Ты. Вышла. Замуж

Глава 9

«А она молодец. Сбежала», – опустив голову, направляюсь к лестнице. Заслышав шум наверху,

поднимаю взгляд.

А там Ильяс стоит на ступеньках. Одного за другим скидывает вниз двух голых парней и

бросает, не скрывая злости.

– Тут полный беспредел, брат. Я скорую вызвал. Иначе двухсотый маячит…

– Что? – смотрю в упор.

– Одну телку успели из лап изуверов вовремя вытащить. А другой сильно досталось. С нее,

видимо, начали, – ощерившись, бросает мой помощник.

– Полицию вызывай, – велю, повернувшись к Акиму. – Скажи, что мы обезвредили притон. Их

дело – всех упаковать. А этих отморозков закрыть, – киваю на обдолбанных в хлам любителей

жести.

– Вы ничего не докажете. Мой папа… – поднимается из-за барной стойки один из мажоров. В

серебристой рубашке и таких же штанах. Да я б в таком прикиде спать постеснялся.

– А кто у нас папа? – нарочито грубо интересуется Аким. Толкает в бок, преграждая дорогу ко

мне. – Стой. Ни с места.

– Вот вы смешные. Вам сейчас всем по ушам надают. Погоны снимут и яйца поотрывает. Зейн

Баязов. Слыхали? – ржет недоумок. – Он уже едет. Сейчас он вам устроит… А мне ничего не

будет. Здесь вся полиция на нас работает. Советую вам закрыть дверь с той стороны и больше

никогда не соваться… – отмахивается он от Акима. Идет ко мне. Разглагольствует, как идиот.

Но я уже не слушаю недоумка.

– Стоять, – рявкает на него Аким. Заламывает руку на болячку.

Зейн. У нас с ним и так особые счеты.

Одной проблемой больше, одной меньше…

– Эй, вы кто? Оставьте моего сына в покое, – орет он от двери. Перепрыгивая через гостей

сына, бежит к нам. Невысокий щуплый человек из наших краев. Если я вдарю, он сдохнет.

Но нельзя, сразу весь род поднимется.

Снимаю балаклаву, поворачиваюсь лицом к старому недругу. Вокруг мои бойцы застыли

наизготовку.

– Таир, друг. Какими судьбами? – охает от изумления Зейн. Радостно раскрывает объятия. –

Хорошо, что ты… А мне позвонили. Думал, спецназ из города. В чем проблема, брат?

– В чем проблема? – пожимаю плечами.

Этот баран явно не осознает последствий. Корона башку сдавила.

– Это ты мне скажи, Зейн. На моей земле твой сын устроил притон. И ты позволил своему

наследнику и его друзьям измываться над беззащитными женщинами. Беспредельщикам тут не

место.

– Это мой дом, Таир, – предупреждает опасливо Баязов. – Но я рад приветствовать тебя как

гостя.

Вот только этого мне не хватало! Еще я по борделям не гостил…

– Был твой, – бросаю неспешно. А у самого от ярости зашкаливает внутри. Если сейчас кто-то

пикнет, пристрелю без всяких сожалений. Пусть только дернется. Народ чувствует напряжение,

витающее в воздухе, и старается слиться с пейзажем. – Утром продашь дом какой-нибудь

многодетной семье из местных, Зейн. Понял? Прочь с моей земли. Больше я тут беспредела не

потерплю.

– Я чем-то обидел тебя? – спрашивает он осторожно. – Если так, готов порешать… Пацаны,

шалопаи молодые. Что с них взять? Сам знаешь… Мы тоже такими были. Девки так и виснут… Сами

виноваты. Сюда их за руки никто не тянул.

– У меня другая информация, Зейн, – мотаю башкой. Чувствую, как желваки играют на скулах.

Сжимаю кулаки и на короткий миг замолкаю, прислушиваясь.

С улицы доносится завывание сирен. В окне отражаются блики проблесковых огней.

Все. Приехали. Полиция и скорая.

– Дом я завтра продам. Не вопрос. Я прошу тебя, Таир. Аллахом прошу, – хватает меня за руки

Зейн. – Давай все представим так, что мы с тобой приехали в мой дом. А тут незаконное

проникновение в частную собственность. Все такое…

– Мне все равно, – усмехаюсь уголками губ. – Но там наверху потерпевшая девушка. Подонков,

сотворивших с ней гнусность, следует закрыть. Проследи, Зейн. И пусть оплатят лечение.

Другой повезло больше. Будем считать, отделалась легким испугом. А за свою родственницу я

сам спрошу. По полной. Идет?

На бледном лице Зейна появляется испарина, в глазах плещется животный страх.

– Твоя родственница? Здесь? – обалдело уточняет он.

– Я же говорю, за беспредел придется заплатить. Все остальное решаемо, – соглашаюсь с

предложением Баязова.

– Тогда по рукам? – смотрит на меня опасливо, но первым протягивает сухонькую ладошку.

– По рукам, – сжимаю торопливо. – Курлова мне оставь. И с сыном твоим хочу поговорить…

– Я ничего не знаю. Правда! Других девушек у нас нет. Все здесь. Таир, пожалуйста, –

смотрит на меня умоляюще.

А сверху Ильяс уже спускает, обняв за плечи, худенькую плачущую девчонку, закутанную в

серый плед.

– Там еще двоих ребята вырубили, – роняет на ходу Ильяс.

– Девушку отправь домой на такси, – велю мягко.

– Нет, я останусь, дам показания против этих тварей, – всхлипывает она. – Они… они… мою

Варю… – И осекается на полуслове.

В дом входят полицейские. За ними врачи.

– Варю спасите, пожалуйста! – кидается к ним девчонка.

А я лишь выдыхаю с облегчением. Какое счастье, что Лика вовремя вырвалась и удрала.

Молодец, маленькая храбрая птичка. Будет мне хорошей женой.

А в ее чистоте и непорочности я и так уверен.

Вспоминаю испуганные карие глазищи Лики, умоляющей пощадить. И сам себе противен. Еще бы

минута, и взял бы ее силой. Вот только чем бы тогда сам отличался от мразей, которых мы

задержали сегодня?