Будешь моей, новенькая!

Молчу. Нечего ответить. Ведь Маринка права. Старается он отменно. И мне стоит быть благодарной, хотя бы за то, что он не кошмарит меня, как остальные ребята в школе, а вон — на работе моей всем пытается угодить.

Когда смена заканчивается, дядя Саша даже предлагает Безрукову прийти еще, в следующий раз, конечно, за оплату. Рома не отказывает, любезно отвечает, что подумает и покидает кофейню, а я вместе с ним. Мы выходим на улицу, ощутив, как прохладный ветер щекочет руки и лицо. Кажется, пора начинать брать с собой куртку.

— Мне пора, — показываю на самокаты через дорогу. — Я на них домой доезжаю. А ты… на такси поедешь?

— Нет, я провожу тебя.

— В смысле? Зачем?

— Ну а зачем мальчики девочек провожают? Вдруг тебя кто-то похитит? — отшучивается он, щелкнув пальцем мне по носу. Я не понимаю, когда мы успели стать настолько контактными, если до этого не общались почти. Где я упустила этот момент? И почему от близости Ромы к щекам льнет кровь?

— Кто похитит? НЛО?

— Да даже если и они, быть девушкой зеленых человечков такое себе.

— Серьёзно, Рома, не надо. Я каждый день так домой добираюсь. Самокат, десять минут — и я на месте. Ничего со мной не случится.

Он качает головой, засовывая руки в карманы.

— Не спорь, просто не спорь.

Вздыхаю, но не спорю. Сил нет. Я просто хочу уже домой, и поесть. Черт! Мы же столько времени отработали и не съели ни крошки. Даже воды не пили. Мне снова делается неловко, только теперь из-за нового повода. Мне кажется, что я обязана как-то отблагодарить Рому. Маринка права, не каждый будет заниматься благотворительность, еще и голодом себя морить. Ладно, что-нибудь придумаю.

А пока перехожу через дорогу и беру самокат. Рома тоже берет. Пару минут, и мы уже едем по дороге в сторону моего дома. Вечерний ветер треплет волосы, проникает под одежду и у меня начинают постукивать зубы. Так что я даже рада, что Рома молчит. Что-то мне подсказывает, узнай он, что я замерзла, предложил бы такси. А я от него бы точно отказалась и мы бы стали спорить.

Доезжаем довольно быстро, я впереди, Безруков чуть позади. Тормозим у магазинчика, где я обычно оставляю самокаты.

— Я сейчас, — бросаю ему и заглядываю в круглосуточный. Денег у меня немного, и я не уверена, что Роме понравится тот скудный выбор, который предлагает это заведение. Но по-другому я не могу. Иначе это будет совсем по-свински. Так что я покупаю в автомате два горячих чая и булочки с сосисками. Они у них неплохие, хоть и не пять звезд, к которым вероятно привык Рома, но довольно съедобные.

Расплатившись и немного согревшись, выхожу и протягиваю свою благодарность Безрукову.

— Что это? — озадаченно поглядывает на мое предложение.

— Ты ничего не ел и… сегодня много с чем помог мне. Я не привыкла оставаться в должниках. Так что… это искренне. Не уверена, что тебе понравится, но… спасибо большое за… все, — кое-как подбираю слова, почему-то переживая, не звучат ли они нелепо. Я вообще начинаю часто переживать рядом с ним.

— Окей, — кивает он вдруг и берет из моих рук карточный стаканчик с булочкой.

Мы медленно идем в сторону моего дома. Идем так, словно для нас это норма. Словно мы близки. Сегодня я уже который раз задумываюсь об этом. Присутствие Ромы перестало отталкивать, хотя вопросов все еще очень много. И, пожалуй, самый главный…

— Слушай, может, странно прозвучит, но… — начинаю я, нервно закусив губу. Стоит спросить об этом лоб, попробовать хотя бы.

— Спрашивай.

— Алина… бывшая новенькая в вашем классе. Ты… у вас с ней что-то было?