Малая! Будешь. Моей

Глава 12. Тяжелая правда

Я уже приподнялась со стула, собираясь выдавить из себя хоть слово, хоть намёк на сопротивление, но Ян опередил меня. Его голос прозвучал ровно, без единой дрожи. Взгляд был прикован к Кириллу.

— Ксюша, этот опять тебе прохода не даёт?

Кирилл не оторвался от еды. Он медленно прожевал кусок котлеты, запил компотом и только тогда усмехнулся, глядя куда-то в сторону.

— А я думал, такие как ты только в ресторанах питаются, — протянул он лениво, облизывая вилку. — Чего же вы, сэр, до челяди опустились? Тут, знаете ли, очереди, грязные подносы и никакого этикета. Неудобно для вашего статуса.

Ян молча перевёл взгляд на меня. В его светлых глазах не было гнева. Была лишь тяжёлая, давящая усталость. Я всё же встала окончательно, чувствуя, как пол под ногами становится зыбким. Косилась то на одного, то на другого, пытаясь подобрать слова, которые не звучали бы как оправдание.

— Да я… это… просто перекусить зашла, — выдохнула я, теребя край блузки. — А тут он. Вот и сели вместе. Случайно.

Ян вздохнул. Тихо, но так, будто этот звук был громче всей столовой. Покачал головой, медленно убирая поднос. И тут до меня дошло. Холодным, ледяным комом упало в живот: я ничего себе не купила. Моя половина стола была пустой. Ян сразу понял, что я вру. Какая же я дура!

— У тебя же сейчас пара, Ксюша, — вкрадчиво продолжил Ян, поправляя манжет рубашки. — Английский.

Я удивлённо моргнула. Откуда он знает? Он что, выучил моё расписание наизусть?

Кирилл хмыкнул, продолжая жевать с нарочитой неспешностью.

— Не знал, что мажорики ещё и секретарями подрабатывают, — бросил он, не поднимая взгляда. — Расписание по памяти, наверное? Или у тебя там целый отдел ассистентов работает?

Ян не перевёл на него взгляд. Он смотрел только на меня. И вдруг неожиданно громко рявкнул:

— Не лезь, когда я разговариваю со своей девушкой.

Кирилл заныл с наигранной досадой.

— Ну вот! А говорила, что он тебе не парень.

Воздух в столовой будто выкачали, лёгким стало больно. Я застыла. Ноги онемели. Своей девушкой. Он назвал меня своей девушкой. При Кирилле. Это было предложение? Попытка закрепить статус? Или просто красивый фасад?

Я снова перевела взгляд с Яна на Кирилла, пытаясь прочитать в их лицах хоть что-то, но тут над столовой пронёсся резкий, пронзительный звонок. Пара закончилась.

Я не стала ждать ни секунды. Развернулась и почти побежала к выходу, игнорируя оклики, толкаясь между спешащими поесть студентами.

У аудитории английского меня уже ждала Маша. Она держала мой рюкзак. Собрала его, как настоящая подруга, пока я металась между двумя полюсами этой вселенной.

— Ну что там?! — сразу начала она, едва я подбежала. — Что случилось? Преподша отметила тебя как отсутствующую, между прочим. Я пыталась выкрутиться, сказала, что в деканат вызвали, но она так на меня посмотрела…

Слова про отметку прозвучали как приговор. Что теперь будет… Всё рушилось из-за одного прогула, а точнее из-за одного придурка. Я прижала рюкзак к груди, чувствуя, как к горлу подкатывает предательский ком. Внутри всё ныло.

— Проклятый Темников, — прошептала я, чувствуя, как глаза щиплет. — Он меня со свету сживёт. Мы в столовой сидели, Ян пришёл, начал допытываться, а потом… потом он назвал меня своей девушкой. Прямо при нём. Я не знаю, что это было.

Маша замерла. Её лицо медленно изменилось. В глазах мелькнуло что-то похожее на обиду, на недоумение.

— Подожди. Вы что, уже пара? А мне ты когда сообщить собиралась?

— Маш, не это сейчас главное! — резко оборвала я её, чувствуя, как внутри закипает паника. — Главное, что Кирилл меня так изведёт, что

я к концу семестра вылечу из универа!

Маша вдруг усмехнулась. Коротко, беззлобно, но с той самой хитринкой, которая всегда появлялась, когда у неё рождался план.

— Ксюш, ты глупая, — сказала она спокойно. — Ты просто лежишь лапками вверх и ждёшь, когда тебя заклюют. А надо сделать так, чтобы он сам пожалел, что всё это начал.

— Как? — выдохнула я, не понимая.

— Вот пожелал он, чтобы ты сегодня была вся такая спонтанная? Так и будь. Потащил от тебя в столовку — так читай ему спонтанную лекцию по экономике. Выкручивай всё в свою пользу. Заводи его, своди с ума, но не ломайся сама. Он пожалеет и свалит, вот увидишь.

И тут меня осенило. Вот что Маша имела в виду. Не прятаться. Не бояться. А отражать. Использовать его же оружие против него.

— Вспомнишь, солнышко, вот и лучики, — пробурчала Маша, глядя мне за спину.

Раздался знакомый, тяжёлый шаг. Рука Кирилла легла мне на плечо, обнимая с той самой фамильярной уверенностью, от которой кожа мгновенно покрывалась мурашками. Он прижал меня боком к своему горячему телу. Я чувствовала температуру даже сквозь одежду. И из головы моментально всё вылетело. Остался только запах Кирилла. Я даже на мгновение закрыла глаза.

— Куда теперь, Малая? — его голос прозвучал низко, почти на ухо.

Маша незаметно подмигнула мне. Я выпрямилась, чувствуя, как внутри собирается кураж.

— Сейчас у нас пара по истории, — ответила я ровно, глядя ему прямо в глаза.

Кирилл призадумался, склонив голову набок. Усмешка тронула губы.

— История? Скучно. Лучше займёмся чем-то поинтереснее.

Я уже набрала в грудь воздуха, готовая выдать первую импровизированную фразу, как к нам подбежал одногруппник.

— Ксюш! Тебя Марина Викторовна ищет. Срочно. В деканате экономического.

Внутри всё оборвалось. Маша застыла, побледнев, потому что знала: вызов к замдекана после прогула — это не просто разговор. Это разбирательство.

Кирилл нахмурился. Отпустил меня и отстранился.

— Да ё-моё. Задолбали. Пойду покурю что ли.

Маша хотела пойти со мной, но это была лишь моя битва, потому я отправилась в деканат одна. Чувствовала себя так, будто иду на эшафот.

Кабинет всё так же пах старой бумагой, дорогим кофе и холодом. Марина Викторовна сидела за столом, идеально прямая, с тонкой улыбкой на губах.

— Мне уже доложили о твоём прогуле, Ксения, — начала она без предисловий, стуча тонкими ногтями по столешнице. — Боюсь, что мне придётся учесть это при выборе студентов на стажировку в Париж.

Всё выглядело так, будто мачеха мониторила мою ведомость двадцать четыре на семь. Но я никак не могла понять зачем ей всё это.

— Это один раз, — начала я, чувствуя, как дрожат колени. — Мне просто стало нехорошо, голова закружилась. Я всё решу с преподавательницей, напишу объяснительную, отработаю…