Страница 64 из 81
Первым перестал стрелять я, выпустив более тридцати зарядов, и промахнувшись лишь несколькими. Не потому, что я был таким точным, а оттого, что мишень оказалась большой и полностью неподвижной. Тут же перестал стрелять лежащий на полу пилот. Орвин, как мне показалось, и вовсе не выстрелил ни разу. Дрон (если это был дрон) впереди нас не двинулся с места, и никак не отреагировал на нашу атаку. Наши бронебойные пули, очевидно, также не причинили ему никакого вреда.
На пару секунд повисла тишина, нарушаемая лишь нашим тяжелым дыханием да еле слышным гудением, исходящим от дрона. Когда я уже был готов убедить себя, что дрон этот неактивный, и мы его по какой-то причине не заметили, осматривая коридор, капсула беззвучно повернулась, отвернув от нас луч фонаря, и неспешно заскользила вдоль пола коридора прочь от нас. Проплыв по воздуху шагов двадцать, дрон остановился, и опять повернулся к нам.
— Мне кажется, это максимально красноречиво, — сказал Георг, поднимаясь с пола, но не опуская ускорителя.
— Да убери ты оружие, — сказал я, закидывая свой ускоритель за спину. — Ты же видел, как «полезны» против вот этого наши пули.
— Ну, мы еще не все попробовали, — не сдавался Георг.
— Он не стрелял, — сказал Орвин, подойдя к нам. — Кстати, и те жуки, которых мы нашли за дверью, тоже не стреляли.
— Те просто не успели, — упорствовал пилот. — А этот… этот, возможно, вообще не умеет стрелять. Или ему нечем.
Капсула висела над полом, еле слышно гудя, освещая нас неярким лучом фонаря. Сюрреализм какой-то.
— Пошли, — вздохнул я. — Мне кажется, он нас ждет.
Коридор тянулся вперед. Мы шли за нашим непонятным провожатым, который неторопливо двигался впереди нас и освещал коридор ярким светом по всей ширине. Я поймал себя на мысли, что это был жест вежливости: дрон убавил мощность фонаря, чтобы не слепить нас. По всей длине коридора встречались разного размера двери, и все они были закрыты. Я вспомнил, сколько мы летели на вироне вдоль корпуса и понадеялся, что дрон примет во внимание тот факт, что мы не можем идти без отдыха весь день.
Мы еще не успели устать от неспешной ходьбы, когда капсула беззвучно плавно повернулась и подплыла к одной из бесчисленных дверей коридора, немедленно открывшейся перед ней. Капсула неспешно вплыла внутрь, а мы остановились у двери. Несмотря на то, что до сих пор единственными недружественными участниками этой встречи были мы, входить было страшновато.
— Наверное, было бы глупо пройти досюда и не зайти, — проворчал Орвин, и первым шагнул за порог.
Мы оказались в достаточно просторном пустом помещении. Вдоль стен помещения располагались выключенные сейчас терминалы и какие-то шкафы с электроникой. Нигде не было ни стульев, ни столов — ничего. Не считая оборудования у стен, комната была пуста. На противоположной от входа стене была широкая дверь — поскольку нашей капсулы в комнате не было, логично было бы предположить, что она исчезла за дверью. Я поежился от холода — температура воздуха в комнате была ощутимо ниже, чем в коридоре. Неяркий свет, исходящий от расположенных на потолке источников, позволял нам видеть все без фонарей. Только смотреть тут было не на что — комната была пуста, терминалы выглядели неактивными. Где мы?
— Здравствуйте, — кто-то негромко поздоровался с нами низким мужским голосом.