Ты. Вышла. Замуж

Глава 57

– Я полагаю, инцидент улажен, – идет мне навстречу капитан Легман.

– Да, только все экземпляры договора верните. Я их лично уничтожу, – давлю взглядом.

– Конечно, конечно, – бежит к столу тот. Достает еще сшив, точно такой же, как у меня в

руках.

Не знал он. Сука!

– Прошу, – отдает мне свой экземпляр. – К вашей супруге у нас претензий нет.

- Да ну? – усмехаюсь ощерившись. Давлю чувака гневным взглядом.

Открываю долбанный контракт. Нахожу нужный пункт. Договор составлен в двух экземплярах.

Плюс заверенная печатью и подписями копия. Все сходится. Все экземпляры контракта у меня на

руках. Останется только их уничтожить.

– Продюсера хренова уберите с лодки, Аллаха ради, – прошу душевно. – Если он мне еще раз на

глаза попадется, пришибу.

– Обязательно. Он вас больше не побеспокоит. Я прикажу ему сойти в Марокко, – заверяет меня

капитан.

– Тогда всего доброго, – отрезаю, выходя за дверь.

– Я вас провожу лично, – поспешно предлагает кэп. – Вы мои гости. Пожалуйста, чувствуйте

себя как дома.

«Мне б тебя сто лет не видеть!» – вздыхаю устало. Но от помощи не отказываюсь. Хоть никто

не нападет дорогой и за борт не сбросит.

– Давайте завтра вернемся домой, – выпаливаю, войдя в каюту. – Я что-то устал от этой

роскоши, – кладу на стол экземпляры контракта. Обвожу взглядом дорогое убранство каюты. Тут

тебе и золото, и натуральное дерево. Нет. Я точно не привык к такому убранству. Бесит оно

меня.

– Все закончилось, – подхожу к Лике, с напряженной спиной сидящей в кресле. Становлюсь на

колени, не обращая внимания на деда и бабку. Веду руками по мягкому шелку платья. Кладу

голову жене на колени. – Прости меня. Я, редкий идиот, сам себе не прощу.

– Наверное, надо было расстаться, чтобы это понять… - тихонечко тянет Лика.

– Что я идиот? – переспрашиваю, обнимая жену.

- Нет, - улыбается она. Зарывается пальцами мне в волосы. Гладит.

Хвала Аллаху. Лика простит меня. Хотя сам не знаю, чем заслужил.

– И это тоже, – подает с дивана голос едкая Надя. И тем самым разряжает ситуацию.

– Почему ты идиот? – тихо спрашивает Лика. Убирает волосы с моего лба. Смотрит… Нет, скорее

любуется.

– Надо было сразу тащить тебя в ЗАГС. Сразу, еще в июле, когда я увидел в тебе женщину, –

выпаливаю я. И слышу со стороны Нестеровых.

– Ну, наконец-то!

– Ты делаешь мне предложение? – улыбается Лика.

– Ты простишь меня? – уточняю на всякий случай. И только сейчас замечаю на жене тот самый

гарнитур с изумрудами, который я ей прислал в Стамбуле.

Стоп! В ресторане его точно не было. Я бы заметил.

– Кто-то ходил к себе в каюту? – подрываюсь на ноги. Машинально поворачиваюсь к Жоре. Не

люблю, когда мои приказы нарушаются.

– Ты о чем? – непонимающе смотрит он на меня.

– Изумруды, – киваю на ушко любимой.

– Я ношу их в сумочке, – признается жена.

Обалдеть! Цацки за три штуки баксов. В сумочке. Но в этом и есть моя Анжелика. Такую я ее и

люблю.

Простую, наивную и решительную.

– Я и не знал, что ты с шейхами дружишь, – бубнит Жора, направляясь к дверям.

Явно переводит разговор. А я ведусь специально. Не собираюсь ничего выговаривать жене. Тем

более при родне. Мы поругаемся и помиримся, а они запомнят и дальше понесут.

- Ты многого обо мне не знаешь, Жора, - направляюсь к нему. - Думаешь, я бандит с большой

дороги. Это тоже никто не отменял. Но ради Лики я готов образумиться. Нет. Не так. Ради жены

я готов на все, - заверяю совершенно спокойно.

Я давно все обдумал. За неделю без жены расставил приоритеты. Не могу я без нее, хоть

тресни!

– Лика, ты с нами? – спрашивает Надя в дверях, и три пары глаз смотрят на нее удивленно.

Ну, типа, ты нашла что спросить.

– Нет, бабуль. Спокойной ночи. Я останусь с Таиром. Нам многое надо обсудить, – робко

откликается жена, поднимаясь из кресла.

Сердце екает от неизвестности. А вдруг она меня не простила? Вдруг не любит…

Я снова очкую, как час назад на палубе. Только сейчас еще страшнее. Тогда я рассчитывал

только на себя. А теперь все зависит от Лики.

Простит, или нет? И как жить дальше? Так и инфаркт заработать можно.

– Что скажешь, душа моя? – проводив родню, усаживаю рядом. – Мы вместе? Дашь нам шанс?

Выйдешь за меня? Официально. Чтобы ни одна собака сутулая не могла усомниться в нашем браке…

– Я долго думала, Таир. Но положение безвыходное, – смотрит она на меня печально. – Я люблю

тебя. Но жить в Казанской я не смогу. Понимаешь?

– Почему? – вскидываюсь я.

Нет. Я знаю ответ. Моя родня сильно обидела Анжелику. И вернуться туда – дать понять что

простила всех и вся. Но я и сам их не простил. Ни мать, ни Альму. Устроили мне ад на пустом

месте. Что доказывали? Чего хотели?

Вороны надоедливые. Из-за них я чуть не потерял Лику. Да и не место ей в Казанской. Ей

учиться нужно. Может быть в консерваторию поступить. И я приложу все силы. Только бы

простила меня…

– Я хочу жить с тобой. Хочу учиться. Петь хочу. Ходить с тобой по театрам и музеям. Жить

ярко. Любить друг друга, а не копаться в сплетнях и выяснять, кто что сказал. Не косится на

твоих вечно недовольных родственников, - выпаливает она после небольшой паузы.

- Твои тоже хороши, - бурчу себе под нос. – Чуть не довели меня до инфаркта. Увезли тебя…

- Ты тоже хорош, - припечатывает жена взглядом.

Та еще штучка. С ней не соскучишься. Но я по любому готов. Выбрал ее. И жить хочу только с

ней.

– Москва, Питер, Стамбул? Выбирай, моя дорогая, – обнимаю ее. Целую порывисто. Сначала в

шею, потом в висок. Сминаю губы в нежном поцелуе. Как школьник, дорвавшийся до любимой

девочки, даже дышать перестаю.

- Я бы переехала в Москву, - замечает жена робко. – Там хорошая вокальная школа…

– Значит, договорились. Только в шоубиз не пущу, - добавляю сварливо.

- Я не хочу туда. Мне нравится опера, - перебивает шутливо Лика.

- Значит, опера, - подытоживаю, хватая ее на руки, кружу по каюте.

– Девочка моя любимая, как же я скучал. Извелся весь, – падаю вместе с женой на кровать. –

Целую лицо, в висок, в ключицу. – Ты меня любишь? Только скажи, – ловлю мерцающий блик

изумрудной сережки.

Любит. Знаю. Вон, и золото мое надела. Дала понять, как я ей небезразличен. Но все равно