Страница 28 из 35
– Не хочу обижать ваше величество, но похоже, милорд из тех, кто даже в жирном гусе найдет что-то плохое. Так сказал нам Джон. Он намучился с его светлостью, пристраивая его на ночлег. В те дома, куда Джон вначале привел его, милорд и зайти отказался, а к Рейнолдсу из Хайда отнесся с подозрением, поскольку Рейнолдс – человек очень бедный, да и дом его стоит прямо у дороги. Тогда Джон рассказал ему про некоего мистера Хантбача, он очень предан вашему величеству и живет в Бринсфорде. Джон подумал, что, может, его светлость соизволит там переночевать, но – вот беда! Проходя через Ковен, они узнали, что в городе стоит отряд всадников. Милорд так перепугался, ему за каждым кустом чудился солдат! Потом они увидели на дороге каких-то людей, это были друзья, но милорд решил, что все наоборот; ему почудилось, что вся округа восстала против вашего величества. Да уж, скажу я вам, Джону пришлось хлебнуть с ним лиха…
– Как бы мне хотелось услышать эту историю из уст самого Джона! – вздохнул король.
– Джон почтет за честь повстречаться с вашим величеством, – с сомнением в голосе откликнулся Уильям. – Ну и, конечно, он будет изумлен, ведь Джон считает, что все важные господа подобны милорду. Я, правда, сказал ему, что ваше светлейшество так же непохоже на милорда, как мел – на сыр, и он в этом сам теперь убедится. Но вы не думайте, мы против его светлости ничего не имеем, – поспешил добавить Уильям. – И поверьте, мой господин, Джон очень старался угодить ему. А когда милорд разругался с мистером Хантбачем (из-за лошадей, которых поставили в старый сарай… а что поделать? Надежнее места ведь не было!), Джон отправился в Вулверхэмптон: узнать, нет ли там более подходящего дома для его светлости. Но ничего не нашел, а на обратном пути встретил священника – мы его прекрасно знаем, это хороший, честный человек, он живет в доме мистера Уитгрива, в Мосли, неподалеку от Вулверхэмптона – так вот, встретил Джон его и рассказал ему, что в Ворчестере был страшный бой и закончился он поражением «кавалеров». А потом поведал отцу Хадлстону про милорда, и святой отец предложил Джону вместе пойти к мистеру Уитгриву, ведь это ваш верный сторонник, он когда-то сражался за вашего батюшку. Ну, Джон и отправился с ним в Мосли, а мистер Уитгрив, прознав про злоключения милорда, пошел, не мешкая, к мистеру Хантбачу и привел милорда в свой собственный дом, которым милорд остался вполне доволен.
– И Джон, насколько я могу судить, тоже обрадовался, – с усмешкой вставил король. – Так… и когда все это случилось?
– В четверг, тогда же, когда вы, ваше величество, отправились ночью в Меделей.
– И где сейчас милорд?
– Наверное, до сих пор у мистера Уитгрива, мой господин. Джон вчера на рассвете заходил в Уайт-Ледис: милорду захотелось узнать, нет ли каких известий о вашем величестве. Мы сказали Джону, что вы ушли с Ричардом: дескать, вы хотите переправиться через Северн и попасть в Уэльс. И Джон опять ушел в Меделей, чтобы передать эту весть милорду. Сегодня он должен вернуться домой… а может, уже пришел вчера вечером, только мне это неведомо.
– Сегодня? – переспросил король и нахмурился, припоминая. – А какой сегодня день?
– Суббота, мой господин, шестое сентября, если вы не возражаете.
– Только суббота! – воскликнул король и на секунду закрыл лицо руками. – Неужели это возможно? – пробормотал он, обращаясь отчасти сам к себе, и в голосе его прозвучала такая скорбь, что Уильям ужаснулся.
Майор Карлис, молча стоявший у кресла короля все то время, пока Уильям рассказывал про Уилмота, выступил вперед и легким кивком велел Уильяму отойти подальше. Сам же встал на одно колено перед камином, взял чулки короля, сушившиеся в тепле, пощупал их и, немного помолчав, сказал:
– Нам необходимо подумать, сир, куда вас сегодня лучше спрятать.
Король отнял руки от лица.
– Как тюк с вещами, – хмыкнул он.
Карлис улыбнулся:
– С очень ценными вещами, сир.
Матушка Пендерел, убиравшая со стола, отвлеклась от своего занятия и тихо пробормотала:
– У нас в доме есть два надежных тайника, сир. Вы можете спрятаться в любом!
– Если его величество решит последовать моему совету, то я бы не рекомендовал ему ни один из этих тайников, – вмешался Карлис, поглядев на короля. – Здесь опасно оставаться, сир, ведь эти добрые люди находятся под подозрением, поскольку они католики и очень преданы вашему величеству. В окрестностях уже рыскали солдаты Кромвеля, и я не думаю, что мы видели их в последний раз.
– Но милорд Дерби одобрил наш тайник, – возразила мамаша Пендерел, которую не убедили доводы майора.
– А уж то, что у вас скрывался милорд Дерби, мне и подавно не нравится, – ответил Карлис, кладя ногу короля себе на колено и натягивая на нее чулок. – Мало ли кому он мог об этом рассказать?! Об этом и о вашем тайнике… Поверьте, сир, мне не впервой играть в прятки.
– Но куда ты меня поведешь? – спросил король, слегка поморщившись, потому что в этот момент Карлис надевал на его ногу башмак. – Неужели снова в лес?
– Нет, у меня созрел более интересный план, сир. Мы с вами залезем на огромное дерево и спокойно просидим там до вечера – как мыши в головке сыра, – а Уильям с Ричардом будут настороже. Ежели мятежники ищут беглецов из Ворчестера, и в частности, ваше величество – а я думаю, это именно так! – то они самым тщательным образом прочешут леса.
Глаза короля весело блеснули.
– Значит, теперь мне придется весь день проторчать на дереве! О господи, моя жизнь теперь так богата впечатлениями, что я скоро изменюсь до неузнаваемости. Что ж, мне твой план по душе, Карлис. Но я хочу увидеть Джона Пендерела, хочу, чтобы он немедленно отправился к лорду Уилмоту и передал ему от меня весточку.
– Ваше желание будет исполнено, сир, и вечером вы сможете поговорить с милордом здесь.
– А всю ночь, – вставил Уильям, сидевший в дальнем, темном углу кухни, – ваше величество может провести в тайнике. Мятежники наверняка так утомятся от поисков, что не будут нас беспокоить.
Король повернул к нему голову:
– Дружище, а ты подумал о том, какой я опасный гость? Тебе следует хорошенько поразмыслить, прежде чем давать мне приют.
– Ага, – безмятежно откликнулся Уильям.
– Ага? – переспросил король. – Что это значит? Ты меня понял, а?
– Ага. Мы должны служить вашему величеству. И думать тут нечего. Это пустая трата времени, а вам надо уйти из дому, не дожидаясь, пока народ в нашей округе начнет просыпаться.