ВсПышка

Он ставит пионы на стойку и берёт мою руку. Его пальцы тёплые и шершавые.

— Алиса, я строю дома. И знаю, что самые надёжные конструкции невесомыми не бывают. «Лёгкость» вашего бывшего мужа — это сквозняк и фанера. А вы — монолит. Ваш вес — это не килограммы, это ваша стать. Вы похожи на богинь с картин Рубенса, на саму жизнь. Я не хочу обнимать вешалку, но хочу держать в объятиях женщину.

Я сглатываю. Ищу подвох, но не нахожу. Смотрю в его глаза — там ни грамма фальши. Мысленно спрашиваю Вселенную: «Это шутка?»

Вселенная молчит, видимо, жуёт попкорн и наблюдает за сериалом с нами в главной роли.

— Хорошо, — говорю наконец. — Но если это розыгрыш, знайте: я умею печь торты с сюрпризом. И сюрприз может быть слабительным.

Он хохочет. Пионы дрожат вместе с моими руками и я сама расплываюсь в улыбке.

Глава 4

Прошёл год. Дима перенёс свою архитектурную мастерскую на второй этаж «ВсПышки». Теперь по вечерам мы сидим на маленькой террасе, увитой плющом. Я пеку, он проектирует. Иногда я спускаюсь к нему и говорю: «Дорогой, ты не мог бы спроектировать для меня стул, который выдержит мою любовь к булочкам?» А он отвечает: «Я уже спроектировал для тебя всю мою жизнь. Она выдержит всё».

От такой прямоты у меня до сих пор подкашиваются колени. Или это от давления на ноги? Неважно.

Вчера я разбирала старые коробки и нашла фотографию с Андреем. Развелись мы официально уже давно, но вот до старых вещей как-то руки не доходили.

Чиркаю спичкой, бросаю снимок в металлическую миску. Заходит Дима, привлечённый запахом дыма. Обнимает меня сзади, кладёт подбородок на моё плечо. Мои мягкие бока будто идеально вписываются в изгибы его тела. Мы — два пазла, один из которых немного больше другого, но это неважно, потому что пазлы вообще дурацкая игра.

— Что горит? — спрашивает он.

— Прошлое, — отвечаю.

Он разворачивает меня к себе и целует. Долго, жадно, так, что я забываю, как дышать. Потом отстраняется и говорит:

— У тебя губы сладкие.

— Это профессиональное, — пожимаю плечами я. — Вспышка всегда оставляет послевкусие.

Он смеётся и снова целует. А я думаю: спасибо тебе, Андрей, за «лёгкость». Без твоей дурости я бы не встретила мужчину, который ценит во мне весомые достоинства.

В прямом смысле слова.