Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 137 из 151

«Мама, тебе же не двадцать пять и даже не восемнадцать! Женщине твоего возраста следует неспешно, с достоинством, плавать недалеко от берега и снисходительно взирать на шалости молодежи, а ты.. Ты резвишься и дразнишь своих «качков», словно моя ровесница, да и они ведутся на твои провокации как мальчишки, – мысленно сетовала Софи, ошарашено глядя на мужчин, пересекающих торпедами водоем, тщетно пытаясь поймать мать, мастерски прикидывающуюся неуловимой русалкой. – Откуда в тебе столько энергии и задора? Мамочка, мне никогда не понять, где ты берешь силы, чтобы жить дальше, после того как лишилась всего, что любила и чем дорожила: военной карьеры, семьи, здоровья. Как ты смогла залечить разбитое сердце и из ничего создать целое состояние? Как?»

— Может, госпожа хочет искупаться? – подал голос Ликс, которому приходилось тяжелее всего. Дом его матери и высшая школа располагались в северно-западной части континента, где летний зной редко переваливал за отметку в 27 градусов.

— Мне ничего не нужно, – с досадой проговорила Софи, жалея, что вообще согласилась поехать на озеро. – Делай, что хочешь, только оставь меня в покое. Можешь присоединиться к маминой компании. Она же приглашала всех парней. У меня нет настроения плескаться в воде с голыми мужиками.

Юноши пожали плечами и, сняв футболки, достали себе по бутылке лимонада. Лезть в воду и провоцировать ревность наследницы они не рискнули, но глоток прохладного напитка и целая корзинка сочных фруктов с лихвой компенсировали отсутствие купания.

* * *

Эйлана вынырнула на середине озера и подплыла самому большому цветку огненной лилии.

— Осторожно, госпожа, к этим цветам опасно прикасаться, – сказал Клиф, подгребая к ней.

— Я знаю, но спасибо за предупреждение, – ответила Эйлана и улыбнулась приблизившемуся к ним Рори. – Пошалим, мальчики?

Обняв любимца за шею, госпожа коротко поцеловала его в губы, и.. скрылась под водой. Клиф недоуменно переглянулся с рыжиком. Пока они безмолвно решали, как быть, Эйлана появилась в другой части озера и, смеясь, поманила к себе смертников. Широкими гребками мужчины поплыли к хозяйке, но она вновь исчезла под поверхностью воды. Рори нырнул следом, но угадать, куда подевалась беглянка, не смог, и, поднявшись на поверхность в нескольких метрах от исходной точки, чтобы набрать воздуха, отрицательно покачал головой. Русый сочувственно кивнул и бросился к показавшейся из воды светлой головке любимой. Женщина позволила фавориту подобраться к ней на расстояние вытянутой руки, послала воздушный поцелуй и снова скрылась из виду. Игра в догонялки длилась долго, пока мужчины не сменили тактику. Один из них изображал преследование, подбираясь как можно ближе к шалунье, а другой просчитывал варианты и устремлялся туда, где, по его мнению, должна была вынырнуть беглянка.

Помня утреннюю охоту, фаворит устроил засаду на краю зарослей камышей, дугой повторяющих очертания берега и отгораживая небольшой участок озера от любопытных глаз. Стоя по грудь в воде, мужчина внимательно осматривал водоем, отслеживая малейший плеск или тень, мелькнувшую под водой, но никаких признаков возлюбленной не находил. Госпожа словно растворилась в воде, теплой как парное молоко. Спокойствие озера нарушали лишь негромкая ругань Рори, запутавшегося ногой в тине, да высовывающиеся подышать тупорылые рыбы с темно-зеленой чешуей.

— Какие вы у меня молодцы, – проговорила Эйлана, материализовавшись в объятьях Клифа.

Госпожа возникла, будто из воздуха, так тихо она вынырнула. Только что русый в одиночестве таращился на водную гладь, и вот его шею обвивают руки обольстительной «русалки».

— Великолепная командная работа. Прелесть моя, ты прирожденный тактик. Ловля на «живца» определенно себя оправдала, мой дорогой. Хищник вроде меня просто не мог отказаться от такого соблазнительной добычи, – хозяйка игриво прикусила основание шеи любимчика, предупредительно откинувшего голову. – Крупный самец, недвусмысленно демонстрирующий свои достоинства – отличная приманка для любопытной самки.

— Благодарю за похвалу, госпожа, – мурлыкнул фаворит, подставляясь под нежное покусывание. Он искренне радовался, что выбрал уединенное место для засады, которое не видно с берега. Клифу не слишком хотелось вновь слушать недовольные высказывания наследницы. На самом деле мужчине было глубоко плевать на мнение девушки, но он видел, как расстраивают любимую такие разговоры. – Вы великолепно плаваете и ныряете. Нам так и не удалось вас настигнуть, как мы не старались.

— Поиграй в прятки с повстанцами на болотах Новой Земли системы Геркулеса, и не хуже освоишь подводное плавание, – самодовольно ухмыльнулась Эйлана и весело окликнула. – Давай к нам, Рори. За сообразительность вам обоим положена награда.

Она притянула к себе чувствующего себя лишним, а потому робеющего рыжика, и обожгла щеку горячим поцелуем. Мужчина порозовел от удовольствия и невольно вздрогнул, когда нежная ручка погладила бедро, шарики и устремилась к входу в его тело. Женская ладошка соскользнула с плеча Клифа, царапнула мускулистую грудь и, обрисовав кубики пресса, мягко взяла в кольцо основание его достоинства. Фаворит тихо ахнул и догадливо обхватил своего нижнего за талию, обеспечивая любимой удобство ласкать обоих мужчин, не опасаясь утонуть или потерять контроль над одним из них. Потерявшийся в ощущениях Рори сделал тоже самое.

В следующий момент мальвийцы извивались под нежными прикосновениями хозяйки, затыкающей им рты страстными поцелуями.

* * *

— Мальчики, полотенце киньте, – попросила хозяйка Вилли и Ликса, с удовольствием трескающих местный аналог винограда. Горка золотистых плодов, отличающихся отменным вкусом и прекрасно утоляющих жажду, уменьшалась с поразительной скоростью.

Юноши резво подорвались и, подойдя к самой воде, протянули мне и моим кавалерам требуемые вещи.

— Госпожа София сердится, когда мужчины разгуливают голыми, – вполголоса наябедничал Вилли, видя, что Клиф уже поставил ногу на берег. Каменное лицо и сверкающие глаза недвусмысленно сообщали юношам, что фаворит никому не намерен уступать право предложить госпоже руку и помочь выбраться сушу. – Будет лучше, если смертники прикроются полотенцами.