Страница 94 из 110
Затем на сцену вывели невысокую светловолосую женщину. Ее лицо и руки покрывали бесчисленные желтые, черные и фиолетовые синяки, а сама она так сильно сгорбилась, что казалась переломившейся надвое. Растрепанная и подавленная, она шла словно призрак. Ее грубо вели два офицера Медной стражи, мужчина и женщина, чьи взгляды были полны ненависти и презрения.
— Кэс Азекка Лифф, бывший сержант Медной стражи! — продолжал волшебник. — Лишена звания в связи с обвинением в неисполнении воинского долга, краже и сокрытии секретной информации, преднамеренном убийстве, преступном сговоре и государственной измене!
Верховный Эзотерик позволил себе удовлетворенную паузу, когда свист и насмешки резко усилились. Предательство офицера Медной стражи вновь разожгло ярость и злобу публики, и на запуганную маленькую женщину посыпался дождь заплесневелой репы.
Это благодаря Кэс Лифф удалось провести гигантский рейд, которая очистил Селумбр почти от всей преступной фауны. Тайная полиция быстро вычислила крота, которого Паучиха внедрила в полицию, организовала его арест и провела жесткий допрос. Кэс Лифф пыталась молчать, но Верховный Эзотерик знал, что все в конце концов всё рассказывают.
Благодаря этой информации, добытой силой, и содействию агента, проникшего на секретную базу Паучихи, рейд на Сети был проведен совершенно безупречно.
Или почти, — напомнил себе Веззир, сдерживаясь, чтобы не хмуриться. Побег Гризеллы Оолонга и Сируса Ворокла стал крошечным, но стойким пятнышком на идеальной операции, разработанной Верховным эзотериком. Уже в третий раз подряд эти дети ускользают от его оперативников, и это его непомерно раздражало.
Он успокоил себя, напомнив, что их поимка больше не представляет никакого интереса. Элензо Оолонга в конце концов задержали, и после нескольких часов, проведенных в пыточной, он наконец-то передал содержание своих исследований другим Государственным инженерам. Его чертежи все еще оставались разрознены, но инженеры на службе Империи усердно трудились над их завершением. Вопрос лишь нескольких недель, прежде чем весь мир содрогнется перед могуществом Микеи!
Что касается Абилаб Ворокл, то ее «убедили» сотрудничать. Веззир, поскольку ему не удалось заполучить младшего, попросту довольствовался старшим: лейтенант-командора Атанаса Ворокла, наследника баронств Квалиск и Верромон, офицера с безупречной репутацией, отозвали с задания в Заморее под надуманным предлогом и посадили в кандалы, как только он ступил на порог Веремиза. Интуиция Верховного Эзотерика оказалась верной: несмотря на внешнюю жесткость своего поведения и незыблемую репутацию, баронесса сразу же сдалась, когда он объявил, что ее сын в его руках.
Верховный Эзотерик видел, как сузились глаза Абилаб Ворокл, когда она услышала эту новость. Он наслаждался, наблюдая, как баронесса борется с внутренними противоречиями и чисто военным лицемерием. Она пыталась напомнить себе, что война требует жертв, и, будучи стратегом и генералом, отправившим на смерть бесчисленное множество солдат, она не могла отказаться от своих убеждений ради пощады для собственных сыновей... Но в конце концов она сдалась.
Разумеется, сдалась.
Пока что героиню завоевания Островов принудили подыгрывать, публично поддерживать во всем позицию императрицы. А потом ее будут судить, пообещал себе Веззир, чувствуя затылком ледяной взгляд баронессы. Когда война будет выиграна, когда весь мир станет микейским, когда доблестный образ и безжалостная тактика Абилаб Ворокл перестанут быть полезны, ее будут судить. И Верховный Эзотерик пообещал себе, что сделает все, что в его силах, чтобы карьера первого генерала закончилась на виселице.
Услышав за спиной покашливание Иосефира, Веззир вернулся к настоящему. Уйдя в мысли, он не объявил следующего пленника, молодого человека с огненно-рыжими волосами, который вызывающе смотрел на императрицу, несмотря на руки и ноги в синяках и опухшее лицо.
— Теодорус Изабус Либер, самопровозглашенный предводитель Ревокаторов Селумбра! — поспешно выкрикнул Веззир. — Обвиняется в мятеже, подстрекательстве к бунту, неповиновении, незаконном использовании и злоупотреблении технологиями, преступном сговоре и государственной измене!
Снова насмешки, снова фрукты и овощи, посыпавшиеся зловонными снарядами в юного бунтаря, который с удивительной гордостью их игнорировал.
Более часа Веззир перечислял поименно каждого из печально известных воров и революционеров, арестованных в Селумбре и Веремизе, невозмутимо излагая каждый раз обвинения, прежде чем дать толпе несколько секунд, чтобы выразить свое шумное неодобрение.
Произошел лишь один инцидент, когда на сцену вышла маленькая магичка по имени Сяоми. Девушка на свое несчастье сочетала практику черной магии с островным происхождением: она внушила толпе такое презрение и ненависть, что фрукты и овощи сменились большими камнями, один из которых ударил хрупкую девушку в лоб, отчего ее полные слез глаза залило кровью. Пришлось вмешаться автоматам Стражи, чтобы успокоить толпу, и по приказу императрицы они задержали нескольких человек в довольно жестком стиле.
Когда Веззир зачитал список из ста восемнадцати бандитов, арестованных в Селумбре и Веремизе, он на мгновение замер, смакуя момент. Затем, усилив голос с помощью магии, он сурово объявил имена тринадцати аристократов и высоких армейских чинов, чье участие в бунте против имперской политики было доказано и которые были арестованы двумя днями ранее. Возможно, баронессе Абилаб и удалось уберечь свою шею благодаря статусу героини войны, но того же нельзя было сказать о ее сообщниках. Опальных офицеров и дворян, также закованных в кандалы и с кляпами во рту, завели в средину толпы воров и мятежников, заставив смешаться с ними, чтобы усугубить их унижение.
Веззир снова ударил посохом по земле, и наступила тишина.
— От присяжных! — громко объявил он. — Их превосходительства примархи Селумбра и Веремиза! На его... гм... его Превосходительство Примарха Аластора Иосефира, Гранд-мэтра Академии оккультных и механических наук Селумбра, возлагаются обязанности первого присяжного заседателя!
Его объявление встретили аплодисментами, и Веззир постарался не скрипнуть зубами.
— От справедливости! На ее императорское Величество императрицу Сарензию возлагаются обязанности Верховного судьи!
Снова начались овации. Оглянувшись через плечо, Веззир увидел, что императрица восторженно улыбается.