Логово Адской Кошки

Управляющий встал, легко подхватил нас с Джину на руки и направился к лестнице на второй этаж. Он нес меня бережно и торжественно, как святыню, упиваясь редким шансом подержать в объятьях любимую госпожу. Прежде чем мы свернули за угол, я успела заметить, как исказилось мукой лицо мужа, вышедшего вслед за мной из медпункта.

— Смею я предложить госпоже мою кровать? – кротко спросил Луи, останавливаясь перед дверью своей спальни. – Она большая, и госпоже будет на ней удобнее, чем на диване.

— Это очень мило с твоей стороны, мой сладкий, уступить нам кровать, но мои вещи находятся в моем кабинете.

— Я принесу тебе все необходимое, госпожа, только прикажи, - блондин просительно на меня посмотрел.

Кровать у Луи, действительно, была гораздо больше, чем в жилых комнатах рабов. Я сама ее выбирала, планируя в будущем объездить на ней своего сладкого широкоплечего блондина.

— Уговорил, - Луи опустил меня на пороге комнаты, и я направилась в его ванную, бросив через плечо. – Мне нужны женские гигиенические средства, рубашка с пеньюаром, детские подгузники, детская одежда и моя сумочка.

К моему возвращению в спальню все перечисленное лежало на застеленной свежим бельем кровати, а хозяин комнаты стоял у дверей, потупив взор. Я переодела Джину и положила в центр постели.

— Присмотри за своей госпожой, пока я принимаю душ, - взяв свои вещи, я ушла снова в ванную.

После душа я отправила Луи за чаем с молоком, забралась в постель и почти сразу заснула. После заката меня разбудила голодная Джина.

За окном бушевала гроза, а из-за двери раздавался какой-то шум. Покормив ребенка, я выпила остывший чай и выглянула в коридор. Между моим кабинетом и комнатой Луи, на краю гаремного зала сцепились мой муж и управляющий. Обе стороны коридора были полны парнями, вполголоса делающих ставки. На моих глазах борьба перешла в партер, и Луи оказался сверху. Я хотела вмещаться, но моей руки коснулись губы Клифа. Он единственный заметил мое появление в коридоре и приветствовал, как положено.

— Позволь им выяснить отношения, госпожа. Луи давно хотел напомнить Крегу, что госпожу нельзя волновать. Не знаю, как Крег пробрался в лагерь, минуя запрет, но, думаю, Луи сейчас это выясняет.

— Ладно. Пусть выпустят пар. Принеси мне ужин и холодный чай с молоком, - я вернулась в постель и задремала.

Проснувшись для следующего кормления, я включила ночник и увидела на прикроватной тумбочке поднос с ужином, а на пороге спящего мужа со следами борьбы на лице. Я подложила ему под голову подушку и села ужинать.

Поев, я заглянула в сумочку, ища носовой платок, чтобы вытереть губы, и обнаружила слегка смятый сложенный вчетверо листок бумаги. Я развернула его и поняла, что это стихи. Я вспомнила, что нашла их в ящике стола в офисе аптеки, в тот день, когда Крэг перепутал смазку с возбуждающей мазью. Почерк мне был незнаком, а вот стихи оказались текстом песни, которую Таннер пел на празднике.

«Баллада про ангелов

У Матери Жизни, Великой Богини

Есть дочери: Мир и Война.

Живут они в граде, в заоблачной сини,

Окружает тот город стена.

У Матери Мира - белокрылая свита.

Ее дочери - ликом светлы.

Они реют над твердью, стирая обиды,

Мирят ссоры и дарят надежду и сны.

Белокрылые девы – прекрасны, как грезы,

Их одежды – как облако, руки – нежны.

От их пения вмиг забываются слезы,

Зимний холод сменяет теплый ливень весны.

У хозяйки войны – темнокрылая свита.

Ее ангелы – стражи небесной семьи.

Нет на свете надежней и лучше защиты,

Чем клинки темных дев. Враг – пощады не жди.

Крайне редко Богиня Войны посылает

Своих ангелов вниз, превращая в людей.

Например, если Мир покарать призывает

Нарушителей воли ее дочерей.

Темнокрылым не ведома злоба людская.

Их вмешательства редки, но нет кары страшней.

Они сходят на землю, лишь, когда назревает

Смута, бунт или, что посильней.

Перепончаты крылья у ангелов темных,

Взгляд стальной, воронены мечи.

Каждый молится втайне, чтобы воин подобный,

Был в хранители дан ему. Как сладки мечты.

Темнокрылые девы - красивы как розы.

Как у розы - шипы, меч у них не отнять.

Раз в сто лет они могут явиться сквозь грозы,

Тем, кто молит в отчаянии Великую Мать.

Едва только ступит на землю крылатая дева,

Как лишается крыльев и нескоро их сможет вернуть.

Лишь если спасенный не признает свою королеву,

То крылья вернутся и на небо ее вознесут.

Если ж оценит он милость такую,

Жизнь его будет прекрасна, как не снилось и Внешним Мирам.

Ангел бескрылый – красавица-воин, хозяйка святая.

Каждый мечтает об этом, но счастье досталось лишь нам.*»

«Какой талантливый парень — этот Таннер», - подумала я и легла спать.

Утром выглянуло солнышко, и привезенная в ландо нотариус выписала мне свидетельство о рождении дочери. Как только она уехала, Крэг принес мне обед.

— Добрый день, госпожа.

— Добрый. Кто вчера победил? – муж сделал невинное лицо. – Я своими глазами видела вашу с Луи драку в коридоре. Спарринг проводился практически в гаремном зале, поэтому я не стану никого наказывать. Мне интересно: из-за чего произошла драка и кто победил. Даже если бы я не знала о схватке, твое лицо рассказало все за тебя.

— Луи меня сделал, госпожа.

— В чем была причина драки?

— Луи отказался мне сообщить, где отдыхает моя госпожа. Сказал, что меня это не касается. Слово за слово, и мы потеряли голову. Спасибо за подушку, госпожа.

— Иди в ванную и приведи себя в порядок. Бальзам Леад найдешь в шкафчике за зеркалом.

После завтрака парни принесли сумки с детскими вещами. Крег вышел из ванной в тот момент, когда Ларс, осмотрев нас с Джиной, сказал, что послезавтра мы уже можем выходить на прогулку. Едва медик ушел, муж упал на колени возле кровати и склонил голову.

— Я через два дня переезжаю в особняк. Ты об этом хотел поговорить?

— Да, госпожа.

— Я поселюсь в своей комнате, а ты останешься жить в своей. На ласку можешь не рассчитывать, на секс тем более. Сомневаюсь, что еще когда-нибудь пущу тебя в свою постель и стану использовать как мужчину. Хотя, кто меня знает.

— Госпожа позволит мне спать на пороге твоей спальни?

— Позволю, - на лице Крэга засветилась такая радость, словно ему даровали полное прощение и корону Мальвы в придачу. – Кто-то же должен вставать к Джине ночью.

— Спасибо, госпожа, - брюнет поцеловал мою тапочку.

Как же я соскучилась по нему и его поцелуям. Я чуть было не бросилась мужу на шею, но вовремя себя одернула.

«Ласку еще нужно заслужить», - решила я.

Эта книга завершена. В серии Хроники Мальвы есть еще книги.