Страница 34 из 76
Николай Карлович был немного обескуражен новой открывшейся стороной юноши. Как-то до этого момента он воспринимал Романа Винокурова просто как талантливого композитора и художника. Человека творческого, но и только. А тут… даже то, что Роман в пути придумал раскладные кровати, его так не удивило, как полет мысли юноши по поводу обустройства вагонов. Ну что он там придумал-то? Как кровать сложить пополам? И много того ума надо? А тут — Роман буквально фонтанировал идеями и уверенно «держал удар», когда офицеры пытались найти в них изъян. И опять — ведь ничего революционного в его предложениях не было! Просто надо было посмотреть на проблему слегка под другим углом.
«Взгляд дурака», — пришла Краббе аналогия. Когда абсолютно не разбирающийся в вопросе посторонний человек предлагает казалось бы дикую идею, но именно она и становится прорывом. И не потому что профессионалы глупее, а всего лишь из-за «зашоренности глаз».
«Пожалуй, у меня появился еще один аргумент для Его Императорского Высочества — почему я взял этого юношу с собой и потратил столько средств на него и его труппу».
Частично слова Романа об удобстве и возможности размещения кроватей в вагоне подтвердились под вечер. После очередной остановки в вагон занесли две раскладные кровати — для барышень юноши. Те самые, которые парень получил во время их похода. Для этих кроватей освободили одну боковую сторону вагона, сместив кресла к противоположному боку. И затем офицеры, да и сам Николай Карлович, разрешивший подобную перестановку, с завистью смотрели на дам, улегшихся на те кровати. Да, в одежде, но сам факт!
— Сюда бы еще ширму, — вздохнула Анастасия Скородубова. — А то вы нас смущаете.
— Просим прощения, — тут же отозвались офицеры, перестав так уж пристально смотреть в сторону барышень.
А вот мужчинам пришлось ночевать сидя в креслах. Хоть и мягких, но сидячее положение комфорта не добавляло, и под утро не осталось тех, у кого бы что-то не заломило в теле. Бодрее всех выглядел лишь юноша, но и он принялся активно разминаться и выполнять гимнастические упражнения, никого особо не стесняясь. Глядя на него, и другие офицеры решили размяться. Николай Карлович в эти мгновения в который раз пожалел, что военная служба юношу не прельщает и у него даже уважительная причина есть, чтобы не получить косых взглядов в обществе за свой отказ служить. А как было бы легче склонить его к сотрудничеству, будь все иначе!