Страница 27 из 81
Сержант с Войсом пошли вперед, Поля придерживал около себя Георг, шагая рядом с доктором. Орвин шел рядом со мной, чуть в стороне. Именно в таком порядке мы двигались, когда я, постоянно оборачиваясь назад, уловил в темноте коридора какое-то движение. Мгновением позже на границе темноты, под самым сводом тоннеля, что-то сдвинулось и резко застыло. Когда к свету моего фонаря присоединился фонарь обернувшегося Орвина, я сразу понял, что только что увидел одного из местных жуков.
Он был совсем не похож на тех жуков, которых я ел когда-то на Вильме. И на тех, которые жили в лесах Старобора — тоже. Если честно, то он был вообще ни на что не похож. Приплюснутое круглое тело размером примерно с колесо от телеги беззвучно висело под каменным потолком тоннеля. Выступающие сверху и снизу механизмы сразу наводили на мысли о глазах, хотя и двигались явно независимо друг от друга. Мгновение мы с жуком безмолвно играли в гляделки, а потом я начал ускоряться.
От экватора тела жука вдруг начала отслаиваться гибкая серебристая линия, словно манипулятор исследовательских машин, которые я видел в медцентре. Я двинулся в сторону, одновременно вскидывая ускоритель. Внезапно пространство тоннеля осветил бледно-голубой луч, с негромким шипением вырвавшийся из манипулятора жука, и оставивший черное пятно на камнях пола на том месте, где я только что стоял. Мой нос почувствовал странный запах, а руки уже стреляли. Первые три пули ускорителя ударили в край жука, развернув его. Следующая тройка попала почти в центр круга, в странные «глаза», и отшвырнула жука в потолок, о который тот ударился и рухнул на пол. Еще несколькими строенными выстрелами я успокоил все еще пытающегося взлететь жука.
Справа от меня вспыхнул еще один такой же голубой луч. Вскрикнула доктор Водопьянова, и тут же раздались выстрелы сразу из нескольких ускорителей.
— Они наверху, дайте света! — кричал сержант, подбегая ко мне и стреляя на ходу.
— Что это за хрень летающая? — орал Георг, поливая потолок из ускорителя, переведенного на стрельбу длинными очередями.
Я успел испугаться, что в этой суматохе мы просто друг друга поубиваем, как вдруг на меня из темноты вылетели еще два жука и мне резко стало некогда думать. В первого я не попал, и расплатой за это стал мой длинный и не очень удачный прыжок вправо, уводивший меня с зоны поражения синих лучей. Два луча прошли мимо, и погасли, как будто расстроенные, что не сумели меня зацепить. Я выстрелил, лежа на спине, и первой же очередью уронил еще одного жука на камни тоннеля. Очередь сержанта сбила второго, который следующим лучом уже почти попал в меня. Краем глаза я увидел, что доктор Водопьянова стоит на ногах, спрятавшись за Георгом.
— Внизу, внизу! — крикнул Орвин, и начал стрелять куда-то в пол.
Успев подняться, я перевел свет фонаря вниз, и увидел, что жуки могут не только летать под потолком, но и ползти по камням пола. Вот так они стали куда более напоминать жуков. Бледные лучи теперь били снизу вверх, в потолок тоннеля, с которого небольшим дождем сыпалось каменное крошево. Я подстрелил еще одного, Орвин буквально изрешетил следующего, но один из нападавших жуков нащупал-таки своим лучом сержанта, который рухнул на пол, как подкошенный. Взревел Георг, добивая еще одного жука. Я бешено вращал головой, ища следующую цель и не находя ее.
— Что с сержантом? — крикнул я доктору, метнувшейся к упавшему военному.
— В отключке, но вроде живой, — отозвалась доктор. — Блин, его что, током шарахнуло?
— Не вижу больше ни одного из этих гадов, — крикнул Георг, обшаривая лучом света потолок и пол. — Все, что ли?
— А где Войс? — спросил я, живо представив, что инженер убежал, или его тоже подстрелили жуки.
— Тут он, — отозвался Орвин. — На полу лежит. Но не думаю, что его задели. Испугался он.
Я нашел Войса, лежащего у ног Орвина, и помог ему встать. Инженер дрожал так, что это было даже слышно.
— Нам нужно уходить. Пока опасности нет. Ну же, куда нам?
Я легко встряхнул за плечо нашего проводника, и взгляд его, метавшийся от одного расстрелянного жука к другому, сфокусировался на мне.
— Вы… Вы их сломали. Они…
— Они нас тоже сломали, — сказал подошедший Георг, показывая на лежащего в отключке сержанта. — Но у нас получилось лучше, это да. Жуки, да? Это жуки?
Нам пришлось еще несколько раз встряхнуть инженера — ждать, пока он придет в себя, стоя в темном, бесконечном коридоре, никто из нас не хотел. Наконец, Войс вернул себе способность идти, и повел нас вглубь коридора. Первым шел Георг, не опуская ускоритель, Орвин помогал идти медленно приходящему в себя сержанту, я шагал последним, постоянно оборачиваясь и вглядываясь в смыкавшуюся за нами темноту тоннеля.
Мы какое-то время, не теряя бдительности. Сержант очухался и шел сам, хоть и жаловался на дикую головную боль. Тоннель пару раз поворачивал, мы прошли мимо нескольких боковых ответвлений, свернув в одно из них. Идти стало сложнее: коридор был уже и ниже, нависая над нами на высоте поднятой руки. Пол был усыпан мелкими камнями и пылью. Мы свернули еще пару раз, и очутились перед закрытой дверью. К моему удивлению, эта дверь не открывалась автоматически. Вместо этого Войс и Поль взялись руками за выступы в двери, и с явным усилием сдвинули ее в сторону. Мы вошли в широкое помещение с невысоким потолком, и наши провожатые поспешили так же вручную закрыть дверь за нами.
Перед нами штабелями вдоль стен были нагромождены старые ящики и контейнеры. Поль исчез, просочившись в щель между такими штабелями. Войс, явно видевший в темноте лучше нас, указал рукой на узкий лаз между ящиков, куда мы поодиночке полезли. Протиснувшись через такой проход и собрав на одежду всю пыль и грязь с контейнеров, мы вдруг оказались в небольшом длинном помещении, в потолке которого были узкие окна-бойницы, пропускавшие достаточно света, чтобы мы смогли отключить фонари и осмотреться.
Помещение раньше явно служило складом. Вдоль длинных стен были установлены стеллажи, сейчас либо пустующие, либо заваленные каким-то барахлом. Около стеллажей стояли кровати вперемешку со столами и ящиками, приспособленными под стулья. Некоторые места помещения были затянуты грязной полимерной пленкой, хоть как-то защищающей от проникающей через окна в потолке пыли. Одна из таких занавесок отодвинулась в сторону, и к нам подошел старик, сильно хромающий на одну ногу, но при этом передвигающийся совсем бесшумно.