Страница 37 из 42
Елизавета резко распахнула глаза, но сразу зажмурилась: мир кружился и всё, что она ощущала — это колючую шерсть. В висках стучало, она не сразу поняла, где находится, только почувствовала жёсткое покачивание, и давно забытое тёплое прикосновение солнечного света.
С трудом она села верхом, одной рукой держась за шерсть, другой — придерживая сестру.
Огромная голова развернулась, и девушка почувствовала лёгкое прикосновение к своему разуму.
— Не надо! — Выкрикнула она, — я хочу помнить!
Волк заскулил, и кивнул на Лилю.
— Я сама, — снова крикнула Елизавета.
Через двое суток волк добрался до красивого небесно — голубого дома из бруса. Лиля уже могла держаться на ногах, но ещё была слишком слаба.
Волк рассматривал лицо Елизаветы, пытаясь запомнить каждую черточку, и в его взгляде было столько нежности, что она невольно протянула руку к его морде. Пальцы коснулись шерсти, волк уткнулся щекой в миниатюрную ладонь.
— Не забывай меня, — шепчет волк, и растворяется в темноте ночи.
Они любили — это было видно в каждом безмолвном взгляде, в каждом нежном прикосновении, но не могли простить. Ведь простить — значит, что боль не имеет значение, а она имела, она обжигала изнутри. Елизавета нуждалась в Денисе, так же как и ненавидела, но никогда его не забудет — это обещание она сможет выполнить.