. Конечно, на видео была она. Ее голос. И вероятно, ее лицо тоже.

Однако что-то было не так, хотя, что именно, точно она сказать не могла.

«Мои глаза?»

Для этого ей пришлось бы проанализировать видео, в идеале, кадр за кадром. Не подделка ли это? Если да, то почти идеальная.

Но разве в наши дни такое невозможно? Разве увиденное ею не могло быть результатом идеального компьютерного обмана? Дипфейк, кажется. Этот термин она помнила. Но она не кровожадный монстр.

«Этого не может быть».

А что, если может?

Она старалась игнорировать все, указывающее на то, что на видео она сказала правду. Среди прочего, возник вопрос: зачем разыскиваемому преступнику понадобилось столько усилий? Накачал ее снотворным, похитил, связал и подтасовал признание.

«Это не имеет смысла».

Так же мало, как признаться в несовершенном преступлении.

– Возможно, я не знаю, кто я. Но знаю, кем не являюсь, – сказала она, обращаясь скорее к себе, чем к Бланкенталю. – Я не убийца.

Столкнувшись с ужасным выбором: быть матерью, убившей свою семью, или бездетной женщиной, похищенной безумцем, она выбрала бы последнее, даже если бы это означало прожить под его властью всего несколько мучительных часов.

– Я не верю ни единому вашему слову, – повторила она.

Бланкенталь снова подошел ближе к кровати. Наклонился к ней. Так близко, что она увидела волосок, выглядывающий из его правой ноздри.

– Вы сами все слышали. И видели своими глазами. Вы – эксперт по языку тела. Посмотрите на меня. Я не смогу вас обмануть. Вы поймете, если я вам совру.

Ханне нужно было двигаться, даже несмотря на боль. Она энергично замотала головой. Впервые она поняла, что ее волосы заплели в косу в больнице, где она лежала, и теперь из-за резких движений коса раскачивалась как маятник.

«Нет, нет, нет».

Это было парадоксально. Насколько она была уверена, что действительно записала это признание, настолько же не сомневалась, что говорит правду, произнося следующие слова:

– Я чувствую. Я НЕ УБИВАЛА свою семью.

Она указала подбородком на свою рану.

– Я сама жертва!

– Да?

Бланкенталь холодно посмотрел на нее. Затем опять запустил видеозапись признания.