Тёмный защитник

Он был одет в полностью черный костюм: идеально скроенный пиджак, облегающие брюки, рубашка из тончайшего шелка и галстук-бабочка, который эффектно контрастировал с белоснежной бутоньеркой из красных пионов на лацкане пиджака, добавляя образу нотку торжественности. Он стоял, гордо выпрямив спину, и его темные, почти черные глаза, полные безумной любви и обожания, не отрывались от меня ни на секунду.

С каждым шагом к нему под звуки торжественной музыки я убеждалась, что готова сказать «да» еще тысячу раз. Я пройду с ним огонь и воду, сгорю в пламени его любви, утону в океане его страсти, возрожусь из пепла, чтобы снова и снова отдаваться Алессио без остатка.

Когда я, наконец, приблизилась к алтарю, чувствуя на себе десятки восхищенных взглядов, Микеле, задержав мою руку в своей чуть дольше, чем требовалось, поцеловал меня в щеку – поцелуй, полный братской любви и гордости. Он передал мою дрожащую ладонь Алессио, и в тот же миг я почувствовала, как все вокруг замерло.

– Ты великолепна, – произнес муж низким голосом, преисполненном обожания.

Его рука была теплой и сильной, а сам он – надежным, как скала. Когда наши пальцы переплелись, по телу будто пробежала обжигающая волна электричества, заставляя каждую клеточку моего существа вибрировать в предвкушении. Алессио не отрывал от меня своих жгучих глаз, и в его взгляде сейчас читалась такая бездонная любовь и нежность, что у меня перехватило дыхание.

– Это должно было произойти еще год назад, – начал мой брат чуть напряженно, смотря на Алессио в упор. – Я должен был стоять перед тобой и угрожать, что, если ты не будешь заботиться о моей сестре, как о самом драгоценном сокровище… если по твоей вине с ее головы упадет хоть один волос, хоть одна слезинка скатится по щеке… я лично вырву тебе сердце и скормлю его псам.

Я почувствовала, как внутри меня все сжалось, но Микеле продолжил, немного смягчившись:

– Но за прошедшее время ты доказал, что Марсела для тебя – приоритет. Ты готов на все, чтобы защитить ее и сделать счастливой. Поэтому большего мне как ее брату и не требуется. Береги ее, Моррети. Будьте счастливы. И всегда любите друг друга столь же сильно, как сейчас…

Алессио молча едва заметно кивнул, выдвинув подбородок и сжав губы в тонкую линию, но в глубине его глаз… я видела благодарность и понимание. Я улыбнулась Микеле, ощутив, как слезы подступают к глазам, и посмотрела на мужа.

– Я бы хотела накричать на тебя за то, что ты не предупредил меня о своем… безумном, невероятном сюрпризе, – прошептала я, глядя на Алессио, моя рука непроизвольно сжала его ладонь. – Но… я слишком сильно люблю тебя, чтобы злиться за подобное. Спасибо, что исполнил мечту… мою и маленькой Марси, которая когда-то, давным-давно, грезила о сказочной свадьбе в старинном соборе…

Моррети довольно ухмыльнулся, а его взгляд потемнел и стал еще более напряженным. Алессио наклонился, и его губы коснулись моей макушки в мягком, нежном поцелуе, который заставил сердце забиться быстрее.

– Я всегда буду исполнять твои мечты,

amore mio.

Священник начал церемонию, его голос звучал торжественно и немного приглушенно под высокими сводами собора. Он говорил о любви, о верности, о семье, о трудностях, которые приходится преодолевать вместе, рука об руку, плечо к плечу, в горе и в радости, в богатстве и в бедности, в болезни и в здравии… И каждое слово отзывалось в душе, находило живой, трепетный отклик в сердце.

Когда настало время произносить клятвы, Алессио, крепко сжав мою руку и глядя мне прямо в глаза, произнес:

– Год назад я дал клятву уважать и защищать тебя от всех бед. Быть рядом в радости и горе, бедности и богатстве, пока смерть не разлучит нас. И я не всегда был идеальным мужем, совершал ошибки, порой… непростительные, причинял тебе боль…

Алессио на секунду замолчал, взгляд его стал проницательным. Я буквально видела борьбу, происходившую в душе мужа. Я знала, как трудно ему даются слова клятвы, как он сражается с внутренней тьмой, стараясь показать мне свои чувства.

– Моя любовь к тебе, Марсела, никогда не ослабевала. Ни на секунду. Она стала только сильнее. Сегодня, стоя перед Богом и нашими близкими, я снова клянусь тебе в этом. И… хочу добавить еще одно обещание – вечной любви, верности и преданности. Клянусь быть для тебя хорошим мужем, заботливым любовником, преданным другом, непоколебимым защитником и… лучшим отцом наших детей. Я клянусь любить тебя, Марсела Моррети, всем своим существом… Всегда. Даже когда весь мир против нас.

Его голос, хриплый от эмоций, затих, и в наступившей тишине я услышала… стук своего сердца. Оно билось так сильно, как будто хотело вырваться из груди и… полететь к нему, к этому мужчине, который стал моей судьбой.

– Алессио, любовь моя, – начала я, голос задрожал от эмоций, которые переполняли меня. – Год назад я стала твоей женой… по принуждению. И с тех пор моя жизнь изменилась навсегда. Тогда… в моих словах не было ни любви, ни доверия, ни… надежды. Я думала, что эти клятвы – ритуал, который ничего не значит… что в конечном счете мы расстанемся, а наша история… обречена на трагический финал. Но судьба распорядилась иначе. – Я сделала паузу, собираясь с мыслями, с чувствами, которые грозились выплеснуться через край.

Мой взгляд встретился с Алессио, и в его глазах я увидела… абсолютное понимание и отражение собственной души. Муж слегка наклонил голову, как будто хотел сказать, что все хорошо, и его поддержка придала мне сил.

– За короткий, но насыщенный и бурный период, что мы вместе, ты показал мне, что такое, когда тебя по-настоящему любят всем сердцем. Что такое всепоглощающая страсть и безоговорочная преданность. Ты научил меня быть сильной, смелой, смотреть в лицо опасности, не дрогнув… и… не бояться показывать свои слабости… тебе. Потому что ты… всегда поймаешь меня, Алессио, и будешь рядом. – Сглотнув, я продолжила, чувствуя, как слезы подступают к глазам: – И хотя наш путь был тернист, извилист, опасен… я ни о чем не жалею. Ведь каждое испытание, которое мы прошли вместе, как и боль, которую мы разделили, радость, которую пережили… только укрепляли связь между нами, делая нашу любовь еще крепче.

Я ощутила, как слезы медленно катятся по щекам, но я не собиралась умолкать. Это же наш момент, и я не хотела упустить шанс.

Взяв себя в руки, я закончила клятву, вкладывая в каждое слово всю свою душу: