Страница 6 из 7
Одиночество кажется чем-то простым и очевидным: нет рядом людей – вот и одиночество. Но это ложь. Чувство одиночества – это не констатация факта. Это – диагноз, который ставит тебе культура, в которой ты живёшь. В зависимости от того, через какую линзу смотрит на тебя общество (и ты сама на себя), твоё одиночество будет выглядеть как:
· Позор и клеймо («Никому не нужная»),
· Роскошь и свобода («Сама по себе, молодец!»),
· или духовная практика («Ищет себя»).
Проблема в том, что современный человек часто смотрит на себя одновременно через все эти линзы. И они показывают взаимоисключающие картины. От этого и рождается особое, разрывающее одиночество – одиночество от того, что ты не соответствуешь ни одной из готовых схем, предлагаемых миром.
Линза №1: Коллективистская (Деревня, Традиция).
Здесь человек – винтик в машине рода. Его ценность определяется тем, насколько хорошо он выполняет свою функцию: продолжил род, сохранил хозяйство, не опозорил фамилию. Одиночество в этой системе – сбой, поломка, угроза выживанию всего механизма. «Как она одна? Кто её поддержит? Кто прокормит? Что скажут люди?». Одиночество здесь – не чувство. Это – социальная смерть. Давление идёт не изнутри («мне грустно»), а снаружи: «Срочно найди пару, роди детей, запрись в клетку семьи – и тогда мы признаем тебя человеком». Одиночество здесь лечат принудительными связями. Любыми. Лишь бы не одна.
Линза №2: Индивидуалистическая (Мегаполис, Современность).
Здесь человек – самодостаточный проект. Его ценность – в успехе, уникальности, личном выборе. Одиночество здесь может быть символом крутости: «Мне не нужны другие, у меня и так всё есть». Это – личная территория, которую охраняют. Но обратная сторона этой линзы – леденящая пустота. Когда ты свободен от всех, ты свободен для чего? Давление здесь тоньше: «Будь таким интересным и цельным, чтобы твоё одиночество выглядело как осознанный выбор гения, а не как провал неудачника». Одиночество здесь лечат новыми хобби, карьерой, саморазвитием – усилением проекта «Я».
Линза №3: Аскетическая (Духовный поиск, Отшельничество).
Здесь человек – искатель. Одиночество – не проблема, а инструмент. Это путь к Богу, к истине, к себе. Это сознательный отказ от шума мира, чтобы расслышать тихий голос внутри. Здесь одиночество – добродетель и условие роста. «Блажен, кто посетил сей мир в его минуты роковые». Давление иное: «Смирись, прими, углубляйся, не ищи легких путей в лишних контактах».
Моё положение: На линии разлома.
Я не монахиня. Я не жительница Манхэттена. Я живу в теле, воспитанном коллективистской линзой (семья – всё, «что скажут люди»), с мозгом, настроенным на индивидуалистическую волну (хочу своей правды, своего выбора), и с душой, которая временами слышит зов аскета (дать тишине поглотить себя, чтобы что-то понять).
И в моменты кризиса эти линзы начинают драться внутри меня, как режиссёры за контроль над фильмом моей жизни.
· Коллективист шепчет паникой: «Ты одна! Это катастрофа! Срочно ищи кого угодно, лишь бы не быть изгоем! Семья рухнула – ты ничего не стоишь!».