Тёмный защитник

Глава 9. Марсела

Дни тянулись мучительно медленно, будто кто-то намеренно растягивал время, наслаждаясь моими страданиями. Надежда на спасение таяла с каждым часом, как кубик льда, брошенный в стакан с обжигающим виски. Мучитель не появлялся, и я начала сомневаться, что он вообще помнит обо мне. Единственной нитью, связывающей меня с внешним миром, был Антонио, который приносил мне скудную пищу трижды в день. Каждый раз я отчаянно искала в его глазах хоть проблеск сочувствия, но тщетно – его лицо было непроницаемой маской, и он ни разу не заговорил со мной.

Гнев и страх – вот и вся моя компания в этой клетке. Дни сливались в однообразную серую массу, лишенную света, воздуха и малейшей надежды. Я пыталась бороться со всепоглощающей скукой: читала, делала зарядку, даже медитировала, как советуют глянцевые журналы. Но ничто не приносило облегчения. Депрессия накрыла меня с головой, утягивая на самое дно бездны, и я все меньше верила, что когда-нибудь вырвусь из этого ада.

И вот в один из таких бесконечных дней спустя неделю после моего похищения я ранним вечером провалилась в беспокойный сон, не в силах больше бороться с удушающей скукой. Но среди ночи меня разбудил тихий шорох. Осторожно приоткрыв глаза, я стала всматриваться в темноту, пытаясь разглядеть источник звука. В углу, в непроницаемой тени, я различила силуэт своего мучителя. Он стоял неподвижно, наблюдая за мной, как какой-то чертов сталкер.

Что ему нужно? Зачем он здесь? Почему прячется в темноте? Ждет подходящего момента, чтобы напасть и воткнуть мне нож в сердце?

Тысячи вопросов пронеслись в голове, а глупый орган в груди бешено колотился от страха.

Я старалась лежать спокойно, чтобы не выдать ужаса, но, когда мужчина внезапно вышел из укрытия, мне не удалось сдержать испуганный вздох. Он начал медленно приближаться, и каждый его тихий шаг отдавался пульсацией в моих висках.

– Как же сладко спишь ты в логове врага, куколка, – произнес он низким, угрожающим голосом. – Ты чувствуешь себя здесь в безопасности?

Я крепко сжала ладони под одеялом, сдерживая себя, чтобы не броситься на мужчину с кулаками. Хотелось кричать, выцарапать ему глаза и всадить пулю в лоб за то, что он держит меня здесь, как дикого зверька в клетке.

– Что ты хочешь от меня? – спросила я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно и твердо.

Мой мучитель усмехнулся и опустился на край кровати. Пружины жалобно скрипнули, протестуя против его веса. Он протянул руку, и я зажмурилась, ожидая удара. Но пальцы лишь легонько притронулись к моим волосам, проводя по прядям. Нежданное прикосновение будто пронзило меня током, вызвав волну дрожи. Движения мужчины были осторожными, почти нежными, словно он трогал нечто бесценное и хрупкое, что легко могло разбиться.

А мне хотелось съежиться от ощущения его близости и от стыда – ведь волосы спутались и наверняка выглядят ужасно. Плечо еще не зажило, поэтому мне тяжело было помыть их, но, по крайней мере, от меня не воняло.

– Кого же ты мне напоминаешь? – задумчиво произнес мужчина, смотря в стену, как будто она могла дать ответ.

Я уловила в его глазах волну эмоций: гнев, раскаяние и что-то еще… что смогло пробиться сквозь преграды, однако я не поняла, что именно.

Спустя несколько мгновений мужчина встретился со мной взглядом, и я чуть не задохнулась от того, насколько он был напряженный.

– Все эти дни я пытаюсь узнать, кто ты такая, но не смог найти никакой информации, – пробормотал мой надзиратель, и его хриплый голос, казалось, проникал прямо в душу. – И мне это не нравится. Ты слишком важна, раз тебя так хорошо скрывают.

Он наклонился ближе, и я невольно вдохнула его терпкий парфюм, сквозь который отчетливо пробивался запах алкоголя.

– А я не люблю загадки, которые не могу разгадать. Мне нужно знать, с кем я имею дело, и быть готовым к любым последствиям.

«Ал явно пил, но зачем пришел сюда в таком виде?»

– задумалась я, разглядывая мужчину и пытаясь найти хоть какие-то ответы на его лице.

В полутьме трудно было разглядеть что-нибудь, но я заметила тень усталости на его лице, синяки под глазами, резкие складки в уголках губ.

– Что ты собираешься делать, когда узнаешь, кто я? – спросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно, без тени страха.

Мужчина наблюдал за мной, не отводя взгляда. Его лицо ничего не выражало, но стоило моим словам сорваться с губ, как его уста сжались в тонкую линию, а в глазах мелькнула вспышка раздражения.

– Я еще не решил, что с тобой сделаю, – признался он, к моему удивлению. – Но чем дольше на тебя смотрю, тем больше убеждаюсь, что ты как-то связана с де Лукой. Только это было бы слишком хорошо, чтобы быть правдой, не так ли?

Я почувствовала, как по спине пробежал холодок.

Как, черт возьми, он узнал о моей связи с семьей? И что собирается делать? Что будет со мной, если не сможет получить ответы, которых так жаждет?

– Де Лука… – задумчиво пробормотал Ал. – Я слышал много историй об этой семье. Говорят, они безжалостны к врагам, но еще более преданы своим. Интересно, какую роль ты играешь в их игре?

– Я не имею к ним никакого отношения, – солгала я, посмотрев на мужчину в упор. – Ты ошибаешься.

– Ну, это мы скоро узнаем, – усмехнулся он, пристально глядя на меня. – Если ты обманула… тебе лучше прямо сейчас выложить все карты на стол. Иначе… – Он многозначительно замолчал, давая мне понять, что последствия могут быть весьма плачевными.

Я сжала руки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Ал явно не отступится, пока не получит ответов. И это пугало до дрожи. Но я уж точно не собиралась копать себе могилу собственными руками.

Вместо ответа на его вопрос я задала свой:

– Зачем ты пришел ко мне пьяным?

Наглец усмехнулся – низкий, хриплый звук, от которого по спине пробежали мурашки. Темные глаза сверкнули в полумраке, как два омута, готовые поглотить меня без остатка.

– Тебя это волнует? – спросил он, наклоняясь вперед, так что я почувствовала запах виски и его собственного тепла. – Боишься, что я тебе что-нибудь сделаю? Что, например?

Его пальцы коснулись моего подбородка, и я невольно вздрогнула от фамильярного жеста. Оно обжигало, подобно огню, пробуждая во мне смесь страха и извращенного желания.

– Трахну тебя? – прошептал Ал, и его голос звучал как шепот дьявола, соблазняющий согрешить. – Или убью? А может… и то и другое?

– Ты… не посмеешь! – выдавила я, пытаясь внушить себе уверенность, которой на самом деле не чувствовала.