Страница 61 из 77
Бумаги. Конечно. Гроссбух Зои, копии счетов, шифры, имена. Даже загнанный в угол, Лязгов думал не о мести, а о документах. Без них он был просто преступником с мокрым плащом и пачкой мертвых наемников. С ними он еще мог торговаться.
- В подвал его, - сказал я людям. - Живым. Потом.
Мы вышли к главной галерее. Оттуда уже доносились крики. Нападавшие прорвались через боковую дверь, но дальше холла их не пустили. В темноте мелькнул огонь выстрела, кто-то упал. Я ответил, не целясь долго. Человек с обрезом дернулся и исчез за перилами.
В этот миг из левого крыла донесся глухой удар по дереву.
Я замер.
Еще один. Потом короткий выстрел почти в упор.
Не у ворот. Не в холле. У операционной.
- Игнат! - крикнул я.
- Здесь!
- Ко мне. Остальные - держать холл.
Я побежал вверх.
Парадная лестница, коридор, поворот. Все смешалось в один узкий туннель света и дыхания. У дверей спальни Авроры стоял тяжелый комод, сдвинутый из соседней комнаты, но его уже разворачивали двое людей в темных плащах. Емельян был перед ними.
Он стрелял из дробовика одной рукой.
Первого нападавшего заряд отбросил к стене. Второй успел выстрелить. Пуля ударила в дубовую дверь, выше головы Емельяна. Третий вынырнул сбоку с револьвером. Я снял его на бегу, почти не видя лица.
- Левее! - крикнул Игнат.
Выстрел. Удар. Человек рядом со мной согнулся. Еще один чужой бросился к лестнице, но жандарм у перил встретил его штыком.
Емельян стоял. Бледный, злой, упрямый. На перевязанной руке уже расползалось новое красное пятно.
- Жив? - спросил я.
- Пока да.
Из-за поворота донесся треск стекла.
- Лязгов в доме, - сказал я. - Он идет к старой библиотеке.
Емельян посмотрел на дверь за своей спиной. Там были Аврора, ребенок и Зоя.
- Я здесь.
- Не умирай без приказа.
Он впервые за ночь улыбнулся. Криво, одними губами.
- Постараюсь, ваша светлость.
Я побежал дальше.
В этом доме я знал каждую потайную дверь, каждый тупик, каждую старую прихоть предков, которые строили особняк так, будто собирались пережить осаду. Демид Лязгов знал многое, но не все. И если он добрался до библиотеки, значит, кто-то рассказал ему о книжном ходе. Значит, предательство сидело глубже, чем кочегар и горничная.
Но это я выясню потом.
Сейчас надо было дойти до библиотеки раньше, чем он найдет сейф с бумагами. Раньше, чем он поймет, что проиграл не только деньги, но и право уйти живым.
Я свернул в темный коридор, где на стенах висели портреты мертвых Патроновых. Их лица мелькали в свете фонаря, холодные и высокомерные. Ни один из них не видел того, что увидел я этой ночью: женщина из ниоткуда разрезает живот моей сестре и вытаскивает из смерти наследника рода.
Я сжал револьвер.
- Держитесь, Зоя, - сказал я в пустой коридор. - Теперь моя очередь.