Страница 9 из 39
5. Цена верности
— Потому что нам нужно точно знать, где скрывается Делец, — тихо, но твердо говорю я, заглядывая в его покрасневшие глаза. — Понимаешь? Нам нужна стопроцентная уверенность, что он именно там. Ты поможешь нам?
Мальчишка судорожно сглатывает. Он переводит затравленный взгляд с меня на Корвина, а затем снова смотрит на меня.
— А вы обещаете, что спасете Милу? — хрипло шепчет он. — Она единственная, кто у меня остался.
— Я даю тебе слово, — чеканю я, вкладывая в эту фразу всю свою решимость.
Он шумно втягивает носом воздух и кивает.
— Хорошо, я все сделаю.
Я едва успеваю подняться на ноги, как Корвин берет меня за локоть и тянет в сторону, в самый темный угол кладовой.
— Лиза, это безумие, — шипит он, склоняясь к самому моему лицу. — Если этот малой обманет нас, то мы окажемся в еще большей опасности!
Я резко выдергиваю локоть из его хватки.
— Я верю ему! — жестко обрываю я. — А ты? Ты доверяешь мне, Корвин?
Интендант замирает. Он смотрит на меня, и в его взгляде плещется пугащая преданность.
— Я готов доверить тебе свою жизнь, Лиза, — не задумываясь отвечает он, — Но не этому мальчишке, которого мы видим в первый раз. Я сделаю, как ты скажешь, но я всё равно буду настороже.
Я с облегчением выдыхаю, чувствуя, как ослабевает напряжение в плечах.
Корвин отворачивается и подзывает одного из своих самых опытных ветеранов, дежурящих у входа.
— Иди в Гильдию, передай мой приказ. Пусть вышлют скрытый резерв, не больше дюжины человек. Никаких доспехов , знаков отличия и оружия на виду. Пусть оденутся как портовые рабочие.
Мы дожидаемся глубокого вечера прямо в подсобке «Золотой унции». Я переодеваюсь в простую, неприметную темную одежду, которую мне быстро находит Аглая, и стягиваю волосы в тугой узел.
Как только солнце садится, уступая место густым, грязным сумеркам Нижнего города, мы выходим через задний двор.
Наш план предельно прост. Никс отправляется на захваченный старый соляной склад первым. Он должен проникнуть внутрь и убедиться, что Делец на месте. Если всё чисто, мальчишка подаст сигнал и в дело вступим мы.
А пока, мы с Корвином и полудюжиной его проверенных людей идем следом. Мы пробираемся через узкие улочки, петляя между полуразрушенными домами. Корвин постоянно держится рядом, закрывая меня собой от любых подозрительных личностей, попадающихся на пути.
И тут мы проходим мимо моих бывших точек раздачи и мое сердце буквально останавливается.
Над знакомыми прилавками уже висят новые таблички, на которых аккуратно вырезаны два колоса пшеницы, стянутых толстой веревкой. Лицемерный символ «щедрого» Дельца, который подразумевает кабаллу.
Я смотрю, как к котлам тянутся изможденные люди. Подручные Дельца в добротных куртках наливают им горячую еду, но вместе с мисками они вкладывают в дрожащие ладони горожан те самые полированные костяные жетоны.
— Гильдия хочет забрать зерно себе! — громко шипит в толпе провокатор, шмыгая носом. — Они морят нас голодом, чтобы мы сдохли! Один только Делец заботится о нас!
Я до боли прикусываю губу, чувствуя во рту противный солоноватый привкус. Возмущение пополам с жалостью так сильно стискивают грудь, что становится трудно дышать. Мне хочется прямо сейчас рвануть туда, разогнать всех этих бандитов и мошенников, закричать что все это вранье и гнусные махинации, но я заставляю себя идти дальше.
Я понимаю, что для того чтобы эти бедные люди наконец-то вздохнули полной грудью и перестали бояться голода, нужно отрубить этой мерзкой гидре под названием Костяной Делец голову.
Внезапно какой-то пьяный мужчина грубо врезается мне в плечо.
Я теряю равновесие, сапоги скользят по мокрой брусчатке. Я не успеваю даже вскрикнуть, но Корвин реагирует моментально.
Он резко дергает меня на себя и одним плавным движением прижимает меня к своей твердой груди.
Я утыкаюсь носом в его ключицу, судорожно вдыхая терпкий аромат кожи и стали, ловлю себя на странном ощущении. Вокруг нас бушует враждебный, непредсказуемый мир, готовый растоптать любого, но здесь, в кольце его рук, я чувствую себя в полнейшей безопасности.
Корвин плавно отпускает меня, но не отходит ни на шаг.
Мы продолжаем путь и примерно через десять минут останавливаемся возле одного из захваченных складов.
Никс, не говоря ни слова заходит внутрь, а мы мы замираем в тени соседнего переулка.
Стража Корвина бесшумно рассредотачивается по периметру.
Я прислоняюсь спиной к сырой кирпичной стене и чувствую как холод пробирается под одежду.
Время тянется невыносимо долго.
Я переминаюсь с ноги на ногу, нервно тереья в пальцах край плаща.
А если Никса схватили? Если Делец понял, что это ловушка?
Скрип петель раздается неожиданно громко. Никс выскальзывает наружу, бросает в нашу сторону быстрый взгляд, дважды проводит ладонью по подбородку — условный знак, что цель внутри, — и тут же исчезает в тени ближайшего переулка.
Корвин обменивается коротким взглядом со своими людьми. Он первым идет вперед и толкает тяжелую дверь
Я бегу следом.
Мы переступаем порог склада и оказываемся внутри. Здесь пахнет застарелой солью и мокрым деревом. Пространство тонет в густом мраке, но мое предчувствие тут же вопит об опасности.
Здесь слишком тихо, а воздух густой и тяжелый.
Корвин делает шаг вперед, закрывая меня собой.
Оглушительный металлический лязг бьет по ушам. Тяжелые засовы на дверях за нашими спинами падают вниз, намертво отрезая путь к отступлению.
Под высокими сводами разом вспыхивают десятки факелов, ослепляя нас. Из-за штабелей с украденной мукой выступают вооруженные люди. И их ужасно много.
— На прорыв! — командует Корвин.
Его клинок со зловещим свистом покидает ножны.
Интендант бросается вперед, прорубая нам путь к узкому боковому коридору. Он двигается с нечеловеческой грацией, парируя удары и оттесняя нападающих.
Я держусь за его спиной, перепуганная и не знающая что делать в такой ситуации.
Мы почти прорываемся к арке, когда воздух прорезает мерзкий свист.
Корвин глухо рычит.
Он дергается, перехватывая левой рукой короткий, оперенный дротик, вонзившийся ему глубоко в плечо. Вырывает его, отбрасывая в сторону, но я вижу, как бледнеет его лицо.
Я с ужасом смотрю на его рану.
Почему-то именно в этот момент невероятная регенерация Интенданта дает сбой и края пореза не затягиваются.