Страница 102 из 107
Брюнет открыл первую страницу и углубился в изучение отчета. Минут через десять дверь с грохотом распахнулась, и белый от ярости Чарли схватил его за грудки.
— Какого хера ты изнасиловал Макса? - прорычал он.
— Тебе какое дело, что я с ним сделал? Я старший гарема, и вправе решать, кого и как наказывать в отсутствии госпожи.
— Какое дело? – Чарли тряханул Крэга и прорычал. – Он - мой парень.
— Что? – не поверил брюнет. – Тебе же запрещены близкие отношения со шкетами.
— Что слышал. Госпожа нам разрешила. Еще раз его обидишь, и я заберу его в лагерь.
— Звони госпоже, - велел Крэг, ухватившись за шанс поговорить с женой. – Пока она не подтвердит твои слова, я не позволю тебе приближаться к рыжему.
Чарли отпустил его и нажал на браслете иконку прямой связи с госпожой.
— Что случилось, Чарли? – раздался из браслета спокойный голос госпожи, пролившийся бальзамом на душу опального супруга. – Какие у тебя проблемы?
— Крэг изнасиловал Макса, госпожа, - доложил Чарли.
— Я знаю. По этой причине я отправила тебя в особняк на день раньше, чем обычно.
— Крэг требует подтверждения моего права на свидания с Максом.
— Крэг требует? –уточнила госпожа, и температура в комнате понизилась до нуля. – Передай Крэгу, что я официально объявляю тебя и Макса парой. Еще одно посягательство на рыжика, и я позволю тебе, Чарли, привести его в лагерь под мою защиту.
— Благодарю, госпожа, - поклонился смертник.
— Еще есть проблемы?
— Госпожа, могу я приехать в лагерь? – осмелился задать вопрос Крэг.
— Нет! - брюнет чуть не подпрыгнул от рыка жены. Впервые за совместную жизнь она повысила на него голос. – Лагерь предназначен для проживания и тренировки мужчин старше 30 лет, не состоящих в браке и не имеющих детей. Впрочем, ты сможешь сюда переехать, если расторгнешь брак. Разведенные в лагерь также допускаются. Я так понимаю, ты просишь развода?
— Нет, госпожа. Умоляю, не делай этого, - брюнет в ужасе отшатнулся от браслета.
— Чарли, на закате ты должен вернуться в лагерь, а пока можешь пойти и утешить Макса.
— Благодарю за милость, госпожа, - произнес Чарли, и госпожа оборвала связь. – Такого подтверждения тебе достаточно?
— Вполне, - рассеяно ответил Крэг, убитый наповал отказом жены. – Хоть живи с рыжим. Меня это больше не касается.
Чарли хмыкнул и захлопнул за собой дверь.
Крэг вызвал флаер и отправился в город. Упоминание о расторжении брака и нежелание госпожи с ним встречаться, побудили раба искать совета у высших сил. Войдя в храм, он отдал жрице сорванные возле дома лесные цветы и распростерся на холодном полу перед статуей Великой Богини.
С высоты пьедестала на него взирала красивая женщина средних лет в длинном до пят платье, украшенном цветами мальвы, любимого растения богини. Уткнувшись лбом в пол, чтобы не видеть осуждающего, как ему показалось, взгляда богини, Крэг шепотом признался в своем преступлении и замер в ожидании небесной кары. Однако молния почему-то его не поразила.
Приподняв голову, он с трепетом оглядел молельный зал. Кроме статуи Великой Богини вдоль стен стояли изваяния двух ее дочерей: богинь войны и мира, и трех ее мужей: духов смерти, плодородия и мужской силы. В сумраке зала, освещенного множеством свечей, мужчине померещилось, что в богине войны он узнал свою жену. Отогнав наваждение, Крэг опустил голову и продолжил исповедь. До поздней ночи он каялся в своих грехах, прося Великую Богиню уберечь госпожу от последствий его грубости и послать ей легких родов. Для себя он ничего не просил, отлично понимая, что заслужил смерть.
Уезжая домой, он купил в лавке при храме переносной алтарь и установил его в своей комнате. Вешая одежду в шкаф, брюнет обнаружил, что полки, занимаемые вещами Вилли, пусты. Это обстоятельство окончательно подкосило и без того снедаемого чувством вины брутала. Он бросился на кровать и рыдал, пока не заснул.
* * *
Вечером Луи принес ужин в мой кабинет и, поставив на журнальный столик, опустился на колени возле моего кресла.
— Ты что-то хочешь спросить, мой сладкий?
— Госпожа, ты простишь Крэга за синяки на твоих ручках? Только прикажи, и я..
— Разумеется, нет. Я ничего не забываю, ни хорошее, ни плохое, Я наказываю его прямо сейчас, и весьма жестоко, - я усмехнулась и погладила управляющего по льняным волосам. – А ты, мой сладкий, можешь позаботиться о моих синяках и охранять мой сон этой ночью. Подушку я тебе скину.
Довольный Луи припал губами к моим запястьям.
* * *
Утром мужчина спустился в прачечную, надеясь встретить там своего возлюбленного. Вилли обнаружился возле стиральной машины, сортирующим белье. Увидев Крэга, юноша бросил розовую в цветочек простыню в корзину с цветным бельем и потянул шнурок на своих штанах.
— Здесь меня трахнешь или дашь загрузить машину, и поднимемся в комнату? – хмуро спросил он, вызывающе глядя на своего любимого.
— Ты вчера перебрался в другую комнату? – вопросом на вопрос ответил здоровяк.
— Меня осенило, что раз ты не делаешь различий между мной и другими парнями, значит, я для тебя больше ничего не значу. Так, с какой стати мне оставаться в твоей комнате, если ты меня больше не любишь. Я поселился в комнате за гаремным залом, где живут все шкеты.
— Ты же знаешь, я был не в себе, - попытался оправдаться мужчина, но Вилли сердито тряхнул челкой.
— Не в себе? Джонни в свой первый день в доме был не в себе, а ты просто отказался себя контролировать, - взорвался юноша. - Какого хера ты меня взял без смазки? Я же и так был не против.
— Прости меня, милый, - Крэг быстро пересек прачечную и бухнулся перед своим возлюбленным на колени. – Не бросай меня, пожалуйста. Я сделаю все, что ты скажешь, только прости меня.
— Госпожи нет, и ты теперь обо мне вспомнил? Почему, кстати, госпожа переехала жить в лагерь? Что ты с ней сделал?– Вилли отодвинулся от своего парня и пораженный страшной догадкой сел на стиральную машину. - Неужели ты и ее тоже..
— Нет. Госпожа вырубила меня раньше, чем я совершил то, на что ты намекаешь, - открестился Крэг и обнял ноги нижнего. – Думаю, она уехала в лагерь, потому что не желает меня видеть. Кажется, я понял, какое наказание госпожа мне назначила.
— Ну и какое? – невольно заинтересовался юноша.
— Госпожа лишила меня счастья видеть и прикасаться к ней, - печально произнес Крэг. - Я считал, что наказание, назначенное госпожой на Гароне, самое страшное. Как я ошибался!
— Что ты собираешься делать?