Малая! Будешь. Моей

Глава 13. Свидание, которого не будет

Кирилл больше не появлялся. В какой-то момент внутри зашевелилось странное чувство. Не облегчение, нет. Скорее, тревога. Куда он делся? Почему просто ушел? Я достала телефон, пальцы сами потянулись к приложению ВКонтакте. Зашла на его страницу. Сегодня в сеть он вообще не заходил. Писать или звонить я не рискнула. Внутри теплилась маленькая, трусливая надежда: может, у него появились дела поважнее? Может, ему просто надоело играть со мной, и он отстал?

У меня и самой дел хватало. В голове всё ещё звенели слова мачехи. На большом перерыве я, собрав всю волю в кулак, нашла преподавательницу по английскому. Она сидела в аудитории, просматривая какие-то бумаги. Я вошла, сжав зубы, готовая к выговору, к отработке, к чему угодно.

— Можно вас на минуту? Насчет прогула...

Преподавательница подняла на меня взгляд поверх очков. Почему-то мне не понравилось, как она на меня смотрит. Она вздохнула и махнула рукой:

— Ладно, Ларина, закроем этот вопрос. Я уже убрала энку из ведомости. Претензий к тебе нет.

Я замерла. Равновесие моей жизни казалось таким зыбким, что я не рискнула уточнять, почему на мой откровенный прогул закрыли глаза. Наверное, всё дело во мне и моём послужном списке. Ну кто в своём уме поверит, что я просто взяла и прогуляла пару? Разве что мачеха.

Я кивнула, пробормотала спасибо и выскочила в коридор, чувствуя, как сердце колотится точно воробьиное из-за смешанных чувств.

Следующей парой было экономическое мышление. Я села за парту, открыла ноутбук, пытаясь сосредоточиться на лекции, но мысли роились, как пчелы. И тут меня пронзило осознание. Я не отметила ребят на истории. Нужно сделать это сейчас, за два предмета разом. Я полезла в рюкзак за групповым журналом... и пальцы наткнулись на пустоту.

Журнал остался у Кирилла.

Он забрал его с собой. Забрал мою ответственность, мой долг, мой порядок.

Мне всё же пришлось ему написать. Внутри оставалось странное, щемящее ощущение, что это лишь повод. Что я ищу любой шанс услышать от него голос, пусть даже через экран.

Я набрала сообщение, стараясь, чтобы пальцы не дрожали:

«Я не желаю знать, куда ты делся и почему пропал. Но на перерыве ты должен принести журнал моей группы к аудитории 715 главного корпуса. Это не просьба.»

Отправила. И сразу пожалела.

Нетрудно было догадаться, что в сеть Кирилл не заходил всю пару. Статус «в сети» не загорался. Сообщение висело непрочитанным. Это заставляло нервничать. Я отметила присутствующих у себя в тетрадке, ставя галочки с такой силой, что ручка чуть не порвала бумагу. Где он? Что он делает?

После третьей пары состоялась собрание старостата. Обычно на собраниях я была самой активной, самой инициативной. Сегодня же оно прошло как в густом тумане. Я сидела во главе стола, кивала, делала пометки, но не слышала ни слова. В голове крутились три слова: Кирилл, журнал, Ян. Ян, который назвал меня своей девушкой. Ян, который так и не написал после той сцены в столовой. Он не искал возможности объясниться. И это молчание ранило сильнее, чем мне бы хотелось.

Домой я вернулась сама не своя. В гостиной горел телевизор, оттуда доносились голоса отца и мачехи — они смотрели какое-то кино. Я не стала заходить, не стала здороваться. Просто прошмыгнула в свою комнату, стараясь не попадаться Марине Викторовне на глаза. Не хватало ещё её ехидных вопросов.

Переодеться во что-то комфортное стало приоритетом. Я натянула своё любимую пижаму-кигуруми в виде лягушки — зеленую, мягкую, с огромными выпученными глазами на капюшоне. В ней я чувствовала себя защищенной, маленькой, далекой от всех этих интриг. Принесла с кухни бутерброды с сыром и кружку чая, села за домашку.

Кирилл в сеть так и не заходил. Журнал не вернулся. Зато Ян проявился в десятом часу вечера.

Телефон завибрировал на столе. Экран высветил его имя. Я взяла трубку, чувствуя, как сердце снова начало разгоняться. Я даже не знала, что он мне скажет, что уже заранее боялась этих слов.

— Ксюш, привет, — голос прозвучал спокойно, располагающе. — Прости, что так поздно. Я стою у тебя во дворе. Спустись, пожалуйста, на пять минут.

Я была в шоке. Сначала расписание, теперь адрес?

— Ян, я...

— Пожалуйста. Это важно.

Я подбежала к окну, раздвинула шторы. Внизу, под светом фонаря, стояла его черная, блестящая, как жук, машина. А рядом с ней — Ян. В руках у него был огромный, роскошный букет тюльпанов, даже отсюда видный своей пышностью.

Я подскочила к туалетному столику, лихорадочно поправляя прическу, сбившуюся под капюшоном лягушки. Выглянула в коридор — отец и мачеха всё ещё в гостиной. Обула кроссовки и выскользнула на улицу.

На улице было зябко, но лягушка надёжно грела меня. Ян выпрямился, увидев меня. Подошел, легко поцеловал в щеку и протянул цветы. От них пахло весной и чем-то неуловимо нежным.

— Ты невероятно очаровательна в этой пижаме, — проговорил Ян, на секунду отвлекаясь, но затем его голос снова стал серьёзным. — Прости за сцену в столовой, — продолжил он, глядя мне прямо в глаза. — Я не хотел торопить события, не хотел давить. Просто хотел дать понять Кириллу, что ты не одна. Что ты под защитой.

Я неуверенно посмотрела на него, сжимая стебли тюльпанов.

— Спасибо, Ян. Это... мило. Но... откуда ты знаешь мой адрес?

Он виновато опустил глаза, слегка почесав затылок.

— Выяснил через университет. Знаю, это нарушение личных границ, но я хотел поговорить лично, а спрашивать адрес у тебя не рискнул. Боялся, что обидел, и ты не захочешь меня видеть.

Я неуверенно покивала. Это было логично, хоть и немного пугающе. У него были связи, ресурсы.

— Ян, я знаю про твоего отца, — тихо сказала я.

Он замер.

— В смысле?

— Он владеет парижским филиалом той компании, куда я хочу на стажировку.

Ян выдохнул, плечи опустились.

— Ах, это. Да. Я не стал сразу рассказывать тебе всё, Ксюш. Боялся отпугнуть. Боялся, что ты подумаешь, будто я использую связи отца, или что это испортит те чувства, которые только начинают зарождаться между нами. Я хотел, чтобы ты видела во мне просто Яна.

Голос Яна звучал так виновато, так искренне, будто он и правда боялся всё разрушить.

— Понимаю, — кивнула я.

— Ксюш, — он сделал шаг ближе, его голос стал тише, интимнее. — Завтра вечером. Ужин в ресторане. Официальное свидание. Я хочу пригласить тебя туда, где мы сможем хорошо провести время, насладиться обществом друг друга. И обсудить ситуацию с Кириллом. Он меня беспокоит. Он глуп, опасен, и тебе лучше с ним не общаться. Позволь мне позаботиться о тебе.