Страница 61 из 80
Глава 47
– Вы пока с Ликой пройдитесь по магазинам. Порадуйте себя, девочки, – отдает указание Жора,
стоит нам только пройти паспортный контроль. – Водитель уже ждет. Я вызвал.
В огромном аэропорту Стамбула озираюсь по сторонам. Вчитываюсь в вывески, написанные на
русском и на турецком.
– Пойдем, Ликуша, – берет меня под руку Надя. – Жора сам заберет наши чемоданы, – машет
лапкой в сторону мужа. – У него свои дела, у нас свои. Успеть бы…
– Да мне ничего не надо, – отмахиваюсь машинально.
– Вообще ничего, – смеется бабушка и прижимается щекой к моей щеке.– Как же я рада, что ты
с нами! Я уже мечтать перестала…
– Я тоже никогда не думала, – прижимаюсь к бабуле. – Даже не мечтала…
Все пеклась об Альме. Как она без меня… А она… Меня предала!
Слезы застилают глаза. Смаргиваю решительно. Вместе с бабушкой и парнем из охраны выходим
на улицу. А там уже Жорин мерседес припаркован.
– Все, мы дома, – расстегивает она шубку. Откидывает назад яркий платок. Кладет затылок на
подголовник.
А я в изумлении рассматриваю кожаный салон авто цвета топленого молока. Глажу рукой по
сиденью, вдыхаю запах. Чуть терпкий, с нотками цитрусовых.
– Красиво. Очень, – выдыхаю тихонечко.
– Привыкай, – улыбается Надя. В порыве чувств целует меня в щеку. – Лика, детка. Наконец-то
ты с нами… Смотри пока по сторонам, а мне нужно заняться нашими делами, – выуживает она из
сумочки сотовый.
Пишет кому-то, звонит, легко болтая по-турецки. И наконец выдыхает.
– Так. Я везде нас записала. Стилиста удалось уговорить самого лучшего, плюс маники-педики,
эпиляция, брови. Должны все успеть…
– А магазины? – глазею на проносящиеся за окном вывески.
– Говорю же тебе, все под контролем, – сжимает она мою ладошку. – Посадка на теплоход
вечером. Так что останется время еще в ресторане посидеть, – радостно тараторит она и
отвлекается на телефонный звонок. – Да, Жора. Да. Я поняла, – пересказывает наши новости и
добавляет весело. – Столик забронируй в … – произносит какое-то странное название и поясняет
мне. – Это мой любимый ресторан. Тебе понравится…
Конечно, понравится! Я столько лет жила взаперти. Можно было уехать к Наде и Жоре. Если бы
я настояла, то Давид с Тамарой меня отпустили бы. Но я даже не помышляла. Заботилась об
Альме, считала ее родной. Как бы она без меня…
В сумке трезвонит сотовый.
– Если Таир, не бери, – тут же велит Надя. – Пусть лесом идет…
– Это бабушка Тома, – подхватываю трубку.
– Детка, как у тебя дела? Ты уже освоилась в новом доме? Хочу сказать тебе про Гузель.
Меньше слушай ее, и ни в коем случае не возвращай махр Таиру. Это вообще никуда не годится…
Гузель… Махр... Дом мужа.
Слова из какой-то другой, прежней жизни.
– Бабушка, я… – лепечу, подбирая слова.
– Включи на громкую связь, пожалуйста, – просит Надя. И как только я нажимаю на кнопку с
динамиком, включается в разговор. – Вот что, Тома… Мы увезли Лику. Нечего ей там делать.
Хорошую чистую девочку под мудака подложили! О чем вы только с Давидом думали?
– Надя, подбирай выражения. Это никуда не годится. Ты изъясняешься как дешевка из
подворотни.
- Сами вы дешевки, Тома, - парирует тут же бабушка Надя. – Сначала в няньки Лику записали,
потом в жены Таиру отдали… Как вы могли? Слава Богу, у Лики хватило ума уйти.
- Я поверить не могу, – охает бабушка. – Лика, ты сама ушла от мужа? Это харам.
Недопустимо. Ты можешь вернуться? Я думаю, Таир простит..
– Теоретически – может, конечно, – смеется Надя.- Мы уже в Стамбуле, Тома. Увезли Лику из
этого гадюшника куда подальше. Как вы могли согласиться на брак нашей внучки с Адербиевым?
Он же совершенно неуправляемый. Гопник какой-то!
«Я люблю его», – прикусываю губу.
– Что-то случилось, Надя? – вступает в разговор Давид. Видимо, бабушка позвала.
– Случилось?! – вскрикивает Надежда. – Я тебе сейчас расскажу, что случилось.
Коротко и абсолютно четко бабуля пересказывает все мои горести и добавляет победно.
– Мы увезли Ликушу. Успели, слава тебе Господи!
– А как же теперь Альма? Она там совсем одна осталась, – охает бабушка Тома. – Лика, как ты
могла?
– Она ненавидит меня, – только и могу выдохнуть. Собираю себя в кучу. Сейчас главное – не
расплакаться. Но слезы душат, и я молчу.
– Альма ваша – дешевка… – фыркает Надя. – Тоже мне… Сделали из Лики няньку. И как отплатила
эта дрянь неблагодарная?
– Ты не имеешь права так говорить о нашей внучке, – шипит бабушка Тома.
– А ты не имела никакого права делать из моей внучки прислугу, – отрезает Надя. – Беги,
поцелуй свою воровку в зад, – выпаливает, не скрывая возмущения и злости. – А мы уже
приехали, – обрывает звонок.
– Степа, останови около Шангри-Ла, – просит она водителя.
И машина тормозит рядом с роскошным отелем.
– Все нервы вытрепали, – жалуется Надя, выходя из мерса. Подает мне руку. – Но мы не будем
раскисать, правда? – берет под ручку и ведет внутрь. – Нам сюда, – совершенно спокойно идет
по шикарному холлу, отделанному мрамором, и сворачивает в уютную кофейню.
Кивком подзывает официанта.
– Это моя внучка, Юсуп, – представляет меня. – Сделай нам по чашечке эспрессо, пожалуйста,
– велит на ходу и ведет меня на террасу. – Скажи, как красиво?!
– Ой, – только и могу выдохнуть я. – Тут потрясающе.
Во все глаза смотрю на синее море, плещущееся до самого горизонта, на корабли и парусники,
на белые облака, плывущие по голубому небу.
– С ума сойти можно! – шепчу, усаживаясь за стол.
– Нет, никуда сходить не надо. А трезвая голова тебе еще пригодится. Нужно решить, как жить
дальше. Чем заниматься… Но я бы посоветовала учиться. Перед тобой сейчас, Ликуша моя, –
бабушка накрывает мою ладонь своей, – все двери открыты. Выбирай!
– А можно подумать? – Вдыхаю запах кофе.
– Ну конечно, никто тебя не торопит, – весело отзывается Надя. – Вон наш кофе уже готов, –
кивает на спешащего к нам официанта с подносом.
Наблюдаю, как молодой мужчина торопливо расставляет на столе пузатые расписные чашечки,
ставит в центр стола тарелку с шоколадным печеньем.
– Что такое, Юсуп? Мы не заказывали, – добродушно возмущается бабушка.