Моя свободная пара

Так! Нужно собраться с мыслями и сказать все правильно. Объясниться. Надо донести все так, чтобы не спугнуть. Достучаться до нее.Она снова будто за искаженным звуконепроницаемым стеклом – не слышит меня. Видит, но неправду.

— Я думал, ты неправа, – сказал, отводя взгляд. – Я не знал про твою историю, но и ты не знаешь, что у меня произошло. Не хочешь слышать и видеть.

Леся с недоверием повернула ко мне ухо, словно боялась, что неправильно расслышала. Но, хотя бы, перестала пытаться уйти – я полностью завладел ее вниманием.

Решил начать с самого сильного факта, несмотря на ее презрительное выражение лица:

— Моя подруга умерла по моей вине. Когда я узнал, что ты уехала, у меня случился ментальный взрыв силы.

Мне казалось, это самая сильная фраза. В ней столько смысла, стоит только Лесе подумать, покопаться.

— И? – хладнокровно спросила девушка. – Я это знаю. Я написала тебе о своем отъезде, ты три дня игнорировал мое сообщение, так как я давно перестала для тебя быть значимой. И ты психанул только спустя столько времени? Ха!

— Моя подруга умерла. – Я был потрясен жестокостью девушки.

Думал, стоит ей понять, что скрывается за моими словами, она испытает чувство вины. Но она не видела проблему!

— Да, твоя любовь. Называй вещи своими именами. И прости, что не особо сочувствую. Да, мне жалко жизнь Лины. Но себя мне жалко больше. Ты же услышал, через что я прошла! – Леся сорвалась на крик.

У меня по коже пошла волна дрожи. Зверь чувствовал Олесю все больше и больше. Меня злила эмоциональная глухота девушки. Это ее желание не видеть дальше своего носа.

— Леся, мы оба виноваты в смерти Лины. Ты решила поиграть в недотрогу, психанула и уехала, хотя знала, что девушка в критическом состоянии. Мне говорили, что ты приходила в больницу!

— Да! И видела тебя почти у ее ног!

— Я переживал. Она моя подруга!

— Она твоя любовь. Говорю – называй вещи своими именами. Поэтому я уехала – не могла дальше смотреть, как ты с ней флиртуешь.

— Я не флиртовал! Просто общался.

— Ты? А кто приглашал Лину на танец на свадьбе Яра и Ди? Кто год меня игнорил, а сам гулял с Настей и Линой? Хочешь свалить на меня свою любвеобильность, а потом неумение удержать зверя – пожалуйста. Я привыкла, что все вокруг ищут проблему во мне. Но не жди от меня, что я соглашусь и посыплю голову собственным пеплом.

— Ты не понимаешь. Не слышишь меня. Если бы ты поговорила со мной, если бы не стала капризничать, Лина была бы жива. И все бы было нормально.

— Что?! Если бы я не капризничала? Да я бы сдохла здесь от разрыва сердца, если бы еще понаблюдала за вами. Чувство самосохранения у сверхов одно из самых сильных. Я спасала себя.

— Поговорили бы открыто, и не было ничего. Я бы не психанул, Лина была жива. Ты знаешь, что я до сих пор не могу простить себе смерть девушки? Я всю жизнь проживу с чувством вины. Так где оно у тебя?

Леся отшатнулась.

— Да какая, нахрен, любовница? Подруга детства. Мы из одного клана. Вот я и помогал, как мог. У девочки никого не было толком. А ты захотела внимания, вот и махнула хвостом. Знала же, что у меня нестабильный зверь. Разве это не предательство истинного? А?– У меня? Чувство вины? За то, что мой истинный влюбился в другую, а потом ему не понравилось, что я попрощалась с ним, не сдержал себя, грохнул любовницу, и теперь я – виновата?!

— Что? – словно онемевшими губами спросила Леся.

— То! Разве не ты, как пара, должна поддерживать меня во всем? Ты, как никто, знала, сколько я времени угрохал на тренировку зверя! Еще и возраст сложный был, когда гормоны зверю голову крутили. Это был самый трудный период – я из тренировочного зала не вылезал. А ты что? Обиделась, что на свиданки не гоняю? Что не общаюсь? Да я сорваться на тебя боялся, вот и не виделся.

— Врешь! Ты даже не звонил, не читал сообщения. Зато гулял с Линой и Настей. Приглашал на танец другую, а мимо меня прошел, даже не взглянув!

Для меня тот период был как в тумане, а Леся не переставала меня тыкать носом в этот дурацкий танец.

— Думаешь, я не знаю, что была для тебя помехой? Как сейчас мужественно прикрываться мной, а? Думаешь, снимешь с себя чувство вины и переложишь на меня? А вот фиг тебе! – крикнула Олеся.

И тут мой зверь сорвался.

* * *

Леся

Вот секунду назад я задыхалась от злости, как вдруг мою голову словно сжала огромная рука, сдавила со всей силы и прижала к земле вместе с телом.

Дверь в кабинет Альбины вынесло так, что она упала на меня. Но это удар не шел ни в какое сравнение с ощущением, что моя голова сейчас лопнет. Я лишь краем глаза заметила Буру, который бросился на Сашу.

Чернобурый вколотил в его лицо кулак с такой силой, что гибрид отлетел на рабочий стол и сломал его пополам. Но Саша тут же встал и накинулся в полутрансформации на Буру, который тут же заметно раздался в размерах. Еще немного, и два зверя вцепятся друг в друга, а у меня взорвутся мозги.

— М-м-м, – застонала я, держась за голову.

И тут же оба парня остановились, посмотрели на меня.

— Придурок, ты ее дверью задел! – Саша оказался рядом и сбросил дверь с моих ног.

— Лисена, – Бура опустился рядом, заглянул в глаза. – Где болит? Я тебя задел?

Я пыталась трогать голову, чтобы ощутить прикосновения, но чувствовала только боль. Могла только стонать.

И тут Бура резко вскочил на ноги и как дал с ноги в голову Саше:

— Ментальный выродок! Это ты ей делаешь больно!

И тут же железный кулак, сжимающий мою голову, расслабился. Я застонала, но уже от облегчения.

— Я? – Саша снова был полностью человеком. – Как? Я не могу причинить ей боль. Мой зверь.. Истинная..

В кабинете залетел папа, одной рукой держась за голову.

— Лисена! – Крикнул он, раскидывая всех на ходу.

Лисий бог, как долго я ее не видела. Один ее взгляд в душу и из моих глаз уже льются слезы. Мамочка! Я и не думала, что так соскучилась.– Леся! – следом залетела мама.

Родители помогли мне сесть, а потом обняли. Стали трогать, расспрашивать о состоянии.

— Елы-палы! – показалась в дверях медоедка и посмотрела на Сашу: – Ты опять за свое?

И тут я вспомнила, что Арсений только пережил серьезную операцию. А тут снова Саша со своими закидонами.

Шарахнуло меня, конечно, конкретно.– Арс.. – Я хотела сесть, но голова до сих пор кружилась.

— Ядрен-батон, что со мной будет? Я уже туточки, – раздался знакомый голос, в дверном проеме мелькнул алый чуб.

Бедового парня как ветром сдуло.– А ну лег обратно, мать твою медоедку тебе в седелки! – раздался грозный рык Леона из коридора.